— Я не решал купаться.

— Вот как? Значит, озеро проявило инициативу?

Мисс Блэквуд отвернулась, прикрывая лицо платком.

Маркус уже совершенно откровенно улыбался.

Клейтон медленно провёл рукой по мокрым волосам.

— Полагаю, нам следует немедленно возвращаться домой.

— Какая разумная мысль! — воскликнула леди Элеонор. — Надо же, Клейтон, даже после столь необычного происшествия ты не утратил способности принимать верные решения.

*****

Пока конюх подводил лошадей, а кучер готовил экипаж, мы обнаружили ещё одно обстоятельство.

Герцог Эшфорд не только промок до нитки, но и потерял одну перчатку.

Она, вероятно, осталась где-то на дне озера.

Клейтон смотрел на свою единственную сухую перчатку с таким выражением, будто пытался решить, стоит ли возвращаться за второй.

Я осторожно приблизилась.

— Ваша светлость…

Он повернул голову.

— Что ещё, мисс Эшборн?

— Вы уверены, что не ушиблись?

Его взгляд немного смягчился.

— Совершенно уверен.

Я внимательно осмотрела его.

Вода продолжала стекать с сюртука, сапоги хлюпали при каждом движении, а мокрый шейный платок совершенно потерял прежнюю элегантность.

Но он стоял прямо, говорил уверенно и, похоже, действительно не пострадал.

Только тогда я почувствовала настоящее облегчение.

— Вы меня напугали, — призналась я.

Клейтон посмотрел на меня внимательнее.

— В самом деле?

— Разумеется. На мгновение я решила, что вы можете утонуть.

Он приподнял бровь.

— В воде, которая едва доходила мне до пояса?

— После второго падения уже до груди.

Его губы дрогнули.

— Благодарю за уточнение.

Я улыбнулась.

— Всегда к вашим услугам, ваша светлость.

Он посмотрел на меня с укором, но затем неожиданно рассмеялся.

Тихо, коротко, словно сам не вполне понимал, как ему удалось найти произошедшее забавным.

И от этого смеха мне стало необыкновенно тепло.

Потому что я впервые увидела, как Клейтон способен смеяться над собой.

Пусть и не слишком охотно.

— Должен признать, — произнёс он, — ситуация действительно выглядит несколько нелепо.

— Несколько?

— Джорджиана.

— Простите.

Он вздохнул.

— Вы намерены вспоминать об этом до конца моей жизни?

Я задумалась.

— Пока не решила. Но, признаюсь, соблазн велик.

Клейтон покачал головой.

— Не сомневаюсь.

В этот момент подошёл Маркус, держа в руках свой тёплый дорожный плащ.

— Ваша светлость, возьмите. Вам следует как можно скорее согреться.

Клейтон посмотрел на него.

На мгновение я испугалась, что его гордость не позволит принять помощь.

Но герцог неожиданно кивнул.

— Благодарю, Блэквуд. Вы чрезвычайно любезны.

Маркус помог ему набросить плащ на плечи.

И тут выяснилось, что лорд Блэквуд был несколько уже в плечах, чем герцог Эшфорд.

Плащ оказался тесноват.

Клейтон попытался застегнуть его.

Не получилось.

Он попробовал ещё раз.

Я закусила губу.

Господи, только не смейся.

Только не сейчас.

Маркус поспешно произнёс:

— Возможно, ваша светлость, будет удобнее оставить его расстёгнутым.

— Прекрасная мысль, Блэквуд.

Я отвернулась к озеру.

Плечи предательски затряслись.

Клейтон заметил.

Разумеется, заметил.

— Мисс Эшборн, — произнёс он с чрезвычайным достоинством, — если вы снова начнёте смеяться, я буду вынужден предположить, что ваше воспитание требует дополнительного внимания.

Я повернулась к нему.

— Ваша светлость, поверьте, я совершенно серьёзна.

Он посмотрел на моё лицо.

— Разумеется.

— Просто…

— Что?

Я не выдержала.

— Просто я никогда прежде не видела, чтобы герцог выглядел настолько… по-домашнему.

Маркус издал странный звук.

Мисс Блэквуд поспешно отвернулась.

Леди Элеонор рассмеялась так искренне, что Клейтон окончательно сдался.

Он посмотрел на всех нас, потом на собственный мокрый сюртук, торчавший из-под тесноватого плаща, и покачал головой.

— Полагаю, мне действительно следовало остаться дома.

— Ах, нет, дорогой! — возразила тётушка. — Ты совершенно напрасно так думаешь. Прогулка получилась незабываемой.

Я снова расхохоталась.

*****

Обратно мы возвращались значительно быстрее, чем приехали.

Клейтона усадили в экипаж рядом с тётушкой, а Маркус вызвался проводить нас до дома, чтобы убедиться, что его светлость благополучно добрался до сухой одежды.

Клейтон, к моему немалому удивлению, не стал возражать.

Впрочем, он выглядел настолько несчастным, что даже у меня появилось желание на время прекратить свои шутки.

Тётушка, разумеется, такого желания не испытывала.

— Клейтон, дорогой, — произнесла она, когда экипаж свернул на Гросвенор-сквер, — надеюсь, ты не простудишься.

— Со мной всё будет в порядке, тётя.

— Разумеется. Ты ведь всегда отличался крепким здоровьем.

— Именно.

— Хотя, признаться, я никогда прежде не видела тебя настолько мокрым.

Я опустила голову.

Клейтон посмотрел на неё.

— Тётя.

— Что, дорогой?

— Полагаю, мы уже достаточно обсудили произошедшее.

Леди Элеонор задумчиво кивнула.

— Возможно. Но, согласись, не каждый день герцог Эшфорд падает в озеро.

Маркус отвернулся к окну.

Я прижала платок ко рту.

Клейтон закрыл глаза.

— Господи, дай мне терпения.

— Ах, дорогой, — ласково произнесла тётушка, — терпение тебе понадобится совершенно по другим причинам.

Она выразительно посмотрела на меня.

Я сделала вид, что ничего не поняла.

Клейтон, к сожалению, понял прекрасно.

И его лицо стало ещё мрачнее.

*****

Возвращение домой оказалось отдельным представлением.

Дворецкий, открывший дверь, при виде промокшего герцога застыл с таким выражением, будто впервые за двадцать лет службы столкнулся с обстоятельством, не предусмотренным правилами ведения домашнего хозяйства.

— Ваша светлость?..

Клейтон остановился на пороге.

— Прикажите немедленно приготовить горячую ванну.

— Разумеется, ваша светлость.

Дворецкий помолчал.

— Позвольте узнать, всё ли благополучно?

— Совершенно, — ответил Клейтон.

В этот момент с полы его сюртука на мраморный пол упала крупная капля воды.

Потом ещё одна.

Дворецкий посмотрел вниз.

Клейтон проследил за его взглядом.

— Небольшое происшествие во время прогулки.

— Понимаю, ваша светлость.

По лицу дворецкого было совершенно невозможно определить, что именно он понял, но я подозревала, что история о купании герцога в Серпентайне распространится среди прислуги быстрее, чем новости из утренней газеты.

Леди Элеонор, проходя мимо, не удержалась от замечания:

— И распорядитесь принести его светлости горячий чай. Сегодня он проявил чрезвычайную отвагу в борьбе с английским климатом.

Дворецкий поклонился.

Клейтон посмотрел на тётушку.

— Прошу вас, больше ни слова.

— Разумеется, дорогой.

Она повернулась ко мне и тихо добавила:

— До ужина.

Я едва не расхохоталась снова.

Клейтон услышал.

Разумеется.

Но на этот раз лишь покачал головой и направился наверх.

Маркус, проводив нас до дома, вежливо попрощался. Перед уходом он задержал мою руку на мгновение дольше обычного.

— Надеюсь, мисс Эшборн, сегодняшнее происшествие не испортило вам прогулку.

Я улыбнулась.

— Напротив, милорд. Полагаю, я буду вспоминать её ещё очень долго.

Он рассмеялся.

— Не сомневаюсь.

Потом его выражение стало серьёзнее.

— Я был рад провести с вами время. И надеюсь, мы вскоре снова увидимся.

— Разумеется.

— В таком случае до скорой встречи.

Он поклонился и ушёл.

Я ещё некоторое время стояла у окна, наблюдая, как его экипаж отъезжает от дома.