— Я не знаю, Кейден, — Аурен обошел нас на своем грифоноскакуне. — Возможно, сегодня я в настроении устроить кровавую баню. Прошло много времени.

Кейден не пошевелился, обозревая сцену с мрачной решимостью.

— Королева здесь?

Вулфрик указал.

— Да. Она в центре колонны. Насколько мы можем судить, она использует свою магию, чтобы выращивать виноградные лозы.

— Она использует мою магию, — прорычал Темный Бог Волков, земля внезапно задрожала от его ярости. — Выращивание — это мой дар. Не ее.

— Что ж, похоже, теперь у нее он тоже есть, — сказал Касс, затем быстро отвел глаза, чтобы избежать взгляда Кейдена.

В этом был смысл. Так она заразила стену. Чем больше силы она крала, тем могущественнее становилась Айанна.

Мою кожу покалывало, и я сильнее натянула перчатками поводья. Сколько магии Луны она забрала? Могла ли она управлять стеной?

Кейден повернулся к Мел.

— Нам крышка, если эти лозы доберутся до пилонов. Можем ли мы использовать зелья, чтобы превратить их в камень?

Она колебалась.

— Ты по-прежнему намереваешься уничтожить их с корнем?

— Да.

Она покачала головой.

— Тогда не стоит рисковать — нам нужен элемент неожиданности. Если Айанна заподозрит, что мы можем окаменить лозы, она сбежит и забаррикадирует Колодец Жизни такой защитой, что даже вы с Ауреном не смогли бы прорваться вместе.

— Я не собираюсь проигрывать, — пророкотал Кейден.

— И она тоже.

Он повернул Вегу обратно к хребту, разглядывая равнины внизу.

Моя пара был невероятно красив, восседая на своем скакуне, как древний воин. Его ледниково-голубые глаза сияли, как бриллианты, а темные волосы трепал зимний ветерок. Тени цеплялись за него, отклоняясь от своего обычного положения и будто стремясь приблизиться. Теперь я знала их не как то, чего следовало бояться, а как защитников, которые укрывали меня от опасности и приносили утешение, когда я была одна.

— Вулфрик прав, — сказал он, не отводя взгляда. — Это будет кровавая баня, и я не могу рисковать кем-либо из вас. Мы с Ауреном пойдем, и если королева сбежит, то мы нанесем удар по Шпилю Мечты и отравим виноградные лозы.

Я подтолкнула Эловин вперед.

— Я ни за что не позволю тебе спуститься туда без меня.

— Я ни за что не стану тобой рисковать, — отрезал он, поворачиваясь обратно.

— Это и моя битва тоже, Кейден, — я обнажила свой клинок. — И я отомщу.

— Месть не стоит твоей жизни.

— Я знаю заклинание, которое может заманить в ловушку бога, и я также могу заманить ее. Кто из вас может это сделать? — спросила я, объезжая двух богов на их скакунах. — Кто из вас сможет управлять барьером, если королева попытается сбежать?

Кейден посмотрел на меня, и я посмотрела в ответ.

— Если это наш шанс добраться до королевы, тогда тебе понадобится вся возможная помощь. В противном случае, почему ты позволил мне искать Луну? Зачем ты вообще взял меня с собой? Почему бы просто не запереть меня в камере и не навещать, когда захочешь?

Он отвернул Вегу от меня и поскакал обратно к гребню, ярость явно исходила от него, как волны жары в пустыне.

— Ты веришь в меня? — крикнула я ему вслед. — Потому что, если нет, то что я здесь делаю?

Темный Бог Волков резко обернулся.

— Ты не должна вступать в бой, пока не появится шанс убить Айанну, ясно?

Я кивнула.

— Кристально.

— Ты будешь ждать с Вулфриком и его всадниками. Не вступай в бой, пока я тебя не позову. И, черт возьми, помни, что ты смертная.

Я открыла рот, чтобы возразить, но он вытащил свою глефу и повернулся к Аурену.

— Какого черта мы ждем? Давай покажем им, каково это — сражаться с богами.

Он пришпорил Вегу и помчался вниз по склону к колонне виноградных лоз и солдат внизу, тени тянулись за ним, как плащ на ветру.

Мое дыхание участилось, когда я увидела, как исчезает моя пара. Я могла бы знать заклинание, чтобы заманить бога в ловушку, но Айанна знала, как украсть их силу и высосать ее досуха.

Я повернулась к Мел и протянула руку.

— Дай мне зелья. Думаю, они мне понадобятся.

Кейден

Я с ревом поднял свою глефу над головой, а затем помчался через луг вместе с моим братом, ехавшим рядом со мной. Потоки солнечного света и тени просочились сквозь его пальцы, и черный топор материализовался в его руке. Земля гремела под копытами наших животных, и вскоре все, кто простирался перед нами, научатся бояться.

Казалось, будто и не прошло тысячи лет.

Это была настоящая война. Не мужчины и оборотни умирали за меня, потому что мне приходилось прятаться за стеной. Только мы с братом смотрели битве в глаза.

Аурен указал топором вперед.

— Поскольку все, что у тебя есть, — это строгальный ножик, я возьму лозы и королеву. Разбирайся с этим сбродом и держи их подальше от меня.

Этот ублюдок рассмеялся и убежал, прежде чем я успел ответить, заняв левый фланг.

Все, что у меня есть? Я покажу ему все, что у меня есть. Призвав свою силу, я призвал бурю. Над колонной королевы начали клубиться тучи, раздался раскат грома. Сверкнула молния, когда посыпались разряды, поражая людей и зверей. Аккуратно выстроенные ряды пикинеров фейри начали рассеиваться при нашем приближении.

Скрытые лучники поднялись из травы, чтобы обрушить на нас дождь отравленных стрел и магии. Выводки выползали из лоз на своих длинных, тонких лапах, а гигантские пожиратели падали следовали за ними по пятам, их похожие на личинки рты были полны тысяч зубов. Были даже громоздкие крайтаны с их клешнями. Все ужасы ее королевства. Все здесь для того, чтобы я убил их.

Я ворвался в них, как ураган. Ветры поднялись вокруг меня, как щит, разбрасывая стрелы. Я взмахнул глефой, рубя как людей, так и монстров, пока мы продвигались вперед.

Белый снег стал коричнево-красным от взрыхленной земли и потеков крови.

Стена фейри рухнула перед нами и разбежалась, открывая свободный путь к Айанне и ее виноградным лозам. Она парила над хаосом на серебряных крыльях, сила струилась вокруг нее.

— Разберись с ней! — крикнул я брату, отсекая голову еще одному из ее налетчиков.

Грязь взметнулась вокруг нас, когда виноградные лозы и корни вырвались из земли. Аурен разрубил их топором, но они обхватили Вегу и потянули нас вниз.

Мои кости затряслись, когда я ударился о землю, но в следующий миг я уже был на ногах, отсекая цепкие усики. Вега поднялся и тоже начал цепляться за лозы, но я шлепнул его по заду и крикнул:

— Прочь! Охоться на лучников!

Он развернулся и помчался обратно к воинам-фейри, разрывая броню и круша черепа своим свирепым клювом.

Лозы продолжали приближаться, скользили ко мне и обвивались вокруг моих рук. Глефа была острой, но громоздкой. Все больше и больше лоз цеплялось за меня, и мое тело немело, поскольку они высасывали из меня как силу, так и магию.

— Какой пир ты приготовил для меня, Темный Бог! — крикнула королева сверху. — Два жирных волка, которых скормят моим детям!

Я ревел, разрывая лозы, но они были подобны океану, захлестывающему меня.

Я почувствовал Саманту прежде, чем увидел ее. Тепло и свет ее магической подписи переплелись с силой нашей связи.

Перед моими глазами сверкнул яркий взрыв, и лозы ослабли. Саманта пронеслась мимо, ее меч вспыхивал лунным светом, когда она рассекала опутывающие меня лозы.

Ярость и благодарность вскипели во мне, когда я освободился от последних усиков. Она была прирожденным воином, но как я мог смотреть, как моя пара рискует собой ради меня?

Где , черт возьми,, был Вулфрик?

Быстрый взгляд сказал мне, что она оставила своего охранника далеко позади в толпе фейри. Черт бы побрал эту женщину!

Виноградная лоза обвилась вокруг ее горла и выдернула ее из седла, а я рванулся вперед. Смертокрылы упали с неба прямо на нее, когда она лежала, хватая ртом воздух, смертоносные колючки были нацелены прямо ей в сердце.