— Хоть суп поешь.

— Не хочу.

— Ты с утра ничего не ел.

— Инн, не могу сейчас.

Я кивнула.

— Хорошо.

Но кусок хлеба ему всё равно положила. Павел посмотрел сначала на хлеб, потом на меня.

— Это что?

— Не знаю. Сам появился.

— Понятно.

Он отломил кусочек и всё-таки съел. Я ничего не сказала. Через несколько минут его позвал Светин старший сын, и Павел поднялся.

— Ты куда?

— Там с машиной что-то решить надо.

— Хорошо.

Он привычно положил ладонь мне на плечо.

— Я недолго.

Я кивнула и продолжила слушать женщину напротив, которая рассказывала, как познакомилась с Геной ещё на его первой работе.

Павел сегодня постоянно куда-то отходил, возвращался, снова кому-то был нужен. Впрочем, иначе и быть не могло. Света едва держалась, сыновья тоже, а Гена был для него почти братом.

В какой-то момент я заметила, что молодой парень через стол несколько раз посмотрел в нашу сторону. Рядом с ним сидела темноволосая женщина лет тридцати с небольшим. Парень что-то у неё спросил, она коротко ответила, и они оба взглянули на меня.

***

Я автоматически посмотрела на себя, вдруг что-то с одеждой.

Вроде ничего.

— Инна, передай хлеб, пожалуйста.

Я повернулась к соседке, подала корзину, и разговор за столом потёк дальше. Сначала о Гене говорили тяжело. Люди подбирали слова, замолкали на середине фразы. Потом кто-то вспомнил, как он однажды зимой поехал ночью вытаскивать знакомого из кювета, а в итоге умудрился засадить рядом собственную машину.

Кто-то засмеялся. Следом ещё несколько человек. Света тоже улыбнулась, но почти сразу закрыла лицо ладонью.

Я почувствовала, как Павел рядом напрягся. Он уже вернулся и сидел, наклонившись вперёд, положив локти на колени.

Я коснулась его спины. Он накрыл мою руку своей, не поворачиваясь. Так мы просидели несколько секунд. Потом Света выпрямилась, убрала ладони от лица и сама сказала:

— Расскажите лучше, как они потом трактор искали.

За столом снова заговорили.

Через некоторое время Павла опять позвали. Я уже перестала следить кто и зачем. Позже, когда Светина сестра объясняла мне, какие вещи Гены ещё остались в сервисе и что теперь с ними делать, я увидела мужа у выхода из зала.

Он разговаривал с той темноволосой женщиной, которая сидела рядом с молодым парнем. Она что-то спросила. Павел наклонился к ней, чтобы расслышать, ответил и показал в сторону коридора. Женщина кивнула. К Павлу тут же подошёл мужчина с телефоном в руке, и я снова повернулась к Светиной сестре.

— Что ты говоришь?

— Я говорю, Светка сейчас вообще не понимает, за что хвататься. Там сервис, документы, страховка…

Мы начали обсуждать, что можно взять на себя в ближайшие дни. Минут через двадцать Свете стало плохо. Я заметила это не сразу. Она просто побледнела, потом закрыла глаза и сказала, что душно.

Мы вскочили почти одновременно. Её сестра и ещё одна женщина увели Свету в небольшую комнату рядом с залом. Я пошла следом, но меня остановили.

— Там врач есть. Не толпитесь пока.

— Точно?

— Да. Если что, позовём.

Я осталась в коридоре. В зале было жарко, поэтому подошла к приоткрытому окну. С улицы тянуло прохладой и пахло мокрой землёй от недавно политой клумбы.

Я стояла, глядя на парковку, когда за спиной услышала:

— Вы Инна, да?

Обернулась и увидела, что передо мной стоял тот самый парень, который несколько раз смотрел на меня за столом.

— Да.

— Я Кирилл, племянник дяди Гены.

Теперь стало понятно, откуда он.

— Соболезную.

— Спасибо.

Он немного помялся и встал у окна рядом, оставив между нами приличное расстояние.

— Вы со стороны его отца? — спросила я.

— Да. Моя мама ему двоюродная сестра.

— Тогда неудивительно, что мы раньше не встречались.

Кирилл усмехнулся.

— У нас там семейная Санта-Барбара ещё до моего рождения началась.

Я невольно улыбнулась.

— У кого её нет.

— Дядя Гена последние годы с мамой снова общался. Иногда приезжал к нам.

— Знаю. Он говорил, что с кем-то из родных помирился.

— Ну, помирился, это громко сказано. С дядей Геной вообще сложно было ругаться нормально. Он мог пять лет не звонить, потом приехать и спросить, чего все такие кислые.

Я рассмеялась. Очень тихо, но всё-таки рассмеялась.

— Это на него похоже.

— Мама сначала хотела его выгнать.

— Не выгнала?

— Накормила.

— Тем более похоже.

Кирилл улыбнулся.

На секунду стало почти легко, и тут же от этого сделалось неловко. Я посмотрела на закрытую дверь комнаты, где находилась Света.

Кирилл тоже посерьёзнел.

— Ей совсем плохо?

— Не знаю. Там врач.

Он кивнул, секунду помолчал, потом спросил:

— А дядя Паша как держится?

— Тяжело. Они с Геной столько лет дружили.

— Да. Дядя Гена про него постоянно рассказывал.

— Надеюсь, не всё.

Кирилл усмехнулся.

— Думаю, далеко не всё. Когда они вдвоём собирались, мама говорила, что им обоим снова по семнадцать.

— Мама у тебя наблюдательная женщина.

— Ага.

Из комнаты вышел высокий мужчина, которого я видела возле Светы ещё на кладбище. Он быстро прошёл мимо нас в зал, о чём-то переговорил со Светиным старшим сыном и почти сразу вернулся.

Я проводила его взглядом.

— Роман, — пояснил Кирилл, — двоюродный брат тёти Светы.

Я ещё раз посмотрела на мужчину.

— Так это Роман?

— Ага. Знаете его?

— Только по Светиным рассказам. Я думала, он за границей живёт.

— Живёт. Прилетел, как только узнал про дядю Гену.

Я кивнула. Света действительно иногда упоминала какого-то Ромку, но за все годы нашей дружбы мы ни разу не пересекались.

— Он сегодня всех построил, — сказал Кирилл.

— Кто-то должен.

Кирилл снова серьёзно кивнул.

В коридор вышли две женщины, и нам пришлось отойти от окна, чтобы их пропустить.

— Ладно, — сказала я. — Пойду посмотрю, может, помощь нужна.

Я уже сделала несколько шагов, когда Кирилл окликнул:

— Инна.

Я обернулась:

— Да?

Он смотрел на меня с лёгким сомнением, словно не мог решить, стоит ли спрашивать.

— Можно личный вопрос?

— После знакомства на похоронах меня уже трудно чем-то удивить.

Кирилл улыбнулся.

— Да ничего такого. Я просто…

Он снова замялся.

— Что?

— Вы ведь первая жена дяди Паши?

Несколько секунд я просто смотрела на него, пытаясь понять, что именно он спросил. Потом улыбнулась.

— В смысле первая?

И тут Кирилл изменился в лице. Улыбка исчезла. Он даже будто растерялся и посмотрел куда-то мне за плечо.

Я обернулась и увидела мужа, он стоял в дверях зала.

— Простите, — тихо произнёс Кирилл.

Я снова повернулась к нему.

— За что?

— Я думал, вы давно развелись.

Наверное, в любой другой день я бы рассмеялась. Решила, что парень что-то перепутал, и позвала бы Павла самому послушать, как неожиданно после восемнадцати лет брака он обзавёлся бывшей женой.

Я почти рассмеялась и сейчас.

— Мы?

— Да.

— С Павлом?

Кирилл не ответил, он уже смотрел мне за спину. Я снова повернулась к мужу.

— Паш, ты слышал?

— Слышал.

— Кирилл почему-то думает, что мы развелись.

Я ждала, что он удивится, переспросит. Хотя бы усмехнётся и скажет, что парень кого-то с кем-то перепутал. Только Павел ничего этого не сделал.

Он посмотрел на Кирилла, и тот заметно побледнел. Мне впервые стало не смешно.

— Паш?

Только тогда муж перевёл взгляд на меня.

— Инна, не здесь.

— Что значит «не здесь»? — недоумевая, я на секунду обомлела.

Павел едва заметно качнул головой, и я вдруг разозлилась. Не испугалась ещё, не подумала ничего страшного, именно разозлилась. Потому что несколько секунд назад всё было просто нелепо. Малознакомый парень что-то перепутал, не так понял, услышал чужой разговор. Наверное…