Смысл этого учения заключался в соединении идеи духовного самосовершенствования с идеей «газавата», или «священной войны против неверных». Мюридизм провозглашал, что главный путь к сближению с богом лежит для каждого «искателя истины» («мюрида») через последовательное выполнение заветов «газавата». Мюриды должны во всем подчиняться их духовным наставникам — мюршидам (шейхам, пирам, ишанам, устазам).

Истинному пути к спасению — «тарикату» — не все могут следовать, а только избранные, проникнутые глубоким сознанием и верою в величие бога и убеждением в ничтожестве земной жизни. Одна капля крови, пролитая за дело божье, одна ночь, проведенная под оружием, заслуживают более награды, нежели два месяца поста или молитвы. Падшего на поле битвы ожидает очаровательный, полный наслаждений рай.

До 20-х годов XIX столетия мюридизм был известен на Кавказе только по названию, да и вообще горцы имели весьма смутное представление об исповедуемой ими религии. В начале 20-х годов в горах появились люди, которые начали усердно проповедовать мюридизм, но в несколько искаженном виде, а именно: к обязанностям, возлагаемым на мюрида, они присоединили еще одну — газават, или священную войну против гяуров (неверных). Таким образом, кавказский мюридизм делал из людей монахов-воинов. Проповедники эти, указывая на упадок веры, призывали весь народ к покаянию, которое должно было состоять в точном исполнении шариата⁴⁹ и тариката и в ведении газавата. Ослушникам угрожали карой небесной и адскими муками. В короткое время мюридизм охватил весь Дагестан, а учение о газавате повсюду производило какой-то бешеный восторг. Сильно теснимые в последние годы русскими горцы с радостью ухватились за газават, как за средство избавиться от русского ига.

Кроме того, были и другие причины, которые влекли горца к новому учению: газават удовлетворял его воинственным наклонностям и предлагал широкое поле деятельности. Убеждение, что он совершает богоугодное дело, воспламеняло его фанатизм, надежда на добычу и всеобщее равенство манили каждого бездомного и простолюдина. Вот почему учение о мюридизме быстро облетело горы и нашло себе многочисленных приверженцев⁵⁰.

Считается, что первым учителем тариката в Южном Дагестане стал около 1823 г. мулла Мухаммед (или Курали-Магома) из селения Яраг. Однако его учение было реформировано около 1827 г. известным уже тогда крестьянским проповедником аварцем Гази-Магомедом (Кази-Муллой) из горного аула Гимры⁵¹.

В 1828 г. он при поддержке джамаатов (аульских сходов) и многочисленных отрядов мюридов провозгласил себя имамом (имам — светский и духовный глава общины), выдвинул идею объединения народов Чечни и Дагестана и призвал к борьбе против России под лозунгом джихада⁵².

Гази-Магомед, благодаря высоким ораторским и организаторским способностям, в короткое время сумел сплотить вокруг себя значительную часть мужского горского населения — мюридов, воинов, а также местных феодалов. В 1829—1830 гг. он утвердил свою власть в ряде районов Чечни и Горного Дагестана, создав теократическое государство — имамат. Однако некоторые феодальные правители (хан Аварский, шамхал Тарковский и др.) отказались ему повиноваться.

В мае 1830 г. Гази-Магомед напал на резиденцию аварских ханов с. Хунзах, но потерпел поражение⁵³. В 1831 г. он разбил русский отряд у с. Акташ и совершил удачные набеги на Дербент, Тарки, Владикавказ, Назрань и Кизляр.

В начале 1832 г. командир корпуса генерал Г. В. Розен вступил в Чечню и «предал ее всеобщему разорению», было сожжено до 60 аулов⁵⁴.

Гази-Магомед отступил в свой родной аул Гимры. Вместе с Шамилем имам оказался осажденным в Гимринской башне. 17 октября 1832 г. Гази-Магомед с шашкой в руках «ринулся из башни в самую гущу неверных»⁵⁵, где и был заколот штыками русских солдат. Труп имама был позже выставлен его сторонниками для поднятия воинского духа мюридов.

Русское правительство в срочном порядке пополняло свои войска на Кавказе. Серьезное внимание было обращено на устройство береговой Черноморской линии от Абхазии до Суджук-Кале, посредством которой хотели прекратить сильно развившийся вывоз с Кавказа невольников и снабжение горцев оружием и порохом из Турции⁵⁶.

На северо-востоке Кавказа увеличивалась численность гарнизонов и военных укреплений так называемой Кавказской линии. Вместо погибшего Гази-Магомеда в 1832 г. на собрании мюридов, старшин и духовенства Дагестана вторым имамом был избран Гамзат-бек⁵⁷, который ранее предводительствовал большим отрядом мюридов. Новый имам повсеместно начал распространение шариата и за короткий срок подчинил своей власти значительную часть Аварии. Под лозунгом джихада вел боевые действия против царских войск. В августе 1834 г. Гамзат-бек осадил аварские войска в с. Хунзах и предложил ханше принять со своими подданными тарикат, прервать связь с русскими и действовать против них. Ханша не приняла его предложения, тогда Гамзат-бек пригласил ее сыновей Умма-хана и Нацал-хана, захватил их и казнил. После капитуляции Хунзаха убил правительницу — Баху-бике и всю аварскую ханскую семью, а также около 200 нукеров⁵⁸.

19 сентября 1834 г. во время исполнения молитвенных обрядов в Хунзахской мечети Гамзат-бек в отместку за смерть ханской семьи был убит молочными братьями ханов Османом и Хаджи-Муратом, а мечеть была подожжена. Тем временем русское командование закрепило свое положение в Аварии, где его ставленник Хаджи-Мурат проводил прежнюю политику аварских ханов, ведя непрерывную борьбу с мюридами.

Наиболее напряженный и упорный характер приняла война, когда после убийства Гамзат-бека в 1834 г. во главе горцев стал Шамиль, ученик и зять одного из первых проповедников мюридизма в Дагестане Джемалэддина Казикумухского⁵⁹.

Шамиль был избран третьим имамом на собрании мюридов в с. Харагит.

Родился он в 1798 г. в Гимрах, аварском ауле Койсубулинского общества, в семье аварского узденя (служилого феодала) по имени Дэнгау-Магомед. Мать его была дочерью ашильтинского бека. Отец Шамиля занимался сельским хозяйством, имел сады и угодья, которые «давали ему хорошее существование».

С юношеских лет Шамиль проявил большое усердие в шариате. Среди его сверстников не было никого, кто бы превосходил его в прыжках, борьбе, плавании, науках и других делах⁶⁰.

Это был весьма умный, набожный, храбрый и энергичный человек, не отступавший ни перед какими препятствиями и затруднениями. Опираясь на узденей и духовенство, он сумел сплотить многочисленные, раздираемые феодальными междоусобицами и внутренними противоречиями мелкие дагестанские и чеченские владения. Было создано своеобразное военно-теократическое государство — имамат, в котором вся полнота светской и духовной власти принадлежала Шамилю.

Подвластная имаму территория была разделена на округа (наибства) во главе с наибом. Число наибов все время изменялось, дойдя к 50-м годам до 32. Над группами наибов Шамиль назначал старшими своих близких помощников — мудиров. Обязанности наибов определялись особым законом — «низамом». Шамилю удалось создать единую государственную казну. Все племена Дагестана и Чечни обязаны были вносить туда ¹/₁₀ часть своих доходов — «зякят». В имамате уничтожили работорговлю. Вместо многоязычия был введен единый арабский язык, признанный общегосударственным. Местное право «адат» заменили общим — шариатом.

Обладая выдающимся красноречием и полководческим талантом, Шамиль воодушевил и объединил горцев против русских.

Многие исследователи Кавказской войны признают, что у горцев не было ненависти к русскому народу. Хотя это утверждение не бесспорно. Борьба горцев носила освободительный, антифеодальный, антиколониальный характер.