Люц улыбнулся так же холодно, но кивнул и направился к столику, вместе с Криусом. Мужчины положили свои артефакты одновременно: трость с окованным набалдашником и короткий жезл, очень напоминающий скипетры, которыми пользуются некоторые из монархов. Зиг и Олкандр шагнули к столу следующими. К двум артефактам легли фальката и гладиус. Воины обменялись отстраненными, абсолютно безразличными взглядами и шагнули следом за своими лидерами, уже садившимися за стол. Теперь каждому из четверых Слуг было не меньше дюжины шагов до артефактов, через которые они черпали свои силы, часть которых, впрочем, еще держалась в их телах. Пускай не так эффективно, как ведьмы, но Слуги тоже были на что-то способны и без своих безделушек.

Люций и Криус некоторое время молча смотрели друг на друга, явно думая о чем-то своем. Их телохранители замерли в одинаковых позах точно за спинами стариков, ни на волос не желая уступать друг другу в расстоянии до артефактов. И все же первым, спустя минуту, заговорил Криус:

— Так значит ты хочешь разрушить Обелиск? Не думаю, что тебя хоть чуть-чуть удивит моя осведомленность, лучше ответь зачем?

— Потому что вижу в этом благо для нас всех, — пожал плечами Люций. — Ты правда считаешь, что нам нужно запираться на юге, оберегать Прорыв, который мы не можем переместить?

— Можем, — покачал головой старший из Слуг. — Выгадать новое, удачное место не сложно. А с мощью Обелиска это можно и не делать, Прорыв откроется и так.

— Но при этом будет крыть не такую большую территорию, а еще Церковники ощутят его за десятки лиг. Искать новое, столь же удобное географически, место не выгодно. Мы пытались, но слишком многое должно совпасть, чтобы накрыть весь север мощью одного Прорыва. Ты ведь и сам признаешь, что части той информации, что сохранилась до нас, не понимаю даже способнейшие.

Криус нехотя кивнул, не желая спорить с очевидным. Культурное падение севера отразилось и на Слугах, ведь те всегда были выходцами из тех же самых людей, против которых они сражаются. Среди имперцев почти не осталось ученых, которые в большинстве своем были магами. Самые выдающиеся их Слуг древности, как бы банально это не звучало, в свое время учились в тех же самых магических академиях, что и ученые тех времен. Просто по какой-то причине бывшие однокурсники пошли разными дорожками. Скрытая от взоров обычных людей война на истребление выкосила не только всех магов, но и самых талантливых из их противников, и теперь спустя восемь сотен лет с обоих сторон конфликта решающую роль играет религия, а не знания.

— Даже не имея возможности незаметно переместить Обелиск, мы все еще могли раскинуть сеть Прорывов над севером, уж на это знаний хватило. Но своими действиями ты все испортил, Люций.

— Слишком нестабильная сеть, требующая множества ресурсов, — скривился Люций. — Одни духи Биаса чего стоят, а также их доставка. Путешествие по Уласу в этом отнюдь не панацея.

— И ты считаешь, что, расколов Обелиск, сможешь сделать лучше?

— Если у каждого из нас будет осколок, сеть над севером, да и вообще всем миром, возникнет сама собой. Скрыть небольшой камень будет проще чем огромный алтарь. Придется провести кое-какие исследования для этого, но я уверен, что Церковники будут чуять нас не сильнее чем обычно.

— Но для этого придется разрушить Обелиск, чего я допустить не могу, — покачал головой Криус. — Не имеем мы права сломать то, аналога чему не можем создать. Слишком ценная вещь…

— Приходится идти на жертвы, — пожал плечами его собеседник. — Чтобы принести пользу нашим Богам мы должны не руины охранять на безлюдном юге, а встроиться в людское общество. Даже если придется отдать им когда-то завоеванные земли.

Лидер Слуг хмыкнул и покачал головой:

— Говоришь ты складно, но и сам должен понимать – у тебя своя правда, у меня своя.

— Подозревал, что договориться не получится, — Люц напрягся, готовый к сражению.

Криус будто бы виновато развел руками, а затем резко хлопнул ими перед собой. Люций, не дожидаясь развития событий, упал на спину вместе со стулом, попытавшись перекатиться, но так и замер лежа на спине, скованный ужасающей слабостью. Он понял, что происходит – из него выкачивали силы через несложный магический круг.

Над головой в две глотки взревели звери, смутная тень метнулась вперед, с вражеской стороны, но была тут же подхвачена кем-то бросившимся навстречу. Клубок из двух существ покатился по полу где-то за спиной лежавшего мужчины.

Люций пытался подняться, но круг, по всей видимости начертанный под ковром, держал его крепко, продолжая качать крохотный запасы сил Криусу. Тот не заставил себя долго ждать и появился в поле зрения беспомощного противника через несколько секунд, уже со своим скипетром:

— Серьезно, Люций? Столь примитивная ловушка? Я и не думал, что сработает, припас еще кое-что… Но раз уж оно не понадобилось, мне же лучше, — старик пожал плечами.

Рев бьющихся химер где-то впереди его ничуть не смущал. Криус бросил на них лишь короткий взгляд, вновь взглянув на своего противника, почему-то ухмыляющегося, даже через сковавшую его слабость. Впрочем, старый лидер Слуг никогда не славился глупостью, он и сам уже начал что-то подозревать:

— Почему так мало сил, Люц? С камнем в кармане ты должен был крыть меня на голову… Даже круга могло не хватить.

— Поэтому… он и не… у меня, — просипел скованный мужчина.

Позади него одна из химер взвыла особенно сильно, только вот в ее реве было куда больше боли и удивления, нежели ярости. Почти сразу звериный рев сорвался на почти человеческий вопль. Люций напрягся и чуть не порвав собственные мышцы изогнул шею, пытаясь разглядеть происходящее.

Олкандр явно не рассчитал собственных сил, метнувшись на врага сразу после начала развития событий. Возможно, Криус смог передать ему часть сил перед рывком, потому что тот смог перевоплотиться почти полностью. Покрытое чешуей тело и длинные когтистые руки, почти человеческие. Ноги больше похожи на кошачьи, но с двумя суставами, явно очень прыгучие. Голова вжалась в плечи, прикрываясь костяными наростами, но так было до атаки Зига, оторвавшей противнику одну из рук и сорвавшей часть пластин вместе с плечом.

Зиг, в отличие от соперника, явно не экономил силы, Люций вообще начал сомневаться, что его подчиненный еще в себе. Эта многолопая, многоногая тварь, с длинной бледной шеей, увенчанной почти человеческой головой с огромной пастью, явно желала лишь жрать и крушить все вокруг. На глазах невольных зрителей, Зигфрид закинул в рот оторванную руку, тут же выпростав вперед пару конечностей, ухватив попытавшегося уйти противника. Узловатая трехпалая рука и склизкое щупальце крепко спеленали Олкандра, чтобы через мгновение потянуть его в пасть твари, нависавшей над ним. Каким бы тот ни был талантливым и сильным Слугой, но Криус перехитрил сам себя, решив оставить артефакты в стороне. Без подпитки силами его цепной пес оказался лишь закуской, для дорвавшегося до осколка Обелиска Зигфрида.

— Гадство, — ругнулся Криус и попытался броситься прочь, но тварь оказалась куда быстрее, не смотря на свои габариты.

Зиг змеей метнулся по залу, обрушившись на бегущего старика всей своей массой, распахнув огромную пасть прямо вдоль тела, тут же поглотив Криуса. Сила, сковывавшая Люция, тут же ослабла, но он все еще был не сильнее обычного человека. А Зигфрид тем временем уже поворачивался к нему.

— Не смей, Зиг! — рявкнул Люций, стараясь унять дрожь в голосе. — Зиг! Не узнаешь меня?!

Длинная белесая шея изогнулась и хлестким, будто взмах кнута, движением метнулась вперед. Люций спасла его же слабость. Попытавшись уклониться, он оступился и упал, невольно прикрывая лицо рукой. Щелкнули огромные челюсти, брызнула кровь. Мужчина заорал, чувствуя, как его левое предплечье пронзила чудовищная боль, мигом отхлынувшая, сменившаяся другой, тупой и ноющей, но все еще безумно сильной. Сквозь слезы Люц взглянул на руку, все уже и так понимая – Зиг укоротил его левую руку по локоть.