— Да уж, недооценил я Верна. Ворон-то еще ничего! Сумел нас распознать! Хорошо хоть летает он медленно. В последний момент успели!

— И что нам теперь делать?

Лизи нервно рассматривала зал. В каждом посетителе ей мерещились шпионы королевы.

— По хорошему обождать бы, пока уляжется все, — вздохнул Джек, — но зная Мориган, это быстро не закончится. С нее станется еще и закон ввести. Так что план прежний. Сегодня ночуем в городе, а завтра отведу тебя к замку. Спросишь насчет работы.

— Думаешь, она позволит в такое время слуг набирать?

— Ну она же не сама этим занимается, — усмехнулся Джек, — и потом сейчас самое время! Придворный колдун занят будет. Совсем въезд в столицу они перекрыть не могут, так что работы у него в ближайшее время будет непочатый край. А значит, новую прислугу никто проверять не станет.

— Да что же он у вас один на весь замок?

— Насколько мне известно один. Мориган всех разогнала. Странно, что этого оставила, да еще и с учеником. Неужели и вправду силу утратила? Как-то раньше ей помощь не требовалась.

— А какая у нее сила? — тихо мурлыкнула Китти.

— Воздуха. Магией ветра владела.

— Тогда вполне возможно, — хмыкнула кошка, — ветер — стихия неустойчивая, капризная. Если фамильяр ослабел, тогда и у хозяйки проблемы могут начаться. Я так поняла, ворон — ее помощник?

— Да, Верн еще ее матери принадлежал. Сильная воздушница была. Отец ее, Квентин, магией не владел. Потому и трон его брату, Эдвину, отцу Джейкоба достался. А принц должен был следующим королем стать, если бы не погиб в той войне.

— А ты знал его? — спросила Лизи.

— Знал, — вздохнул Тыква, — это же он фокус с рыцарями придумал.

— А у него какая магия была?

— Огненная, Лизи.

— Как у тебя?

— Да, только весь мой огонь в голове остался. А жив я засчет силы Эмили.

Джек поднялся:

— Ладно, ты обедай, а я пойду насчет комнат узнаю. Сегодня здесь переночуем, а завтра видно будет. Идём, Китти.

Кошка послушно прыгнула на плечо Джека, накладывая иллюзию. О’Лантер скинул капюшон и пошел к барной стойке.

— Доброго дня, любезный!

Молодой мужчина в широком плаще присел за стойку.

— И вам добрейшего дня, сударь, — кивнул ему трактирщик, — чего изволите?

— Комнату переночевать, с ванной и двумя кроватями. Я не один.

— Конечно, сударь, — трактирщик достал из-под стойки книгу, — вот, комната на двоих, с ванной. Пять золотых, три за номер, два в залог.

— Однако, — усмехнулся мужчина, отсчитывая деньги, — как все подорожало!

— Так неурожай, налоги опять же, подати, — вздохнул трактирщик, — вот и крутимся как можем. Коли не по карману, могу каморку под крышей предложить, но там кровать одна да и с ванной проблемы.

— Не надо, деньги у меня есть, просто удивляюсь, как все переменилось! Давно тут не бывал!

— Да, дела нынче не очень, — вздохнул трактирщик, — ваше имя, сударь.

— Ильвар Лонгвельд и сестра моя, Розалия Лонгвельд.

Посетитель подождал, пока хозяин запишет имена, а потом все-таки решил задать интересующий его вопрос.

— А не знаешь, любезный, что за суета в городе? Нас чуть стражник на коне не сшиб!

— Так говорят, Джек-Фонарщик объявился, — понизив голос произнёс трактирщик, — вот королева всех на ноги и подняла! Боится она его, страсть как боится! Даже тыквы выращивать запретила! Все поля тыквенные разорили вокруг столицы! Ввоз целых тыкв под строжайшим запретом! Ну не бред ли! Про Фонарщика уже лет сто никто не слышал, а она все никак не успокоится.

— Я всегда думал, что это легенда! — рассмеялся Ильвар, поставив подпись, — чем же он так страшен-то?

— Мне мой дед сказывал, когда я еще ребёнком был, что Фонарщик — это призрак Джейкоба! Не даром ведь его Джеком кличут! Вот и боится Мориган, что брат за ней явится!

— Так с чего ему являться-то? Джейкоб же на войне погиб. Это всем известно, — удивился Ильвар, — так ведь?

— Ээ, сударь, сразу видно, что не местный вы, — хитро посмотрел на него трактирщик, — в наших краях по-другому сказывают! Дескать, не погиб принц, домой вернулся, да только предали его брат с сестрой. Трон отняли, а самого его убили. Казнили, объявив самозванцем. Да только магия она все видит. Вот и превратился Джейкоб в Джека-Фонарщика. И рыщет теперь в лесах возле столицы. И силу великую обрел! В любого зверя превратиться может! Или нелюдем прикинуться!

— Было бы неплохо, — пробормотал Ильвар.

— Вот и я говорю, — закивал трактирщик, — неплохо было бы, чтоб это все правдой оказалось. Да только пустое это все, сударь! Нет никакого призрака! И Фонарщика нет! А Мориган от своих страхов совсем с ума свихнулась! Носу из дворца не кажет! Другого правителя нам надо!

— Ваш номер тринадцатый, сударь, — он протянул Ильвару железный ключ.

— Спасибо, любезный. Завтрак ранний включи в стоимость. Не задержимся мы у тебя.

— Как прикажете, господин Лонгвельд.

Мужчина направился к столу, за которым сидела молодая девушка.

— Ну что? — с нетерпением спросила Лизи, отодвигая пустую тарелку.

Пока Джек беседовал с хозяином трактира, она успела перекусить и даже немного успокоилась. В трактире было немноголюдно, и на нее никто внимание не обращал.

— Пойдём, я снял нам номер. Тебе выспаться надо.

Он протянул ей руку. Лизи поднялась, и Джек повел ее к лестнице.

— Ты узнал что-нибудь?

— Ничего нового. У королевы — паранойя, от того и весь сыр-бор. Боится она!

— Это плохо?

— Плохо, Лизи. Если боится, значит настороже. Даже и не знаю, стоит ли тебе в замок соваться. Начнешь расспрашивать, подозрения возбудишь, беду на себя накличешь. Может лучше мне самому явится к ней, да напугать до смерти, — грустно усмехнулся Джек.

— Ты погоди, — одернула его Лизи, — напугать ее ты всегда успеешь. Давай я всё-таки попробую разузнать. Спрашивать-то не обязательно. Наверняка, там сейчас только и разговоров, что о Фонарщике. Кто-нибудь и проговорится. А там слово за слово…

— А если нет?

Джек открыл дверь и вошел в комнатушку.

— Если она даже упоминать об этом запретила?

— Давай так, — Лизи плюхнулась на кровать, — если за день ничего не выясню, поступай как знаешь!

Девушка огляделась:

— О, тут ванна есть! Здорово! Китти нальёшь мне воды?

— Ты при мужчине что ли мыться собралась?

Кошка неодобрительно смотрела на неё. Джек, усмехнувшись, щелчком пальцев соорудил из простыни и покрывала ширму:

— Купайся. Я подглядывать не буду.

Он уселся в кресло, спиной к остальной комнате, и уставился в камин, где жарко пылали дрова.

Когда-то огонь легко подчинялся ему, а огненная магия, текущая по жилам, горячила кровь. Ни мороз, ни сырость были ему нипочем. Это сейчас он был вынужден бояться холода, избегать дождя и снега. Все это плохо сказывалось на овоще, что заменял ему голову, и Джеку приходилось с этим считаться.

— Какая ты всё-таки, Китти!

Лизи с укором посмотрела на кошку.

— Какая? — ворчливо уточнила та, сидя на бортике и наблюдая, как ванна наполняется водой.

— Нетактичная! — выдала Лизи, выглянув из-за ширмы, чтобы посмотреть, чем там занят Джек. Тыква сидел, глядя на огонь и тяжело вздыхая.

— Тоскует по силе, — подумала Лизи, — еще бы, потерять способность управлять стихией для мага хуже некуда.

Она даже представить себе не могла, каково это жить без своего огня, и ей было искренне его жаль. И очень хотелось что-то для него сделать!

— А ты и делаешь!

Напомнила она сама себе и прикоснулась к чугунной ванне. Вода моментально согрелась.

— Ты в замок Мориган идешь! Чтобы его силу отыскать!

Лизи разделась и с наслаждением погрузилась в теплую воду. Китти по своему обыкновеннию сидела на бортике, охраняя хозяйку.

— Сделаешь мне пену, — попросила Лизи кошку, плюхая в воду кусок мыла.

По воде немедленно поплыли пушистые белые хлопья, похожие на легкие облачка. Лизи моментально надула мыльный пузырь, и он взлетел, переливаясь радужной пленкой. Следом поднялся еще один и еще. И вот уже целая туча пузырей всех размеров, от крошечных до огромных, болтались в воздухе, периодически лопаясь, но их место тут же занимали следующие.