— Ваши руки, — проговорил я, положив свои на стол ладонями вверх.

Оба переглянулись. Похоже, что теперь и второй занервничал. Оба бросили испуганные взгляды в сторону Николая, но явно не нашли там той поддержки, на которую рассчитывали.

— Исполняйте, что вам сказано, — приказал он таким голосом, что становилось ясно. Повторять второй раз он не станет.

И они это сделали.

— Надо же, вот мы и снова здесь.

Честно говоря, я даже не заметил, как это случилось. Меньше секунды. Миг, короче, чем удар сердца. И вот я снова тут. Уже даже не удивляюсь мрачному багровому небу, затянутому тёмными тучами, что сгущались над моей головой. Не удивляюсь бескрайнему, уходящему далеко за горизонт и гладкому, как стекло океану.

Я сидел в удобном и старомодном викторианском кресле с высокой спинкой. А напротив меня, в точно таком же кресле, сидел он. Тёмно-серый костюм-тройка в едва заметную белую полоску. Алого оттенка галстук и платок паше в нагрудном кармане у лацкана. И всё та же зеркальная маска, что прикрывала его лицо.

— Ещё скажи, что ты удивлён, — беззлобно бросил я и посмотрел на свою ладонь.

Теперь тонких белых шрамов на ней стало четыре. Только вот я хорошо знал, что это не так.

— Нет, нисколько, — покачал головой Зеркальный. — Напротив. Я несказанно рад этому. Ещё одна сделка заключена. Ещё один договор подписан…

— Может, хватит уже, — устало попросил я. — Тошнит уже от всей этой твоей лжи и недомолвок.

Кажется, что мои слова его удивили.

— Ложь, Александр? Недомолвки? С чего ты взял, что я тебе лгу?

— Мы ведь оба с тобой прекрасно знаем, что ты ждал этого момента. Точнее, почему именно ты так ждал.

Кажется, что после моего вопроса что-то изменилось. Совсем чуть-чуть… Но достаточно, чтобы я заметил. Где-то над головой ударила багряная молния, на мгновение высветив короткий росчерк на зеркальной поверхности маски. Запоздалый гром донёсся до нас лишь несколько секунд спустя.

И даже после того, как он стих, я всё ещё слышал хлопки. Тихие. Медленные. Приглушённые. Зеркальный сидел передо мной и неторопливо аплодировал.

— Ладно, — наконец произнёс он. — Признаюсь, это и правда было забавно.

— Забавно?

— Да, — кивнул он. — Забавно было наблюдать за тем, как ты раз за разом тыкаешься по углам в попытке найти ответы на так мучающие тебя вопросы. А ведь всё, что требовалось, это всего лишь прийти и попросить. Больше ничего.

— Попросить? — я едва не рассмеялся ему прямо в маску. — Тебя?

— Ну а кого же ещё, Александр? — с удивлением спросил он. — Кого ещё, как не меня?

Затянутая чёрной перчаткой ладонь поднялась и коснулась зеркальной поверхности. Одно движение, и маска оказалась снята, явив мне скрывающееся за ней лицо.

Лицо, которое я видел не раз и не два. Видел на фотографиях.

— Как же наконец приятно взглянуть на тебя собственными глазами, сынок, — с искренней улыбкой произнёс Илья Разумовский.

Привет, это Ник Фабер.

Финальные главы скоро выйдут. А пока предлагаю вам мою новую историю по миру Адвоката. Приятного чтения — https://author.today/reader/534819

Признаюсь, в этот момент мне оказалось бы крайне сложно сказать, что вызывало наиболее противоречивые эмоции: окружающий меня мир или то, что мой покойный отец спокойно сидел сейчас в кресле и с ироничной улыбкой смотрел мне прямо в глаза.

— Что такое, Александр? — спросил Илья. — Неужели в такой момент тебе нечего сказать?

— А что я должен сказать? Что я рад тебя видеть? — Я пожал плечами. — Мы оба знаем, что это будет ложью. Так какой смысл?

— Почему же? Разве это не мечта каждого блудного сына — встретить наконец своего отца? Логичное и понятное желание…

— Может быть, хватит этого маскарада?

Мой резкий вопрос заставил его замолчать.

— Маскарад? В каком смысле?

— Мы с тобой оба знаем, что ты не Илья Разумовский. И никогда им не был. Так, может быть, перестанешь уже пудрить мне мозги так же, как делал это Андрею?

Улыбка на его губах стала шире.

— Значит, всё-таки понял, да?

— Да.

— Давно?

В ответ я лишь снова пожал плечами.

— Кое-какие подозрения у меня и правда имелись уже некоторое время. Но сильнее всего задумался после встречи с Андреем. Это ведь с тобой он общался, так?

— Да, — не стал он скрывать.

— Зачем? Для чего было превращать его…

— Видишь ли, Александр, — спокойным тоном прервал меня он. — Ты одновременно прав и ошибаешься.

В этот раз я уже даже не пытался скрывать иронии в собственном голосе.

— Ошибаюсь? Интересно в чём? В том, что ты, тварь, каждый раз заменяла собой очередного главу рода?

Подняв руку, я показал ему правую ладонь.

— Пять заключённых контрактов, — сказал я, глядя ему в глаза. — Ты давал им заключить пять договоров…

— Нет, Александр. Нет, нет, нет, — вновь перебил он меня. — Я ничего и никогда им не давал. Все контракты всегда заключал…

— Ты, — произнёс я, закончив фразу за него. — Да, я знаю. А Разумовские были лишь посредниками. Пешками, которых ты использовал в своей игре.

В его глазах промелькнуло уважение, смешанное с весельем.

— Разумовские служили мне… Давай назовём это словосочетанием «удобный инструмент», хорошо? Как по мне, подходит замечательно, тебе не кажется?

— Да, достаточно тошнотворно, как по мне, — едко и нисколько не скрывая собственного отвращения заметил я.

В ответ на это мой собеседник лишь брезгливо махнул рукой.

— Пусть так, неважно. Софистика в данном случае не имеет большого значения. Как инструмент не назови, он им и останется. Главное, что ты, Александр, наконец-то здесь.

— Ага. Ну так что? Ответишь на вопрос? — лениво спросил я. — Раз уж тянешь время?

— Признаюсь, у меня не было этого в планах, но почему бы и нет, — с показным равнодушием пожал он плечами. — Зачем отказывать тебе в твоём последнем праве на правду. Что ты хочешь спросить?

Я соврал бы, если бы сказал, что искренне задумался над тем, какой вопрос хотел ему задать.

— Зачем? — наконец спросил я, чем, кажется, немало его удивил.

— Что?

— Зачем всё это? — повторил я. — Я уже знаю или примерно понимаю большую часть истории. Из поколение в поколение ты занимал место главы рода. А затем его сына. И снова. И снова. Раз за разом. Для чего?

За последний год я и правда, как мне кажется, почти смог собрать эту мозаику по частям. Эта тварь не просто являлась источником силы для Разумовских. Она и была Разумовскими. И я уже хорошо знал, как именно. Помог разговор с Ларом, когда я заезжал к нему. Один шрам. Одна сделка. Даже в моём прошлом мире цифра пять имела мистическое значение во многих религиях и верованиях. А у альфар она была каким-то образом напрямую связана с душой, только я так и не смог понять до конца концепции, которые он пытался мне объяснить. Да и в целом не так уж они были и важны. Главное — суть.

— Ты использовал Разумовских как посредников, а договоры заключал всегда сам, — продолжил я. — Пять сделок каким-то образом открывали тебе путь к тому, чтобы занять сознание главы рода.

— Так, — кивнул он. — Но не жди, что я…

— Что ты ответишь на все мои вопросы? Брось, у меня и в мыслях не было. То есть выходит, что когда двадцать лет назад русские вместе с британцами решили избавиться от Разумовских, они охотились не на Илью… — Я замолчал и покачал головой. — Нет. Они охотились на тебя, хотя и сами этого не понимали. А вот оба Императора знали, правда, ведь так? Пендрагон каким-то образом узнал правду или же знал её всегда. И передал её Багратионову. А остальным они сказали, что Илья получил контроль над договорами, которые заключали другие Разумовские до него, но это оказалось не так. Потому что они никогда сделок и не заключали. Все контракты проходили через тебя…