— Луна не может войти в Страну Грез — с тех пор, как она создала барьер. Все ее храмы здесь заброшены.

Вот почему мои друзья и я должны были перезарядить пилоны от ее имени в тот день, когда Кейден убил меня. Луна сказала нам, что она была якорем, удерживающим дверь тюрьмы Кейдена закрытой.

— Вот почему я должна вернуться в реальный мир. Хранительница знаний моей стаи призвала Луну раньше, и она может сделать это снова.

Выражение лица Кейдена было недоверчивым.

— Твоя стая поможет после всего, что случилось? После всего, что я сделал?

— Они не помогают тебе, Кейден. Они помогут мне.

— Значит, ты будешь им лгать? Потому что в тот момент, когда ты упомянешь меня, или стену, или Страну Грез, они запрут тебя в психушке.

— Значит, ты отказываешься меня отпускать? Ты будешь держать меня здесь, как свою пленницу, и смотреть, как я увядаю?

Его лицо исказилось от ярости и вины.

— Конечно, нет. Но ты слишком важна для меня, и слишком многое поставлено на карту. Я не хочу терять тебя из виду.

— Я знаю, ты хочешь защитить меня, но не можешь — удерживая меня здесь под замком. Лучший способ защитить меня и твои земли — это отпустить меня. Позволь мне позвать на помощь, потому что мы не можем сделать это сами.

— Она права, Кейден, — Мел вздрогнула в тишине, которая установилась между нами.

— Не могу поверить, что ты принимаешь в этом ее сторону! — прорычал он, поворачиваясь к ней.

— Не могу поверить, что ты нет! — Мел огрызнулась в ответ.

Это было так, словно она ударила его по лицу. Он ошеломленно уставился на нас. Я практически видела, как его терзает чувство вины.

Единственным звуком было шипение зелья в очаге.

Я шагнула вперед и положила ладонь на напряженные мышцы его руки.

— Мне нужно, чтобы ты доверял мне, Кейден.

Мое прикосновение немного успокоило ярость, бушевавшую под его кожей.

— Да. Я всегда буду верить в тебя. Ты сделала здесь больше, чем я когда-либо мог себе представить.

— Это сработает. Я вернусь здоровой или с защитой для стены, обещаю.

Он провел рукой по волосам вдоль моего лица, и мою кожу покалывало от нежности его прикосновения.

Медленно, он решительно сжал челюсти.

— Если отправить тебя обратно в Мэджик-Сайд к проклятой Богине Луны — это то, что нужно, чтобы разрушить это проклятие, так тому и быть. Но будь я проклят, если ты, черт возьми, пойдешь одна.

Я возвращалась домой. В Мэджик-Сайд.

Я, честно говоря, не могла поверить, что Кейден уступил. Мысль обо всем этом приводила в восторг и, честно говоря, подавляла.

Как только решение было принято, мы начали лихорадочно готовиться. Мы не знали, сколько времени было ни у меня, ни у стены, но мы знали, что должны действовать быстро. Казалось, что время стремительно несет меня домой. Кейден вызвал Клыка и Вулфрика присоединиться к нашему совету, и мы начали обсуждать детали и непредвиденные обстоятельства.

Кейден указал на двух своих генералов.

— Я хочу, чтобы вы все время были с Самантой. Мы не знаем, есть ли у Айанны способ выследить ее, но если да, то она пошлет убийц.

Я взглянула на темноволосого оборотня.

— Альфа узнает запах Вулфрика — он пытался утащить меня во время нашей последней битвы с тобой.

Это было давно, но я знала, что Джексон, альфа Мэджик-Сайда, этого не забудет.

Внезапно застывший, как статуя, Вулфрик склонил голову.

— Я никогда не извинялся за это. Мне очень жаль, Саманта.

— Я приказал ему схватить тебя, — сказал Кейден. — Это моя вина.

Я пожала плечами.

— Клык так и не извинился и за половину того дерьма, которое он натворил. Я смирилась с этим. Просто я не хочу, чтобы Джексон сошел с рельсов и атаковал до того, как у меня появится шанс объяснить ситуацию. Вместо этого я должна взять с собой Сариона. Он может подтвердить, что сделала королева, и у него нет никаких связей с тобой.

Кейден кивнул.

— Поговори с ним. Может, он поможет.

Мы закончили последние приготовления к моему путешествию, и затем я направилась в покои Сариона.

Оборотни, охранявшие его дверь, позволили мне войти. Сарион не был пленником — он мог передвигаться по замку. Но он также не был свободным. Несмотря на все, что фейри-воин сделал для меня, Кейден не спешил доверять ему и держал под пристальным наблюдением часовых, куда бы он ни пошел.

Точно так же, как он однажды поступил со мной.

Однако, вместо того чтобы терзаться из-за цепей, Сарион, казалось, смирился со своим нынешним затруднительным положением. Он небрежно развалился у окна, задрав ноги, и смотрел на горизонт. Когда я вошла, он обернулся и широко улыбнулся.

— Саманта, чему я обязан таким удовольствием?

Я прислонилась к стене, скрестив руки на груди. Я достаточно часто навещала его, чтобы поболтать, но сегодня не было смысла ходить вокруг да около.

— Я пришла просить об одолжении.

Он опустил книгу, которую держал в руке, и нахмурился.

— Я не уверен, насколько полезен бескрылый фейри кому-либо в Камне Теней, но я рад сделать то, что могу.

— Мне неловко просить тебя о чем-то большем после всего, что ты сделал ради меня, — мой голос дрогнул, — и ради моей матери.

Он со щелчком захлопнул книгу.

— В настоящее время я провожу все свое время в крепости, полной чрезвычайно подозрительных оборотней, которые доверяют мне настолько, насколько могут отойти от двери — что, учитывая Темного Бога Волков, вероятно, является значительным расстоянием. В любом случае, на данный момент я бы вызвался нырнуть в вулкан, если бы тебе это было нужно.

— Не вулкан… но ситуация, которая может оказаться столь же взрывоопасной. Я возвращаюсь в Мэджик-Сайд — в реальный мир.

Он поднял брови.

— Темный Бог Волков отпускает тебя домой?

У меня внутри все сжалось. Домой. Думала ли я вообще о Мэджик-Сайд в таком ключе? Что осталось от моей прежней жизни? Моя квартира? Моя старая спальня с трофеями роллер-дерби на полке? Холодильник с протухшим йогуртом? Я месяцами не платила за квартиру.

Масштабы всего этого медленно доходили до меня. Я потеряла свой кошелек, телефон и все, что осталось от той старой жизни. Единственное, что у меня было, это то, что я заработала здесь, и это была пара комплектов одежды и меч, который когда-то принадлежал фейри, которого я убила.

Моя старая жизнь была в Мэджик-Сайде. Там была моя стая. Но моя пара и моя судьба были в Стране Грез.

— Он знает, что я вернусь.

Сарион оценивающе оглядел меня.

— Боже, как все изменилось.

— Все скатилось к хрена собачьим.

Я объяснила ситуацию, и Сарион тихо присвистнул.

— Действительно, это пиздец. Но важнее всего Айанна — она высасывает жизнь из всего.

Боюсь, те, к кому я собираюсь обратиться, могут быть… не слишком расположены — учитывая их прошлый опыт общения с Кейденом. Мне нужен кто-то, кто подтвердит, что я не подвержена промывке мозгов, и что Айанна — ну, она…

— Властолюбивая психопатка, высасывающая силы из земель Тёмного Бога Волков и даже из собственного народа? — подсказал он.

На моём лице появилась кривая улыбка.

— Ты будешь идеален.

Он поднялся и потянулся, раскинув руки.

— Ну что, когда выдвигаемся?

Кейден

Я прислонился к балкону и вцепился пальцами в камень, глядя на зимний пейзаж за окном.

Я отпускал ее.

Горький привкус в горле был настолько сильным, насколько я мог вынести. Я бы скорее отказался от своего топора, своей магии или своей способности превращаться, чем от нее.

Это была настоящая агония, пока она была во владениях королевы. На этот раз будет намного хуже.

Потому что теперь мы знали, кем являемся друг для друга. Потому что теперь мы оба приняли это.

Судьбы подарили мне пару на всю оставшуюся жизнь, и я собирался дорожить каждой секундой, которая нам осталась. Я знал, что их будет слишком мало. И теперь я отпускал ее.