Завтра он непременно ответит Августе и назначит встречу.

А сегодня…

Сегодня он позволил себе ещё несколько минут подумать о девушке, которая обладала удивительным даром превращать совершенно разумного герцога в человека, готового лично проверять дорожки Гайд-парка.

И, что было особенно досадно, получала от этого огромное удовольствие.

Даша

Если бы кто-нибудь сказал мне несколько месяцев назад, что однажды я буду кататься верхом по лондонскому парку в сопровождении двух весьма завидных джентльменов, один из которых окажется настоящим герцогом, я бы решила, что человек либо слишком много читает любовных романов, либо отчаянно нуждается в отпуске.

Впрочем, теперь мне самой не мешало бы немного отдохнуть от происходящего.

Потому что сопровождали меня не просто два джентльмена.

Один намеревался за мной ухаживать, а другой всеми силами старался этому помешать, хотя официально собирался жениться на совершенно иной женщине.

И оба, что было особенно забавно, делали вид, будто не замечают ничего необычного.

Лорд Блэквуд ехал справа от меня и рассказывал о великолепной охотничьей лошади, которую приобрёл прошлой осенью. Клейтон держался слева, с таким сосредоточенным выражением лица, словно мы не совершали приятную прогулку, а направлялись осматривать укрепления перед неприятельским наступлением.

Позади следовал конюх, а немного дальше, по широкой дороге, двигался экипаж с леди Элеонор и мисс Беатрис Блэквуд.

Последняя оказалась чрезвычайно приятной женщиной. Мы успели подружиться во время визита к Блэквудам, и теперь она смотрела на ухаживания брата с доброжелательным интересом. В отличие от Клейтона, который, судя по всему, считал всякого жениха потенциальной угрозой государственной безопасности.

— Ваша кобыла прекрасно держит шаг, мисс Эшборн, — заметил Маркус, когда мы свернули на дорожку, обсаженную почти облетевшими деревьями.

— Благодарю. Она очень послушная. Хотя подозреваю, что это заслуга конюшего, а не моя.

— Напротив, вы неплохо держитесь в седле.

Я улыбнулась.

— Как приятно наконец услышать похвалу без последующего замечания о необходимости соблюдать осторожность.

Клейтон повернул голову.

— Мисс Эшборн, осторожность никогда не бывает излишней.

— Вот видите, милорд, — обратилась я к Маркусу. — А я говорила, что замечание непременно последует.

Блэквуд рассмеялся.

— Полагаю, его светлость просто заботится о вашей безопасности.

— Именно, — подтвердил Клейтон.

— В таком случае, ваша светлость, — продолжила я, — почему вы уже трижды напомнили конюху проверить подпругу и дважды поинтересовались, достаточно ли сухая дорога?

Он посмотрел на меня с укором.

— Потому что вчера шёл дождь.

— Неужели? А я-то думала, что в Англии это событие случается исключительно по особым случаям.

Маркус улыбнулся, а Клейтон сжал губы, стараясь не рассмеяться.

Я уже научилась различать это выражение. Его светлость чрезвычайно хотел сохранить суровость, но время от времени она покидала его самым предательским образом.

— Вы находите мои предосторожности чрезмерными? — спросил он.

— Нисколько. Я просто опасаюсь, что к концу прогулки вы распорядитесь осмотреть каждую лужу в Гайд-парке.

— Если потребуется, осмотрю.

— Какое счастье, что король может рассчитывать на столь преданного подданного.

Блэквуд рассмеялся уже совершенно открыто.

Клейтон посмотрел на него.

— Вы, кажется, находите это забавным, Блэквуд?

— Признаться, да, ваша светлость. Мисс Эшборн обладает замечательным чувством юмора.

— Я заметил.

Последние слова прозвучали так, что мне пришлось отвернуться, скрывая улыбку.

Сегодняшняя прогулка обещала быть чрезвычайно занимательной.

*****

Мы ехали неторопливо, наслаждаясь редким для ноября ясным днём. После нескольких суток дождя Лондон словно решил немного отдохнуть от собственной сырости. Между облаками выглянуло солнце, его свет поблёскивал на мокрых листьях, а прохладный воздух пах землёй, лошадьми и дымом, долетавшим со стороны города.

Гайд-парк был оживлён. По широким дорожкам проезжали экипажи, вдоль аллей прогуливались дамы с компаньонками, а навстречу нам время от времени попадались всадники, приветствовавшие Клейтона с почтением, которое всякий раз напоминало мне о его положении.

Меня до сих пор удивляло, как сильно менялось поведение окружающих при появлении герцога Эшфорда.

Стоило ему слегка склонить голову, как знакомые джентльмены немедленно выпрямлялись, дамы улыбались особенно любезно, а некоторые молодые девушки начинали поправлять шляпки.

Сам Клейтон, похоже, давно перестал замечать подобные вещи.

Я же находила их весьма любопытными.

Особенно теперь, когда знала, что за величественным обликом герцога скрывается человек, способный с мрачным видом рассуждать о недостатках Йоркшира только потому, что там находится поместье его соперника.

— Мисс Эшборн, — обратился ко мне Маркус, когда мы поравнялись с небольшой группой всадников, — скажите, вы когда-нибудь участвовали в охоте?

Я покачала головой.

— Нет, милорд. Боюсь, для начала мне следовало бы научиться уверенно держаться в седле при любых обстоятельствах.

— Вы справляетесь значительно лучше, чем полагаете.

— Как любезно с вашей стороны. Надеюсь, вы не слишком разочаруетесь, если однажды выяснится, что я всё-таки способна упасть с лошади.

— В таком случае я постараюсь вас поймать.

Я улыбнулась.

— Какое благородство.

Слева немедленно раздался голос Клейтона:

— Мисс Эшборн, я предпочёл бы, чтобы вы вообще не падали.

Я повернулась к нему.

— Ваша светлость, вы совершенно лишены романтического воображения.

Он приподнял бровь.

— Вот как?

— Разумеется. Лорд Блэквуд только что предложил меня спасти, а вы немедленно лишили нас обоих возможности проявить лучшие качества.

Маркус рассмеялся.

Клейтон посмотрел сначала на него, затем на меня.

— Я не вижу ничего романтического в падении с лошади.

— Конечно. Уверена, вы предпочли бы предварительно составить подробную инструкцию.

— Если это предотвратит несчастный случай, непременно.

Я сокрушённо покачала головой.

— Милорд, — обратилась я к Маркусу, — боюсь, с его светлостью невозможно состязаться в предусмотрительности.

— Я и не собирался, мисс Эшборн, — ответил Блэквуд. — Полагаю, в этом соревновании у меня нет ни малейшего шанса.

Клейтон удовлетворённо кивнул.

И только спустя несколько секунд, кажется, понял, что над ним снова посмеялись.

Я отвела взгляд, чтобы не окончательно испортить его настроение.

Хотя, признаться, удержаться было нелегко.

В конце концов, он сам напросился.

Никто не заставлял его сопровождать нас в этот прекрасный день. Более того, я прекрасно помнила, как удивилась леди Элеонор, узнав, что племянник намерен присутствовать при визите к Блэквудам, а затем и на сегодняшней прогулке.

Разумеется, всё это объяснялось исключительно заботой обо мне.

Просто невероятно, сколько заботы способен проявить мужчина, когда рядом появляется достойный соперник.

*****

Когда мы приблизились к Серпентайну, Маркус предложил ненадолго остановиться и пройтись пешком.

Погода стояла достаточно приятная, а с дорожки открывался красивый вид на воду. По озеру скользили утки, возле берега плавали несколько лебедей, и редкие солнечные лучи превращали поверхность в серебристую рябь.

Леди Элеонор и мисс Блэквуд уже ожидали нас возле экипажа.

Клейтон спешился первым и, разумеется, немедленно направился ко мне.

Но Маркус оказался ближе.

— Позвольте помочь вам, мисс Эшборн.

Он протянул руку.

Я улыбнулась.

— Благодарю, милорд.

Именно в тот момент, когда я уже собиралась опереться на его ладонь, рядом появился Клейтон.