Клейтон подошёл ближе.

— Почему же только мечты?

Она посмотрела на него с лёгкой улыбкой.

— Потому что я не располагаю ни собственными деньгами, ни возможностью самостоятельно решать, куда отправиться.

Он нахмурился.

— Ваше положение не настолько безнадёжно.

— Я и не говорю, что безнадёжно. Просто пока многое зависит от чужих решений.

Клейтон помолчал.

Он никогда не рассматривал положение Джорджианы с этой стороны.

Для него забота означала обеспечить её всем необходимым: домом, одеждой, достойным обществом и в будущем хорошим браком.

Но, вероятно, девушка видела в этой заботе и другую сторону.

Зависимость.

Необходимость постоянно спрашивать разрешения.

Невозможность самостоятельно строить планы.

— Если вы хотите путешествовать по Англии, — произнёс он, — мы могли бы что-нибудь придумать.

Джорджиана посмотрела на него с интересом.

— В самом деле?

— Разумеется. У меня есть несколько поместий, которые вы могли бы посетить. Там красивые места.

Она задумалась.

— И вы позволили бы мне поехать?

Клейтон поморщился.

— Джорджиана, вы говорите так, будто я держу вас взаперти.

— Нет, ваша светлость. Но согласитесь, иногда ваши распоряжения производят именно такое впечатление.

Он посмотрел на неё внимательно.

— Возможно, я бываю излишне требователен.

Джорджиана улыбнулась.

— Какое смелое признание.

Он невольно рассмеялся.

— Не злоупотребляйте моей откровенностью.

— Постараюсь.

Она снова посмотрела на карту.

Некоторое время они молчали.

Потом Клейтон неожиданно произнёс:

— Вы сегодня прекрасно ладили с лордом Блэквудом.

Джорджиана медленно подняла голову.

— Вы заметили?

Он посмотрел на неё с укором.

Она рассмеялась.

— Простите. Не удержалась.

Клейтон покачал головой.

— Вам доставляет огромное удовольствие испытывать моё терпение.

— Иногда, — призналась она. — Но сегодня я действительно хорошо провела время. Лорд Блэквуд много путешествовал, и с ним интересно разговаривать.

Клейтон почувствовал знакомое раздражение.

— Полагаю, вам хотелось бы увидеть его снова.

— Разумеется.

Он молчал.

Джорджиана посмотрела на него внимательнее.

— Клейтон, скажите честно. Вы действительно считаете лорда Блэквуда неподходящим человеком?

Он не сразу ответил.

Блэквуд был обеспечен, образован, вежлив и обладал безупречной репутацией. Его поместье приносило хороший доход, а семья пользовалась уважением.

С точки зрения любого разумного человека, он был прекрасным кандидатом в мужья.

И именно это Клейтона раздражало.

— Нет, — наконец произнёс он. — Он вполне достойный джентльмен.

Джорджиана улыбнулась.

— Вот видите.

— Но это не означает, что он подходит именно вам.

— Почему?

Клейтон посмотрел на неё.

Хороший вопрос.

И у него не было ответа, который он мог бы произнести вслух.

Потому что ни один мужчина не казался ему подходящим.

Потому что он не мог спокойно смотреть, как кто-то другой заставляет её смеяться.

Потому что каждая мысль о её возможном замужестве вызывала у него совершенно неприличное желание немедленно отправить всех женихов из Лондона.

Он отвёл взгляд.

— Вам следует хорошо узнать человека, прежде чем принимать серьёзное решение.

— Согласна, — ответила Джорджиана. — Именно этим я и занимаюсь.

Клейтон посмотрел на неё.

Она улыбалась совершенно невинно.

И он вдруг понял, что оказался в ловушке собственных доводов.

— Вы прекрасно знаете, что делаете, — произнёс он.

— Разумеется.

— И намеренно меня дразните.

— Иногда.

Он подошёл к камину и некоторое время молча смотрел на огонь.

Потом неожиданно рассмеялся.

Джорджиана удивлённо подняла голову.

— Ваша светлость?

Он повернулся к ней.

— Я только что понял, что в течение нескольких дней пытаюсь убедить вас не делать именно того, что сам велел вам делать.

Она улыбнулась.

— Какое замечательное открытие.

— Не сомневаюсь, вы чрезвычайно им довольны.

— Ещё бы. Особенно учитывая, сколько времени мне потребовалось, чтобы вы сами это заметили.

Клейтон покачал головой.

— Вы невыносимы, мисс Эшборн.

— А вы удивительно упрямы, ваша светлость.

Они посмотрели друг на друга.

На этот раз Клейтон улыбнулся первым.

И Джорджиана ответила ему такой тёплой улыбкой, что он на мгновение забыл обо всём: о Блэквуде, Августе и обязательствах, которые ещё недавно казались ему совершенно понятными.

Потом девушка закрыла атлас.

— Благодарю за книгу, Клейтон. Я возьму её к себе, если вы не возражаете.

— Разумеется.

Она направилась к двери, но на пороге остановилась.

— Кстати, ваша светлость…

Он поднял голову.

— Да?

— Насчёт прогулки в Гайд-парке.

Клейтон насторожился.

— Что насчёт неё?

Джорджиана улыбнулась.

— Если вас так беспокоит состояние дорожек, вы всегда можете присоединиться к нам.

Он посмотрел на неё.

— Вы приглашаете меня?

— Разумеется. В конце концов, кто-то должен проследить, чтобы мы не заблудились и не увязли в грязи.

Клейтон почувствовал, как его губы невольно растягиваются в улыбке.

— Я подумаю.

— Не сомневаюсь, — ответила она. — Спокойной ночи, ваша светлость.

Она сделала лёгкий реверанс и вышла.

Клейтон остался один.

Некоторое время он смотрел на закрытую дверь, затем медленно опустился в кресло.

Джорджиана только что совершенно откровенно предложила ему присутствовать при её прогулке с другим мужчиной.

Причём сделала это с таким видом, будто оказывала ему величайшую любезность.

Он рассмеялся.

Впервые за последние дни искренне, без всякого раздражения.

Потом достал чистый лист бумаги и написал короткую записку управляющему конюшней.

Завтра следовало проверить состояние лошадей, которых обычно использовали для верховых прогулок.

Особенно той, на которой ездил сам Клейтон.

Если Джорджиана намеревалась отправиться в Гайд-парк с лордом Блэквудом, герцог Эшфорд, разумеется, не собирался оставлять столь ответственное мероприятие без надлежащего присмотра.

В конце концов, это был вопрос безопасности.

И исключительно безопасности.

Он уже собирался отложить перо, когда вспомнил ещё об одном обстоятельстве.

Следовало также предупредить конюшего, чтобы тот подготовил для мисс Эшборн самую спокойную кобылу.

И, пожалуй, выбрать маршрут, на котором не будет слишком много грязи.

А ещё было бы неплохо выяснить, насколько хорошо лорд Блэквуд держится в седле.

Клейтон задумался.

Возможно, его стоило пригласить на какую-нибудь более сложную прогулку?

Он немедленно отогнал эту мысль.

Это было бы недостойно.

Совершенно недостойно.

Хотя, с другой стороны, разве не следует опекуну убедиться, что джентльмен, ухаживающий за его подопечной, способен справиться с лошадью?

Клейтон улыбнулся.

Пожалуй, в этом имелся определённый смысл.

Он ещё некоторое время сидел, размышляя о предстоящей прогулке, пока не заметил на столе письмо Августы, доставленное час назад.

Улыбка медленно исчезла.

В письме она напоминала о его обещании поговорить с ней в ближайшие дни.

Клейтон положил записку перед собой.

Он не мог бесконечно откладывать этот разговор.

Августа имела право знать, что происходит, и он прекрасно понимал, что его собственные чувства уже не соответствуют планам, которые они когда-то обсуждали.

Но признать это вслух означало изменить не только свою жизнь.

Ему предстояло нарушить ожидания женщины, которой он дал слово.

И он не знал, как сделать это, не причинив ей боли.

Клейтон снова посмотрел на письмо.

Потом аккуратно сложил его и убрал в ящик стола.