— Знаешь, еще полгода назад все, о чем я мечтала, это оказаться здесь. В этом мире с этими людьми. И вот я здесь, получается, что мечта сбылась, но это не принесло ни радости, ни удовлетворения.

— Что же изменилось за полгода? — спросил принц, доставая из внутреннего кармана портсигар, инкрустированный драгоценными камнями.

— Кажется, будто бы все, — я пожала плечами, наблюдая, как Кирион чиркает спичкой. — Мой титул изменил все.

— Чушь, — возразил принц, прикурив, — Ты от рождения должна была знать о своем титуле.

— Я знала, конечно, но… — замялась, подыскивая слова.

— Но думала, что тебя это не коснется, — усмехнулся парень.

— Именно. Я была в этом уверена. Настолько, что позволила себе строить жизнь без оглядки на… все это.

Некоторое время Кирион молча курил, задумчиво глядя на воздушный порт. Я уже даже успела пожалеть, что начала этот разговор, как, наконец, парень словно собрался с мыслями:

— Титул дает огромную ответственность и лишь иногда — власть и влияние. Поверь, все знают, что Сольвейг эльд-Лааксо хоть и единственная в своем роде, но самая бесполезная наследница правящей крови. Ты не несешь угрозы. Ты не несешь пользы. Никлас идиот, раз верит, что твое присутствие в мире Льда может угрожать унитарности его государства.

Принц глубоко затянулся, запрокинул голову и с наслаждением выпустил дымовой кораблик.

— Столько комплиментов, даже и не знаю, просто зардеться или упасть в обморок от восторга.

— Я не закончил, — оборвал Кирион зародившийся поток желчи. — Ты сейчас просто девчонка, у которой внезапно появилось право быть равной среди правителей по крови. Никто не заставит тебя этим правом пользоваться. Ты можешь выбрать тихую жизнь где-нибудь на отшибе любого мира, выйти замуж и нарожать кучу детей или состариться в одиночестве. Нам всем все равно, сможешь ты доказать, что достойна магии цвета черного золота, или трусливо сбежишь, даже не попробовав. Но есть те, кто верит в тебя. Те, кто надеется, что ты сможешь изменить их жизнь к лучшему. Знаешь, почему Лиорионна сегодня орала дурью? Я мельком прочитал одно из ее личных писем, пока искал, нет ли возможности украсть приглашение. Она писала, что видела принцессу, и принцесса ее не разочаровала. Что теперь у детей Огня есть ты, и это все изменит. Что они смогут назвать домом то место, на которое ты укажешь. И я бы дорого дал, чтобы мой народ любил мою сестру так же, как твой любит тебя. Ни за что. Просто так. Искренне, как только умеют любить пылающие сердца.

Кирион замолчал, а я… я смотрела на теряющуюся среди дрейфующих кораблей линию горизонта и не знала, что ответить. Что он прав? Что я оказалась не готова к титулу? Что меня до трясущихся рук пугает ответственности за чужие жизни?

Я глубоко вздохнула, успокаивая разгорающееся в груди страстное желание закричать или заплакать от бессилия.

— Спасибо за вечер. Не провожай меня.

Развернулась на каблуках и зашагала прочь. Догонять меня принц Железа не стал, за что я была ему исключительно благодарна.

Следующие несколько дней прошли размеренно и скучно. Завтрак — публичная библиотека — обед — публичная библиотека — ужин. Удивительным образом парни не бегали на свидания и вообще вели себя исключительно прилично. Кажется, обоим стало стыдно, что я осталась в гордом одиночестве на целый вечер. О том, что компанию мне составлял один породистый железный маг, я предпочла умолчать из корыстных соображений давления на совесть.

Мою гипотезу о связи книг издательского дома «Неверком» парни восприняли серьезно. Правда, найти еще какое-нибудь доказательство нам не удавалось, но мы и не отчаивались. Кто знает, сколько у нас впереди времени, может и всю библиотеку успеем пролистать, пока Астарт налаживает внутреннюю политику.

В очередное утро, забрав книгу из подаче-приемника, Ааррон ис-Даларн, этот изысканный ледяной лорд, многоуважаемый глава рода, выругался так, точно ему на ногу уронили весь местный книжный запас.

— Нет, ну они издеваются! Вы только посмотрите на это!

Аар продемонстрировал, что под дубль-обложкой «Великие порталы от начала времен и до наших дней» скрывалась книга «Малоизвестные картины известных людей».

— И, главное, я бы понимал, если бы здесь были действительно шедевры всемировой живописи. Но это же какая-то бездарная абстракция! — ледяной продемонстрировал нам разворот книги с изображением картины.

Черный прямоугольник с золотыми разводами.

— Или вот! — Аар перелистнул страницу и снова показал разворот.

Белая дорога к мутному дверному проему.

— Или еще!..

Дверному проему. Дверной арке. Портальной арке.

Я вцепилась в рукав Ааррона.

— Соль, ты чего?.. — растерянно спросил ледяной, когда я вырвала у него из рук книгу и отлистала назад.

— Вот! — ткнула пальцем в черный прямоугольник с золотыми разводами. — Если предположить, что здесь плохая цветопередача рисунка из-за старого заклинания оттиска. И представить, что черный неравномерный, а будто облако, и золотой — это не разводы, а как вспышки молний.

Парни переглянулись.

— Или здесь, — долистала до изображения белой дороги. — Здесь не белый, а мерцающий полупрозрачный цвет в бархатной тьме, а это — это не дверь, а портальная арка.

— Так, — Кеннет с хлопком закрыл книгу, которую сейчас листал. — Что это за репродукции?

— Здесь не указано… — нахмурился Аар. — Нет, погоди. Частная галерея в мире Железа.

— Это объясняет такое плохое качество изображений — у них там магия в дефиците, — кивнула я.

Следующий час мы потратили на то, чтобы найти хоть что-то об этих картинах и частной галерее. Естественно, ни одного упоминания во всех доступных книгах обнаружить не посчастливилось.

— Ладно, к счастью, мне есть у кого спросить, — резюмировала я, когда мы вышли на обед из библиотеки. — Только нужен благовидный предлог…

— С каких это пор тебе для чего-либо нужен предлог? — с подозрением спросил Кеннет. — Ты ему еще раз челюсть сломала?

— Пока нет, — огрызнулась я, — но желание было.

— Я бы с удовольствием на это посмотрел, но мне нужно в Красный Кристалл, — скривился Ааррон.

— Если мир Железа после их разговора объявит войну — ты услышишь об этом по пути домой, — хмыкнул побратец, за что получил ощутимый тычок под ребра от меня.

Мы пообедали и разошлись: Ааррон в Красный Кристалл, я с Кеннетом на квартиру чинить огниво.

Это оказалось до ужаса интересное и увлекательное занятие! Мы впервые в жизни скрещивали магию и механизм, распотрошили многострадальное огниво до последнего винтика, долго собирали, все время получая «лишние» детали и чуть не спалили квартиру в процессе.

Наконец, я победоносно щелкнула огнивом, и оно послушно высунуло язычок черного с золотым отливом пламени.

— Хммм… — задумчиво изрек Кеннет.

— Что? Работает же!

— Работать-то работает, только огонь в нем теперь твой.

Я отмахнулась:

— Все будут думать, что он просто заряжал своей магией.

— Но тут же только слепой не увидит, что заклятие зациклено само на себя!

— Мы говорим про мир Железа, — напомнила я.

— Все равно, это слишком…

Не знаю, хотел ли Нэт сказать «рискованно» или «нагло», потому что нас прервали. Короткий, уверенный и сильный стук в дверь, что я даже невольно испугалась. Консьерж так не стучала, а вот какая-нибудь местная гвардия — могла.

Мы с побратцем вышли в коридор и переглянулись. Я ткнула в него пальцем, мол, открывать будешь сам. Кеннет усмехнулся, взъерошил и так растрепанные волосы, привалился плечом к стене, закрывая меня, а заодно и весь обзор, и магией распахнул дверь.

Чуть не подправив профиль Его Железному Высочеству.

— А я смотрю, это у вас семейное, — заметил Кирион, придерживая дверь и не спеша переступать порог.

— Национальное, — поправил Кеннет. — Чем обязаны?

— Я бы хотел поговорить с Сольвейг.

Нэт обернулся ко мне: