Непроизвольно я даже ускорил шаг.

Дом главного зодчего из Живой Листвы очень выделялся на фоне остальных. Начиная с простого, его со всех видимых сторон окружали перекладины, с которых густо свисало какое-то колючее растение, прикасаться к которому я бы ни за что в жизни не стал. Относительным островком безопасности являлось место перед дверным проёмом, где стояла ни то резная, ни то таким образом выращенная массивная деревянная пластина с изображёнными на ней облаками, на половину закрывающими солнце. Сверху и снизу, очевидно красоты ради и тепла для её зарастили пышным зелёным мхом. Должно быть, отличная изоляция по зиме-то, хотя сомневаюсь, что внутри станет холодно, даже если дверь настежь открыть. Ручки у двери не нашлось, но вместо неё на тройной переплетающейся цепи в самом центре висел увесистый шарик. Он висел на уровне лба какой-то металлической твари. Яркое блестящее металлом пятно на голове зверя красноречиво подсказывало, что нужно шаром этим в него ударить. Все стены, которые только видно, облагородили широкими глянцевыми листьями, между которыми скромно пристроились небольшие треугольные окна.

Дом насчитывал два высоких этажа и снаружи выглядел очень просторным. Сложно сказать, сколе кислых такой стоил бы на Земле, да и одёрнул я себя, понимая, что зря перевожу всё в деньги. Самое смешное, что теперь я смог бы самостоятельно вырастить такой же живой дом.

— Светлого неба, Андрей, — попрощался Телв, когда убедился в том, что я дом Дариуля ни с чем не спутаю.

— Ага, тебе тоже не хворать. До встречи, — откликнулся я, не обернувшись, и подошёл к двери.

В ответ на удары по лбу несчастной металлической зверюге дверь отдалась гулким стуком. Будь я с той стороны, прислонённый к ней ухом, заработал бы себе писк в черепе на пару дней. Но это и понятно: большому дому необходим такой громкий сигнал, чтобы хозяин услыхал, где бы он ни находился.

Пока Дариуль не появился, я всё думал, как буду с ним разговаривать. Всё, что я о нём слышал, подсказывало, что чело… ял он добродушный, но кто знает, как он отнесётся к человеку? Чёрт, и Тэлва назад не позвать, он уже достаточно далеко, чтобы успеть к приходу хозяина. С другой стороны, если он просто так оставил меня, возможно, он верил, что у меня и самого всё отлично получится. Проклятие, год назад я и думать бы об этом не стал, говорил бы всё, что думаю.

Наконец из глубин дома до моих ушей донеслись быстрые шаги. Три секунды, и окошко, затянутое изнутри мелкой сеткой, через которую я не смог рассмотреть даже чужих глаз, приоткрылось.

— Чем могу помочь? — спросил он приглушённым перегородкой голосом.

— Приветаю, мастер Дариуль. Прошу прощения, не знаю второго имени.

— Мы знакомы?

— Нет, но Тсу’Роулл и Халун’Краклис много рассказывали о вас.

— Подожди, так ты Гнису Андрей? — спросил он, но не успел я ответить, попросил: — Покажи лук.

— Ваша работа? — догадался я, доставая оружие из колчана и смотря на крохотное ядро через СНДВ. — У меня такие маленькие не получаются.

— Ты знаешь Живолист? — спросил он, и из-за двери донеслись звуки отпирающегося механизма. Как только грузная дверь без единого скрипа открылась внутрь, на пороге меня встретил белый от возраста ял в красивом халате, расшитом красными и синими лентами, достающим почти до пола. Он разглядывал меня, что в свою очередь делал и я.

Его лицо, вопреки моим ожиданиям, не покрыли старческие морщины, но во взгляде чувствовалось что-то старинное. Куда мне с моими сорока четырьмя оборотами?

— Разрешите представиться, ланни имени Фура. Андрей — старое имя.

— Добро, заходи. — Ял шагнул в дом, приглашая меня протянутой рукой, и я незамедлительно этим воспользовался. Всё оружие я оставил в прихожей в специально сделанной для этого корзине, а моим ногам в помещении с гладким полос стало намного легче.

Внутри, как и ожидалось, оказалось уютно и ничуть не жарче, чем на улице. Чувствовалось, будто ни стен, ни окон здесь на самом деле не стояло, но и ветерка уличного тоже не летало. Видимо, какая-то хитрая система вентиляции медленно переносила воздух с улицы сюда. На грани восприятия я даже почувствовал его лёгкое движение.

— Должен признаться, в таком живом доме я ещё не был, — сказал я осмотревшись вокруг.

Хозяин молча принял мой комплимент и пригласил сесть за стол, а сам засуетился с чайником, который поставил на металлический крест сложенной бурым камнем печи. Ял не использовал магию, а развёл огонь огнивом, что меня немного удивило. Появившийся после этого дым вытягивался потоками воздуха в выращенный козырёк, от которого на улицу уходила широкая труба.

— Что же там случилось? — спросил ял, не дождавшись готовности чая.

— Хороший вопрос, — горько усмехнулся я. — Мы с Халуном поднимались по Пурпурному Крылу. Отошли на какие-то пару выстрелов… — начал я и рассказал Дариулю довольно короткую историю.

— Говорят, ты умер. — сказал он, продолжая рассматривать меня, пока наливал в кружку ароматный напиток. — Кажется слухи преувеличены.

— Ничуть, — ответил я. — Но мне полегчало. Отправило обратно, но не понравилось, и я вернулся.

— Ты так легко говоришь об этом, — сказал он, явно наслаждаясь напитком. — Ты пей, она хорошо успокоит.

— Мне бы вот это в Крислеме. — Тяжело вздохнув, я всё-таки попробовал напиток. — Ум, ромашка и смородина? Ещё бы чего кисленького.

— Могу кислицы принести.

— Она здесь так быстро вызревает? Эх, у нас эта ягода не раньше середины лета краснеет.

— Я не про ягоду. Кислица — это листы.

— А, так это что-то вроде щавеля? Тогда не надо.

— Что это? — спросил ял, глядя мне на запястье. Там появился красно-чёрный браслет, которого точно не было, когда я входил.

— Халун назвал её Жидкая Смерть, хотя разок она мне и жизнь спасла.

— Красный и чёрный? Кажется, его зовут Роктус. — Меня совсем не смутило, что ял по сути назвал его живым. На этот раз я только укрепился в этом мнении. — Эти предметы ещё времён Похитителей.

— Между прочим, он не раз отказывался появляться в опасных ситуациях, хотя, помнится, мне рассказывали иное. Ай! — Руку дёрнуло от неожиданного болезненного укола, хотя на коже после исчезновения обиженного браслета не осталось и следа.

— Как ты думаешь, чем может заниматься заточённый разум сотни оборотов подряд? — В ответ я только пожал плечами и мотнул головой. — Наблюдать за живыми, смотреть на их мысли. Он читает и тех, кто поблизости, их намеренья. Если Роктус не появился, значит не было и причины.

— Прямо как один мой знакомый, — усмехнулся я, вспомнив кое-кого. — Просто, я не могу отделаться от мысли, что он может ошибиться.

— Доверять ему — твой выбор, — пожал он плечами.

Наша беседа в какой-то момент переключилась на Дидания и состояние его здоровья. Дариуль сказал, что его время уже и так подходит к концу, так что будет хорошо оставить всё идти своим чередом. Илибезу давно нужна свежая кровь, если я правильно понял его довод, а потом ещё удивился, что слышу это от него, а не от молодого поколения, которому, по большому счёту, всё равно, кто будет собирать налоги с народа. Вообще, я чисто ради вежливости спросил, но не ожидал, что Дариуль отзовётся так категорично.

— Никак, между вами конфликт? — спросил я, негромко звякнув кружкой о стол.

— Ты очень наблюдательный, — усмехнулся он, но потом стал серьёзным. — Вот, что я тебе посоветую, оставь Роктус в тайне ото всех. Особенно от лордов.

Уже и не вспомню, сколе кружек с чаем я выпил и сходил из-за этого по зову организма, но в очередной раз это случилось в глубокую ночь. Дариуль, практически не прекращая слушать меня, успел приготовить на кухне небольшой ужин, и я не стал отказывать себе в удовольствии попробовать его стряпню. Всё-то у ялов мне нравится, но вот то, что никакого мяса — это прям моветон. Так Дариулю и сказал, но он только руками развёл, мол удочек тут нет, а охота в Светлом запрещена.