Я посмотрела на кофемашину.

Потом на Джеппетто и Пиноккио, которые как раз входили в зал.

Кажется, сегодня вечером у нас будет очень интересный ужин.

Я не собиралась заставлять гостей пить этот напиток. Но решила, что предложить его стоит.

В конце концов, иногда людям нужно совсем немного помощи, чтобы наконец сказать друг другу самое важное.

Поначалу всё шло хорошо.

Джеппетто ненадолго расслабился, а Пиноккио с удовольствием рассказывал Елене о своих приключениях.

Правда, он то и дело поглядывал в мою сторону.

Когда я подошла к столу, чтобы предложить гостям напитки, он немедленно выпрямился.

— Злата, а ты сегодня свободна после ужина?

— Почему ты спрашиваешь?

— Хотел пригласить тебя на прогулку.

— Боюсь, сегодня я занята.

— А завтра?

— Завтра тоже.

— Послезавтра?

Я приподняла бровь.

— Пиноккио, ты всегда такой настойчивый?

— Только когда встречаю девушку, которая мне нравится.

Он улыбнулся.

Я не могла не признать, что в его уверенности было что-то забавное. Он не стеснялся говорить о своих чувствах и совершенно не боялся получить отказ.

Но, слушая его комплименты, я неожиданно вспомнила другого человека.

Тёмные волосы. Золотистые глаза. Лёгкую усмешку, которая появлялась у Адама, когда он собирался сказать что-нибудь колкое.

Я вспомнила наш ужин в его замке, когда наши руки случайно соприкоснулись. Вспомнила, как он смотрел на меня и говорил, что я стала ему дорога.

И сердце предательски сжалось.

Интересно, чем он сейчас занят?

— Злата? — позвал Пиноккио.

Я вздрогнула.

— Прости, задумалась.

— О ком-то особенном?

— С чего ты взял?

— У тебя такое лицо ...

Я невольно рассмеялась.

— Ты слишком много воображаешь.

— Возможно. Но я почти уверен, что у тебя кто-то есть.

Я ничего не ответила.

И, кажется, этого оказалось достаточно.

Пиноккио чуть склонил голову.

— Что ж. Тогда мне придётся смириться с поражением.

— Ты даже не знаешь, есть ли у меня кто-нибудь.

— Зато я умею распознавать влюблённый взгляд.

— А ты, оказывается, большой специалист?

— Конечно. Я же деревянный мальчик с живым сердцем. Мне положено разбираться в таких вещах.

Я улыбнулась, но спорить не стала.

Потому что в одном он, похоже, действительно угадал.

Постепенно разговор за столом снова перешёл на семейные темы.

Джеппетто рассказывал о своей мастерской, о том, как создавал деревянные игрушки, и о том, как впервые увидел Пиноккио живым.

Его голос стал мягче.

— Когда он впервые открыл глаза, я даже не поверил, что это происходит на самом деле, — признался он. — Я столько лет мечтал о сыне, что сначала боялся к нему прикоснуться. Мне казалось, что он исчезнет, если я сделаю что-нибудь не так.

Пиноккио перестал улыбаться.

— Папа, ты никогда мне этого не рассказывал.

Джеппетто посмотрел на него.

— Не хотел, чтобы ты думал, будто я считаю тебя обязанным мне за то, что ты появился на свет.

— А я думал, ты просто хочешь, чтобы я всегда оставался маленьким.

Старик покачал головой.

— Нет, сынок. Я просто боюсь за тебя.

— Но ты никогда не даёшь мне попробовать самому! Ты всё время решаешь за меня, что мне можно, а что нельзя. Я хочу, чтобы ты мне доверял.

Джеппетто опустил глаза.

— А я хочу, чтобы ты был осторожнее. Я не смогу пережить, если с тобой что-нибудь случится.

В его голосе было столько боли, что мне стало не по себе.

Я посмотрела на стену.

Зелёные пятна начали медленно бледнеть.

Значит, дело действительно было в их отношениях.

Я осторожно поставила на стол два небольших бокала.

— Знаете, у нашей кофемашины есть необычный напиток. Он помогает разобраться в собственных чувствах. Возможно, вам обоим стоит попробовать.

Пиноккио подозрительно посмотрел на бокал.

— Он не превратит меня в тыкву?

— Нет.

— Не заставит говорить стихами?

— Тоже нет.

— Тогда ладно.

Он взял бокал и сделал глоток. Джеппетто последовал его примеру.

Некоторое время они молчали.

А затем Пиноккио тихо произнёс:

— Я не хочу, чтобы ты постоянно боялся за меня, папа. Я хочу, чтобы ты мной гордился.

Джеппетто поднял голову.

— Я горжусь тобой, сынок. Всегда гордился. Даже когда ты совершаешь глупости.

Пиноккио фыркнул.

На этот раз они оба рассмеялись.

— Прости меня, — сказал Джеппетто. — Я так боюсь тебя потерять, что иногда забываю: ты имеешь право жить собственной жизнью.

Пиноккио помолчал, а потом придвинулся к отцу.

— А ты прости, что я не замечал, как сильно ты за меня переживаешь.

Джеппетто обнял его.

На несколько секунд деревянный мальчик снова стал похож на маленького ребёнка, который просто хотел почувствовать себя любимым.

Я отвернулась, чтобы не мешать им.

И в этот момент услышала тихий шелест.

Обернувшись, я увидела, как последние зелёные пятна на стене рассыпаются мельчайшей пылью и исчезают.

Воздух в банкетном зале стал свежим, словно после летнего дождя.

Перед глазами вспыхнуло системное окно.

[ЗАДАНИЕ ВЫПОЛНЕНО!]

[Источник магической плесени устранён.]

[Причина: продолжительный эмоциональный разлад между постояльцами.]

[Награда: 500 000 рублей.]

Я едва не подпрыгнула от радости.

Пятьсот тысяч!

Вот теперь я была готова простить этому отелю все его странности.

Почти все.

— Ну что ж, — произнесла я, подходя к гостям. — Кажется, стены снова чистые. И, надеюсь, теперь вы сможете немного лучше понимать друг друга.

— Спасибо вам, Злата, — искренне сказал Джеппетто.

— Да, спасибо, — добавил Пиноккио. — И если ты когда-нибудь передумаешь насчёт прогулки…

— Пиноккио!

— Что? Я просто оставляю дверь открытой для будущих возможностей.

Я рассмеялась.

На следующий день Джеппетто и Пиноккио собрались в дорогу.

Перед отъездом они вместе подошли ко мне.

— Берегите друг друга, — сказала я.

— Обязательно, — ответил Джеппетто.

Пиноккио взял меня за руку и галантно поцеловал её.

— Надеюсь, мы ещё встретимся, Злата.

— Кто знает? В нашем отеле возможно всё.

— Тогда я обязательно вернусь.

Он подмигнул мне, после чего отправился вслед за отцом.

Я проводила их взглядом и тихо вздохнула.

Хорошие гости. Немного шумные, немного упрямые, но хорошие.

— Ну что, хозяйка, — раздался за спиной голос Лоренцо. — Ещё одна семейная драма успешно завершена.

— Благодаря моей гениальной идее устроить «Счастливый час».

— И благодаря моей кухне.

— Конечно, Лоренцо. И благодаря твоим пирожкам.

— Я знал, что ты оценишь мой вклад.

Я улыбнулась.

А затем решила, что пора заняться делами.

Ведь у меня оставался ещё один вопрос, который давно не давал мне покоя.

После обеда я нашла Лоренцо в гостиной. Он лежал на диване, лениво помахивая хвостом, и выглядел так, будто в его жизни больше не осталось ни одной проблемы.

— Лоренцо, мне нужно кое-что спросить.

Он приоткрыл один глаз.

— Если это о пирожках, то последний я уже съел.

— Не о пирожках.

— Тогда слушаю.

Я села в кресло напротив.

— Ты ведь говорил, что у нашего отеля раньше был другой владелец. Кто он?

Лоренцо замер.

Его хвост перестал двигаться.

— А почему ты спрашиваешь об этом именно сейчас?

— Потому что мне кажется странным, что мы почти ничего не знаем о прошлом этого места. Отель соединяет миры, у него есть собственная система, магические комнаты и какие-то скрытые функции. А ещё здесь появляются задания, о которых никто не предупреждает заранее.

Я посмотрела ему прямо в глаза.

— Я хочу знать, кому всё это принадлежало до меня.

Лоренцо некоторое время молчал.

Потом медленно поднялся, спрыгнул с дивана и подошёл к окну.