Я одела мальчиков, подложила дрова в очаг и, пока еда разогревалась, поставила на стол тарелки, нарезала хлеб и сыр. Осмотревшись, нашла кувшин с напитком, напоминающим крепкое пиво, и тоже поставила на стол.

Ужинали мы молча. Я помогала есть то одному, то другому, постоянно посматривая на своего сына. И теперь или потому, что мне об этом сказали несколько человек, или же и правда сама замечала сходство с собой.

Недовольных, рассчитывавших на игры после еды детей я отвела в комнату, где спала сама. Усадила на кровать, чтобы хозяин дома мог отдохнуть.

Лорд и правда быстро закончил ужинать. А как только я убрала со стола и ушла к детям, забренчав поясом, начал раздеваться. Я рассказывала детям сказку о колобке, которую, наверное, слышал и он. Через несколько минут из соседней комнаты послышалось ровное дыхание.

Я вышла из своей комнаты, только чтобы взять воду, горшок для детей и зажечь свечу. Выспавшись днем, вся моя семья до поздней ночи не спала. Чтобы дети не шумели, мне пришлось долго еще выдумывать продолжение сказки про колобка, который женился на лисе, завел целый выводок лисобоков и стал чуть ли не царем леса.

На следующий день лорд обрадовал меня, сообщив, что за нами приедет Алиф и отвезет всех домой к Марте. Я не могла дождаться момента, когда обниму своих подруг, расскажу, что теперь нам нечего бояться и выдохну, наконец.

Мне представлялась спокойная жизнь в доме, к которому мы привыкли, который обустроили уже со всеми своими пожеланиями. Но некая грусть от расставания с лордом закрадывалась в мою душу, словно мышка, аккуратно и незаметно пробирающаяся в дом.

— Через несколько дней Алиф приедет за тобой, чтобы привезти в замок, — сообщил лорд, когда мы услышали приближающуюся к домику телегу.

— Зачем? — я испугалась, решив, что лорд поменял свое решение.

— Ты приедешь одна. Я хочу обсудить один важный вопрос. Не переживай, я не зову тебя наказывать. И детей я не трону, — лорд увидел в окне Алифа и принялся собирать по дому мальчишек, чтобы вынести на улицу.

— Хорошо, как скажете, лорд. Я благодарна вам за все и не знаю, смогу ли отплатить за наше спасение…

— Вот о плате и пойдет речь, — хмыкнул лорд и направился к выходу.

Теперь мне было не страшно, хоть его слова об оплате и заставили понервничать. Но все переживания забылись, как только я обняла Алифа. Было ощущение, что я вернулась ко времени до оврага, словно ничего и не случилось с нами.

Дети завизжали, завидев своего любимца, а тот принялся вынимать из карманов новые подарки для них.

Я поклонилась лорду, села в телегу, и мы поехали домой. А хозяин лесного дома, хозяин замка и всех этих земель стоял у порога до момента, пока мы перестали видеть его, повернув по лесной дороге.

— Марта и Нита чуть с ума не сошли, когда ворочались, Либи, — сказал Алиф, повернувшись ко мне.

— Потеряли меня? — я представила их лица, и меня передернуло.

— Да, они хотели переждать дождь, но утром пошли все же и увидели твой овраг, полностью заполненный рекой. И то место, где вы спали. Там их нагнал человек от лорда и сообщил, что вы у него.

— Теперь все будет хорошо, Алиф. Лорд разрешил оставить детей, — успокоила я паренька.

— Я боялся, что он отправит меня за той группой, что передал королю. Но лорд вызвал меня и взял слово, что больше я не стану скрывать ничего. Я поклялся ему, Либи, и теперь не нарушу слова, — в голосе нашего помощника появились железные нотки.

— Да, Алиф, я виновата перед тобой. Больше такого не повторится, — уверила я Алифа.

— Это не ты, это я принимал решение. Видел, как мечется Нита, как ты переживаешь за нее. Вот и увез Эвина. Но я не жалею. Видела бы ты, как он переменился за эти дни рядом с матерью, — голос Алифа смягчился и даже дрогнул.

Дома нас встречали прямо на дороге. Женщины со слезами бросились нам на встречу. Мои мальчишки сначала опешили, а потом, видимо, вспомнили свою настоящую семью и тоже чуть не разревелись, услышав наши рыдания.

Счастью не было предела, когда я передала все новости. И самой главной было то, что теперь мы могли жить открыто, не прячась, не скрывая детей.

Уложив малышню и проводив Алифа, мы до поздней ночи сидели в кухне и рассказывали друг другу обо всем, что произошло за эти дни. Марта заметила, что мальчики изменились, что за столом тянули руки к ложкам, которых в доме было всего три. Я и сама поразилась такой разнице с дочкой Ниты. Она все еще, словно птенчик, открывала свой маленький ротик в ожидании пищи. Сказалось мужское присутствие в жизни детей. А ведь он особо ничему их не учил, они просто повторяли за человеком, которого слушалась я. Будто поняли, что в том доме главная не их мать.

Земля после проливного дождя словно умылась, напиталась красок, которыми щедро делилась с природой. Лес и трава стали изумрудными, реки шумели в своих берегах, яркое солнце на синем небе не закрывала ни одна тучка.

Как и сказал лорд, Алиф приехал за мной через день. Подруги переживали, а я делала вид, что все знаю и бояться совершенно нечего. Меня провожало все наше большое семейство.

Когда мы въехали в замок, мое сердце дрогнуло. Люди оборачивались, завидев меня на телеге Алифа, а когда подъехали к конюшне, я увидела Борта. Тот стоял, уперев кулаки в бока, и явно собирался отчитать меня за нерадивое поведение.

— Борт, вижу, ты уже в курсе, — я протянула ему руки. Он вроде отмяк, но лицо его все равно оставалось серьезным. Обнял меня, как внучку, которая забыла деда и появилась только тогда, когда ее «прижало» саму.

— Ох, и заставила ты нас попереживать. Когда Алиф сказал, что лорд привез тебя в бреду, достав из реки, думал, как бы увидеть еще раз, пока не померла!

— Вот видишь, не померла! — я улыбнулась, стараясь рассмешить доброго друга.

— Лорд наш хороший человек и никогда никого не подводил, Либи. Только ты это не поняла сама. И мне не поверила, — Борт отстранился и посмотрел мне в глаза. Теперь он смотрел на меня с любовью.

— Алиф, веди ее сразу к лорду. Он ждет в большом зале, — будто вспомнив о своих обязанностях, сказал серьезно Борт.

Мы прошли в замок, снова миновали те самые комнаты, которые я проходила, когда впервые пришла сюда. В одной из них нас ждал лорд. Он сидел за столом и читал что-то на длинной бумаги, свернутой до этого в трубочку и до сих пор стремящейся завернуться.

— Спасибо, Алиф. Ты свободен. Вечером отвезешь Либи домой, а сейчас мы займемся делом, — объявил он, положил бумагу на стол и встал.

— Я готова помочь во всем, лорд. Можете рассчитывать на меня, — поклонившись, сказала я.

— Идем. Детей, которых ты кормила уже перевели в другую комнату. Сейчас они возле конюшен под навесом. Я хочу, чтобы ты посмотрела на них, — лорд быстро зашагал к выходу, а я поспешила за ним.

Увидев Луизу и Торри, я с большим трудом сдержалась, чтобы не побежать им на встречу. У них тоже горели глаза, но девушки поклонились лорду и остались на своих местах.

Мы пошли дальше, и я увидела тех, кого увидеть боялась. Под навесом в удобных креслах сидели Ильза и Севия. Завидев лорда, Севия подскочила и поклонилась. Ильза встала с кресла, как королева с трона, но тоже чуть склонила голову в приветствии.

— Я видел детей, которые росли с Либи, — обратился лорд к Ильзе, полностью игнорируя мою врагиню Севию. — Они разительно отличаются от тех, что росли здесь, — лорд указал глазами на десяток малышей, копошащихся на расстеленных по настилу покрывалах.

Я посмотрела туда же и охнула: теперь я не узнала бы, кто из них кто. А ведь год назад вполне узнавала каждого, кого кормила. Это были как будто совсем другие дети.

Но только потом, когда внимательнее присмотрелась к малышне, поняла, что большую часть времени они сидят или переползают друг к другу. Парочка, пытающаяся встать, тут же запиналась о ножки сидящих, падала и, решив, что передвигаться на ногах не очень удобно, продолжали ползать. Им было тесно!

Кроме этого, я не услышала ни одного мало-мальски раздельного слова, хотя мои уже плохо, но болтали что-то. И «дай», «моё», «пить» и «гулять» говорили разборчиво.