— Разумеется. Вы можете оценить результат.

Клейтон машинально посмотрел на неё внимательнее.

Шляпка действительно шла ей.

Особенно красиво выглядели выбившиеся возле висков пряди волос.

— Очень мило, — произнёс он.

Джорджиана приподняла брови.

— Только мило?

Он понял, что совершил ошибку.

— Вам идёт этот цвет.

— Благодарю. Я знала, что вы сумеете выразиться точнее.

Она прошла мимо него к выходу, и Клейтон услышал, как тётушка, спускавшаяся следом, тихо рассмеялась.

Похоже, обе женщины окончательно объединились против него.

*****

Дом Блэквудов располагался на тихой улице неподалёку от Сент-Джеймс-сквер. Он был меньше особняка Эшфордов, однако выглядел весьма достойно: светлый каменный фасад, аккуратные окна, начищенные дверные ручки и небольшая парадная лестница, возле которой стояли два крупных горшка с вечнозелёными растениями.

Клейтон окинул здание оценивающим взглядом.

Дом был хорош.

Это раздражало.

Внутри их встретила мисс Беатрис Блэквуд, старшая сестра Маркуса.

Она оказалась невысокой темноволосой женщиной лет тридцати, с живыми карими глазами и таким уверенным выражением лица, которое сразу напомнило Клейтону тётушку Элеонор.

Он насторожился.

Женщины подобного склада имели неприятную привычку замечать то, что мужчина предпочитал скрыть.

— Ваша светлость, — произнесла мисс Блэквуд, делая реверанс. — Для нас большая честь принимать вас.

— Благодарю за приглашение.

— А вы, мисс Эшборн, должно быть, Джорджиана. Маркус так много о вас рассказывал.

Клейтон немедленно посмотрел на неё.

Так много?

Что именно?

Джорджиана улыбнулась.

— Надеюсь, он не успел сообщить вам обо всех моих недостатках.

— Напротив, — ответила мисс Блэквуд. — Пока мне известно лишь о ваших достоинствах. Но, полагаю, за чаем мы сумеем исправить это досадное упущение.

Джорджиана рассмеялась.

Клейтон почувствовал лёгкое беспокойство.

Если сестра Блэквуда обладала таким же чувством юмора, как Джорджиана, визит обещал быть весьма продолжительным.

Сам хозяин появился через несколько минут.

— Леди Элеонор, мисс Эшборн, ваша светлость. Рад вас видеть.

Он приветствовал гостей с такой искренней любезностью, что Клейтону оставалось лишь ответить тем же.

Блэквуд пригласил их в библиотеку.

Комната оказалась просторной, светлой и чрезвычайно уютной. Вдоль стен тянулись книжные шкафы из тёмного дерева, возле камина стояли глубокие кресла, а у высокого окна располагался большой стол с разложенными книгами и альбомами.

Клейтон осмотрел помещение.

Библиотека была хорошая.

Не такая большая, как его собственная, разумеется, но вполне достойная.

На столе лежали несколько томов путевых заметок, альбомы с гравюрами и подробная карта Италии.

При виде последней Джорджиана немедленно оживилась.

— Ах, это именно то, о чём вы рассказывали!

Она приблизилась к столу.

Блэквуд последовал за ней.

— Да. Здесь собраны виды Флоренции, Рима и Венеции. Некоторые гравюры выполнены по рисункам путешественников, которых я встречал во время поездки.

Клейтон подошёл ближе.

Джорджиана осторожно раскрыла альбом.

На первой странице был изображён городской пейзаж.

— Как красиво, — произнесла она.

Блэквуд склонился рядом, показывая ей подпись.

— Это Флоренция. Вид с холма неподалёку от города.

— А вы там бывали?

— Несколько раз.

— И действительно всё выглядит так?

Он улыбнулся.

— На гравюре трудно передать цвет неба и домов, но в целом художник оказался довольно точен.

Джорджиана с интересом перевернула страницу.

Клейтон наблюдал за ними с возрастающим неудовольствием.

Блэквуд стоял совершенно прилично, не позволял себе никаких вольностей и разговаривал с девушкой исключительно о путешествиях.

И всё же Клейтону хотелось немедленно отодвинуть его от стола.

Он кашлянул.

Никто не обратил внимания.

Тогда Клейтон произнёс:

— Не думаю, что подобные гравюры позволяют составить сколько-нибудь достоверное представление об Италии.

Джорджиана подняла голову.

— Почему же, ваша светлость?

— Художники часто приукрашивают действительность.

— Разумеется, — согласился Блэквуд. — Поэтому я и предпочитаю показывать альбомы вместе с собственными заметками.

Клейтон замолчал.

Невыносимый человек.

На любой довод находил разумный ответ.

— А вы бывали в Италии, ваша светлость? — поинтересовалась Джорджиана.

— Да.

Её лицо оживилось.

— Правда? Вы никогда не рассказывали!

Клейтон невольно выпрямился.

— Мне довелось провести там несколько месяцев.

— И вам понравилось?

Он помолчал, вспоминая поездку, состоявшуюся почти десять лет назад.

— Весьма. Особенно Флоренция.

— А Венеция?

— Слишком много воды.

Джорджиана посмотрела на него с изумлением.

Блэквуд опустил голову, явно скрывая улыбку.

— Слишком много воды? — переспросила девушка.

Клейтон понял, что выразился неудачно.

— Я имел в виду, что передвигаться по городу неудобно.

Джорджиана рассмеялась.

— Ваша светлость, боюсь, вы первый человек, которого я знаю, кто сумел найти недостаток Венеции в самом существовании каналов.

— Уверяю вас, мисс Эшборн, далеко не все находят удовольствие в постоянных поездках на лодках.

— В таком случае вам следовало бы путешествовать по суше.

— Именно так я обычно и поступаю.

Она рассмеялась ещё сильнее.

Клейтон посмотрел на неё, стараясь сохранить серьёзное выражение лица, и неожиданно почувствовал, что тоже начинает улыбаться.

Чёрт побери.

Даже когда она смеялась над ним, это доставляло ему удовольствие.

Что было совершенно недопустимо.

Мисс Блэквуд, наблюдавшая за разговором возле камина, неожиданно произнесла:

— Маркус, почему бы тебе не показать мисс Эшборн тот альбом с видами Швейцарии? Ты ведь специально велел принести его из кабинета.

— Разумеется.

Блэквуд направился к соседнему шкафу.

Клейтон немедленно решил, что настало время проявить инициативу.

— Мисс Эшборн, полагаю, вас может заинтересовать и моя библиотека.

Она повернулась к нему.

— Ваша библиотека?

— Разумеется. У меня есть несколько редких изданий о европейских странах.

— Неужели?

— И весьма подробные карты.

Джорджиана улыбнулась.

— Какое счастье, что вы об этом вспомнили, ваша светлость. А то я уже начала думать, что единственное назначение вашей библиотеки состоит в том, чтобы служить местом для серьёзных разговоров.

Мисс Блэквуд тихо рассмеялась.

Клейтон нахмурился.

— Моя библиотека открыта для вас в любое время.

— Как щедро с вашей стороны.

Она немного подумала.

— Но ведь я и так живу в вашем доме.

— Совершенно верно.

— Значит, могу посещать её каждый день?

— Разумеется.

— Тогда, полагаю, мы сможем уделить время и книгам лорда Блэквуда.

Клейтон замолчал.

Он только что проиграл спор, которого, собственно, никто не начинал.

Блэквуд вернулся с альбомом.

— Вот он, мисс Эшборн.

Джорджиана немедленно повернулась к нему.

— Ах, благодарю! Я как раз хотела посмотреть Швейцарию.

Клейтон мысленно проклял Альпы.

Все до единой.

*****

Когда подали чай, положение Клейтона стало ещё более затруднительным.

Мисс Блэквуд оказалась превосходной хозяйкой. Она вела беседу с лёгкостью, задавала вопросы, рассказывала забавные истории о брате и умудрялась одновременно следить за тем, чтобы ни у кого не пустовала чашка.

Джорджиана чувствовала себя в её обществе совершенно свободно.

Более того, уже через четверть часа они разговаривали так, словно были знакомы несколько лет.

Клейтон с неудовольствием обнаружил, что сестра Блэквуда ему тоже нравится.