— Выходит, Иртанам удалось получить местное гражданство?

— Представления не имею, — пожал плечами принц, — никогда не интересовался их дальнейшей судьбой. Не удивлюсь, если их род загнулся где-то на задворках мира Воздуха.

Ага, загнется он, как же.

— Хочешь такой? — неожиданно спросил Кирион, кивая на оружейную лавку за окном.

Я с завистью вспомнила, как Дигорн обращался со своим мечом. А еще, что огненным женщинам полагалось уметь обращаться с огненной гардой, которая лично мне никак не давалась.

— Так дешево я тебе не дам откупиться.

Мужчина хмыкнул:

— Ну по крайней мере я попытался.

Подошла официантка и с весьма заинтересованным видом принялась выставлять на наш стол заказ. Я бы на ее месте тоже бы изнывала от любопытства — не каждый день два человека заказывали обед на четверых.

— Милочка, и попросите все-таки поваров проветрить кухню. Не знаю, что у вас там сгорело, но даже здесь мы чувствуем этот малоприятный запах. Это, знаете ли, не способствует принятию пищи и чаевым.

— Но, лорд, у нас никогда ничего не пригорает, — с уверенностью священнослужителя возразила официантка.

— Да? То есть хотите сказать, я один ощущаю этот дивный запах? Принюхайтесь, ну же. И да, не советую лгать, моя спутница виртуозно распознает ложь.

— Кирион, оставь, пожалуйста, девушку в покое, — попросила я, пододвигая к себе одну из тарелок.

— Ну еще чего, за что я плачу такие деньги? — возмутился он.

— Принесите, пожалуйста, еще льда, — отложив приборы, попросила я, спасая несчастную официантку от принца.

— Сольвейг, я понимаю, что…

— Если ты сейчас скажешь, что я выросла на задворках цивилизации и ничего не понимаю в заведениях высокой кухни, я тебе еще что-нибудь сломаю, — перебила его я, закатывая рукав на левой руке и демонстрируя запястье.

От такой долгой работы артефакт-переводчик раскалился и теперь медленно прожигал кожу. У принца Железа расширились глаза, он даже потянулся к моей руке с явным намерением сорвать браслет, но я предостерегающе подняла ладонь.

— Спокойно. Регенерация работает быстрее, чем он успевает добраться до мяса.

— Ссссольвейг, — процедил сквозь сжатые зубы железный, — это ненормально. Ты весь день так ходишь? Ты должна его снять немедленно.

— Тогда я не смогу с тобой нормально разговаривать, — возразила я. — Да и вообще с кем бы то ни было здесь.

— Почему ты носишь это казенное барахло? Тебе нужен нормальный универсальный переводчик.

— Зачем? — удивилась я. — Хороший стоит как три твоих запрещенных кулона. А этот нагрелся, потому что я общаюсь с тобой весь день. Но это только сегодня.

— Ты же вредишь сама себе!

— Нет, вредит мне общение с тобой, а если точнее — артефакт от общения с тобой.

Кирион еще сильнее — хотя, казалось бы, куда сильнее? — сжал зубы, запрокинул голову и застонал.

— Знаешь, кого ты мне сейчас напомнил? — мило улыбнулась я.

Парень мрачно посмотрел на меня.

— Моего отца! Он вот прям с таким же видом смотрел, когда я первый раз притащила с прогулки тушу крагула и попросила освежевать его, чтобы повесить шкуру в своей комнате.

У принца Железа дернулся глаз. Он явно знал, что такое крагулы, а мое намеренное сравнение его с отцом было вообще ударом под дых. На самом деле у нас была не такая уж и большая разница в возрасте, но мне уж очень хотелось отыграться за тот наглый поцелуй. И сломанной челюсти было определенно недостаточно.

— В тебе никакой логики, чистый Хаос, — прошипел Кирион.

— Прямиком из океана, — пропела я с улыбкой. — Кстати, ты обещал показать публичную библиотеку.

— Доедай, — процедил принц. — Молча.

Молча так молча. Как будто я тут байки травила о тяжкой доле ненаследного аристократа.

Спустя два часа и полторы бутылки недурного вина мы любовались на публичную библиотеку Ламасара.

Библиотека располагалась на собственной, отдельной площадке, занимала внушительную территорию и имела всего два этажа. Кирион объяснил, что подобное размазывание по площади упрощает левитацию строения, в котором помимо собственного веса еще и вес книг.

Здание имело форму буквы «П», двускатную крышу, колонны у парадного входа и барельефы по первому практически безоконному этажу. Зато вот второй этаж был одно сплошное стекло.

— На первом этаже — хранилище, а на втором — читальный зал, — пояснил принц Железа.

— Впечатляет.

— Внутренний двор довольно симпатичный, но отсюда не видно.

— На днях посмотрю, — улыбнулась я и, повернувшись к Кириону, начала прощаться: — Спасибо за сегодняшний день, хоть ты и подвел меня вплотную к межмировому скандалу.

— Но он еще не закончился, — мягко возразил принц.

— Слушай, уже даже солнце почти село, — устало сказала я.

— Именно поэтому я хочу показать тебе еще кое-что. Здесь недалеко.

Я смотрела на принца с видом великой мученицы, перебивая в голове фразы для отказа, но чтоб без нецензурной лексики.

— Пожалуйста.

— Ладно, демон с тобой, — нехотя согласилась я.

В конце концов, вряд ли мы с ним еще когда-нибудь увидимся, можно и оттянуть прощание. Железный лорд галантно предложил локоть, от которого я демонстративно отказалась, и повел меня куда-то вглубь района по узким, плохо освещенным улицам. Я даже успела прикинуть, как буду здесь отбиваться, когда мы внезапно вышли на открытое пространство.

Это была небольшая смотровая площадка, коих много в Ламасаре. Пара малолюдных кофеен в прилегающих домах бросали теплый свет на площадь. Я думала, меня поведут задабривать сладеньким, но нет: Кирион уверенно шагал к парапету. Полная мрачных мыслей я крайне нехотя подошла к нему.

И ахнула от восхищения.

Солнце уже давно село и над нашими головами распростерла свои объятия ночь. Редкие звезды, надкушенная луна и тусклый отблеск Бриллиантовых дорог. Внизу же бурлила непроглядная тьма, обманчиво-мягкая, точно матовая, пугающе бездонная. И между этими двумя иссиня-черными полотнами оранжево-алым росчерком полыхала узкая линия горизонта.

— Как красиво, — прошептала я, опираясь локтями на белый щербатый камень.

— Ни в одном из миров ты не увидишь ничего похожего, — Кирион повторил мою позу.

— Спасибо за день, — поблагодарила я, смотря на закат.

— А вот теперь ты искренна, — усмехнулся принц.

— Ты омерзителен.

— Я знаю, — просто ответил он.

Мы замолчали, наблюдая, как догорает день, думая каждый о своем. Когда стемнело окончательно, и даже мое огненное зрение не позволяло угадать, где заканчивается небо и начинается бездна, Кирион поймал экипаж и довез до дома, где меня ждали дневные покупки и довольно встревоженные парни.

А наутро курьер принес небольшую коробочку из железного дерева, перевязанную черной с золотым отливом лентой. Внутри лежал браслет изысканный работы и записка «Чтобы мы всегда могли говорить на одном языке».

— Ты уверена, что этот артефакт безопасен? — с сомнением спросил Кеннет.

Вместо ответа я показала ему клеймо мастера на казенном браслете и на браслете, подаренном Кирионом.

— Это что-то из госзаказа, только, видимо, для официальных торжеств.

— А ты уверена, что хочешь принимать от этого принца подарки? — не унимался побратец.

— Соль, если тебе нужен переводчик более высокого класса, давай я прямо сейчас пойду и куплю его, — раздраженно произнес Аар.

— Не-е-е-ет, — протянула я, рассматривая браслет, — это не просто подарок, это почти что боевой трофей.

— За какие это заслуги? — Нэт скрести руки на груди.

— За сломанную челюсть, — честно ответила я.

Парни переглянулись.

— Если это не привело к вооруженному конфликту, я не хочу знать подробностей, — пробормотал Кеннет.

Я хмыкнула, надев подаренный артефакт. В отличие от казенного широкого наручника, этот выглядел как ювелирное украшение: толстая цепочка с камушками-висюльками. Простите, не камушками, а коньячными бриллиантами размером с ноготь.