Айви неистово дрожит между нами, тихие всхлипы вырываются у неё, несмотря на то что моя ладонь всё еще прижата к её рту. Слезы текут по её раскрасневшимся щекам, глаза закатываются, и тело в моих руках становится совсем слабым, почти безжизненным.

Мне следовало бы остановиться. Выйти и дать ей прийти в себя. Но ощущение того, как она растянута вокруг нас обоих, слишком одурманивает, чтобы так просто его отпустить. Поэтому я продолжаю двигаться — теперь медленнее, но не менее интенсивно. Моя рука продолжает проглаживать очертания наших понемногу обмякающих членов. Я чувствую каждое подергивание, пока мы выплескиваем в неё последние капли, и её живот слегка вздувается от того количества семени, которое мы в неё вкачали.

— Красиво, — шепчу я охрипшим голосом.

Айви стонет в мою ладонь, её тело всё еще содрогается от послевкусия экстаза. Я медленно убираю руку от её рта и нежно целую в висок.

— Ты была великолепна, — тихо хвалю я её. — Какая хорошая девочка для нас.

Она издает прерывистый вздох, откидываясь на мою грудь. Её сердце колотится в такт пульсации наших членов, пульс бешено бьется под моими руками. Руки Виски поднимаются, чтобы погладить её бедра, затем бока; его прикосновения непривычно нежные.

— Ты в порядке, дикарка? — хрипло спрашивает он.

Она слабо кивает, хотя в её глазах я вижу крайнюю степень изнеможения. Мы вытолкнули её за все возможные пределы. Хорошо. В этом и заключалась суть эксперимента. Посмотреть, сколько она сможет вынести. Как далеко мы сможем её загнать. И она превзошла все ожидания.

Но мы еще не закончили. И по тому, как голодно она смотрит на меня из-под ресниц, оглядываясь через плечо, я вижу — она тоже не закончила.

— Что думаешь? — шепчу я, и мое дыхание щекочет её ухо. — Думаешь, ты сможешь принять наши узлы?

Она слабо качает голвой.

— Не… не туда, — выдыхает она прерывисто. — Но, может быть…

— Может быть, что? — настаиваю я, поглаживая её полный живот. Она извивается под моими руками, тяжело дыша и выгибаясь навстречу ласке; новые волны оргазма сотрясают её тело, заставляя дрожать на наших членах. — Ты просишь нас сцепиться с тобой в обоих отверстиях сразу?

Она едва заметно кивает. Мой член внутри неё дергается от этого признания.

— Хорошая девочка, — хвалю я. — Так жаждешь угодить нам.

Глаза Виски расширяются, когда он осознает её слова.

— Охренеть, — выдыхает он. — Мы реально собираемся…?

Я киваю, уже выстраивая логистику в голове.

— Нам нужно быть осторожными. Стратегически точными. Твой член чуть короче, но толще моего, и если ты будешь сверху, она будет просто раздавлена под нами, — объясняю я. — Логичнее всего будет, если ты останешься в её киске, пока я возьму её сзади.

Виски тяжело сглатывает, его кадык дергается. Он запускает руку в свои каштановые волосы.

— Блядь. Ладно. Хорошо. Да.

Я снова перевожу внимание на Айви, успокаивающе поглаживая её бока.

— Ты уверена в этом, малышка? Будет больно. И не просто «немного».

Она снова кивает, на этот раз увереннее.

— Я хочу этого, — шепчет она. — Пожалуйста.

Голая нужда в её голосе заставляет мой член пульсировать.

— Тебе точно не нужно говорить «пожалуйста», — хрипло отвечаю я, наклоняясь, чтобы нежно поцеловать её в висок. — Мы будем действовать медленно. Сначала я тебя подготовлю.

С предельной осторожностью я начинаю выходить из неё. Она скулит от этой потери, её внутренние стенки сжимаются вокруг наших членов, словно пытаясь удержать меня внутри. Раздается влажный хлопок, когда я полностью покидаю её тело, и прохладный воздух пещеры обжигает мой пульсирующий член. Он ноет там, где терся о ствол Виски, но всё это не важно. Не сейчас, когда ей предстоит пройти через нечто гораздо более интересное.

Я направляю её вперед, пока она не оказывается на широкой груди и животе Виски; её дрожащие ноги, липкие от спермы, оседлали его мускулистые бедра.

— Держи её смирно, — приказываю я Виски. — Мы не хотим, чтобы она дернулась и поранилась.

Виски в ответ лишь рычит и обвивает маленькое тело Айви своими массивными руками, фиксируя её на месте. Она ерзает, подстраиваясь под позу, и морщится, когда её живот прижимается к животу Виски. Должно быть, она чувствует себя такой переполненной, такой чувствительной после того, как мы трахали её вдвоем. Зрелище её — такой крошечной на фоне его мощи, словно кукла в руках гигантского зверя — посылает во мне новый всплеск жара.

Я устраиваюсь позади неё, смакуя открывшийся вид. Её задница — аккуратная и круглая, идеально обрамленная бедрами Виски. Его член всё еще по самую рукоять погружен в неё, растягивая её плоть. Её складки блестят от нашей совместной разрядки там, где она соединена с другим альфой.

— Идеально, — бормочу я, проводя пальцами по изгибу её ягодиц. Она вздрагивает и извивается под моим прикосновением, насколько ей позволяют руки Виски; тихий всхлип срывается с её губ.

Я окунаю пальцы в озерцо смазки у входа в её киску, густо покрывая их смесью нашей спермы и её соков. Затем мои пальцы начинают описывать круги вокруг её сжатого ануса, распределяя жидкость как лубрикант. Сначала она напрягается, тихий стон срывается с её губ. Я чувствую, как тесное кольцо мышц трепещет под моим прикосновением — девственное и нетронутое.

— Расслабься, — шепчу я, сохраняя низкий, успокаивающий тон. — Будет больно, но я буду нежен. Просто дыши, и если станет слишком тяжело — скажи «нет».

— Я не скажу «нет», — бормочет она в грудь Виски, сохраняя гордость даже в таком положении. Член Виски внутри неё дергается при каждом касании моих пальцев к её второму входу. Должно быть, она непроизвольно сжимается вокруг него.

Я продолжаю свои манипуляции, медленно очерчивая и растирая её кольцо. Постепенно я чувствую, как часть напряжения покидает её тело. Её дыхание выравнивается, подстраиваясь под ритм моих движений. Хорошо. Чем больше она расслаблена, тем легче всё пройдет.

— Вот так, — подбадриваю я её, позволяя ноткам похвалы просочиться в голос. Я знаю, как это на неё действует. — Ты отлично справляешься.

Дрожь проходит по её телу от моих слов, её дырочка пульсирует. Когда я чувствую, что она готова, я слегка увеличиваю давление. Подушечка моего указательного пальца сильнее упирается во вход — еще не проникая, но давая ей почувствовать саму возможность этого. Она ахает, её бедра дергаются в хватке Виски.

— Смирно, — командую я, кладя вторую руку ей на поясницу. — Дай мне поработать.

Виски издает нетерпеливый низкий рык. Я бросаю на него испепеляющий взгляд.

— Веди себя прилично.

Он утихает с ворчанием, но я вижу голод, горящий в его глазах. Вижу, как его руки напрягаются на коже Айви, как он жаждет начать двигаться. Взять её. Но он сдерживается. Хороший мальчик.

Я возвращаю внимание к Айви, к этой деликатной работе. Мой палец продолжает свои сводящие с ума круги, с каждым оборотом подбираясь всё ближе к центру. Её пульс бьется в её сжатом отверстии и в позвоночнике под моей ладонью. Дыхание становится коротким, резким и нервным.

— Дыши глубже, — инструктирую я. — Вдох носом, выдох ртом.

Она слушается, её маленькое тело расширяется при каждом вдохе. На выдохе я чувствую, как мышцы становятся чуть мягче. Идеально.

Я начинаю плавно надавливать, пока самый кончик моего пальца не проталкивается в дырочку Айви. Её дыхание прерывается, сдавленный крик рвется из горла. Она глушит свои звуки, уткнувшись в грудь Виски, но её уже начинает неистово трясти.

— Тсс, — успокаиваю я её. — Всё в порядке. Просто расслабься.

— Я держу тебя, — рычит Виски прямо в её огненные волосы.

Я замираю, не двигаясь, давая ей привыкнуть к ощущениям. Под ней Виски невольно стонет. Я могу только воображать, как её внутренние стенки сжимаются вокруг его члена, пока она борется с новым вторжением. Медленно, очень медленно я усиливаю давление.

Тугое кольцо мышц начинает поддаваться, растягиваясь вокруг кончика моего пальца. Айви издает самый сладкий, самый крошечный всхлип. А я знаю, что она не из тех, кто легко плачет.