Я по́днял голову. Взгляду моему предстало весьма необычное зрелище. На меня смотрел самый настоящий эльф-растаман.

Он был мордат, чёрные не шибко чистые патлы были прихвачены широкой плетёной лентой некогда ярких цветов. Взгляд зелёных глаз был мутноват, а во всём виде его сквозила какая-то нездоровая расслабленность.

Одет растаэльф был в мешковатые штаны и рубаху, разрисованные кустиками знакомого вида. Да это ж багульник!

— Слышь, оставь добить…

Мне тут же захотелось процитировать группу НОМ, но я сдержался. Вместо этого я напустил на себя самый глупый вид, какой получился, и заговорил.

— Я эт значит, мы, эт с пацанами помахались и кристаллы разбили, значит…

— Они ж нэ бъютсъя… — удивился растаэльф.

— Я эт, почём, значит, знаю, — проскрипел я. Затем вытащил кристалл, от которого шёл жёлтый свет. Его я предусмотрительно держал в тряпице, чтобы не сильно зарядить.

— Принеси короче, столько пустых, — я ткнул в его сторону две растопыренные пятерни. — И ещё столько показал я четыре пальца.

А что мне для личного потребления, там запитать чего, ну или взятку дать. Тот опять воровато оглянулся, залез в котомку и вытащил оттуда штук двадцать пустых кристаллов. Поглядел на них, затем на меня, потом ещё раз на камни, опять на меня, и сказал:

— Два таких или одъин синий.

— Без бэ, — тут же согласился я. — А как я их тебе передам, тут это… — я демонстративно ткнул пятернёй в барьер.

Тот сделал какой-то жест рукой, и в воздухе появился светящийся контур.

— Давай, кидъай, — нетерпеливо произнёс он.

— Сначала ты, — напустил я на себя подозрительности. Тот глянул на свои кристаллы, затем на мои, потом ещё раз на свои и бросил мне шесть штук.

— Давъай, — нетерпеливо произнёс эльф.

Я бросил один полный. Растаэльф мигом подхватил его и сунул куда-то, потом закинул мне оставшиеся кристаллы. Бросил светящийся голубым. Я не заметил, как тот коснулся свободной кожи.

Честно говоря, я испугался, что растаэльф чем-то заинтересуется, но растаман просто сцапал кристалл и мигом сунул его в какую-то штуку. Затем повозился с ней и затянулся, выпустив в меня струю перегара. Глаза его при этом тут же стали масляными.

Дым имел очень характерный дурманящий аромат, никогда его ни с чем не спутаю — багульник. Всего пару недель назад я предлагал сре́дство для стимуляции родов из листьев этого кустика.

Впрочем, эльф курил не листья, а цветы. Очень сильная, кстати, штука. Чуть понюхайте, и голова закружится.

Я быстро собрал кристаллы, рассовав их по карманам. Потом рухнул на землю, укрывшись тряпьём, и замер. Растаэльф же неспешно побрёл к лесу, уселся на крупный корень, прислонился спиной к сосне и забренчал на чём-то вроде лютни.

Именно забренчал. В первый раз я тогда видел эльфа, который плохо играл музыку. Патрульные что-то явно недовольно ему сказали, но тот, судя по всему, просто не обратил на них внимания.

Вот честно мне было стыдно, что я помог растаэльфу. Парню нужна была наркологическая помощь и реабилитация, а не вейп с отравой. С другой стороны, мне надо было помочь Юльви с остальными, а этого травакура я видел впервые.

Когда патруль двинулся дальше, я отполз восвояси. Смотреть на обкуренного эльфа мне было неинтересно, а кристаллов у меня теперь было полно.

Удалившись где-то на полверсты от границы плеши, я зарядил кристаллы и спрятал в пространственный карман. На сегодня основные дела я закончил и собирался помочь парням с хабаром.

Завтра отдам фиалы Юльви, а потом… жди меня портал, дальше мне здесь оставаться незачем…

Вечером после ужина, ко мне подсел тот парень, с которым мы дрались в прошлый раз. Он явно хотел о чём-то попросить, но не решался, потом что-то для себя определил и сказал.

— Слышь, эт… когда будешь… ну… то есть… уходить…

— Чего? — не понял я.

— Ты, эт… я с тобой пойду

— А тебя как звать-то? — проскрипел я.

— Ну, эт… то есть того… значит… — он говорил как-то совсем неуверенно и что ли стеснялся, я не знаю.

— Будешь Коля, — безразлично добавил я. В этот момент я почувствовал, как из меня стремительно вытекает дурнота. Я хотел, что-то добавить, но не успел.

Да, да, я отрубился. Спасибо, Петру Сергеевичу, они меня вместе с новоявленным Колей заволокли на лежанку, где я так и провалялся до самого рассвета. Так вот пока я в бессознательном состоянии оказываю давление на нары поясню вам некоторые моменты.

Вы, наверное, уже поняли, что клоны во многом были подобны плотоядцам. То есть их развитие шло через поглощение других организмов.

Если переходить на язык искусства, то девиз: Мурки, Карла, Шу́ши, Михайлы Потаповича и всех без исключения клонов звучал так — «…съешь своих врагов, победи, возьми их силу себе!..». Собственно именно поэтому эльфы кормили допельгангеров почти исключительно растительной пищей.

Пётр Сергеевич, просто в определённый момент нашёл на плеши, пару ящиков тушёнки. Этого, конечно, было критически недостаточно, но всё же начальный толчок он получил. До нынешнего вполне вменяемого состояния он добрался года примерно за три.

Клон вспомнил своё имя, после того как в страшную метель на плешь забрёл медведь-шатун. Пётр Сергеевич разделал незадачливого мишку и постепенно ел целую зиму.

Вот интересно, как эльфийский барьер зверя пропустил? Для меня это оставалось загадкой.

Тут сто́ит упомянуть, что доппельгангерам, согласившимся служить Умникам, хозя́ева помогали в развитии. Увы, это не шло тем впрок. Они становились гневливы, мелочны, жадны и жестоки.

Так вот я к чему это. Только что я дал имя клону, резко ускорив его развитие. Процесс оказался так затратен, что я смог заряжать кристаллы только к вечеру следующего дня.

Утром меня растолкал Юльви. Я с трудом поднялся, разминая замёрзшие конечности. Сегодня эльф уже не кашлял, и вид имел весьма бодрый.

Я вытащил заготовленный ещё с вечера кристалл и протянул ему. Он быстро опустошил его и спросил.

— А къак там?

— Товар готов, — ответил я.

Юльви воровато оглянулся.

— Отвернись, — мрачно проскрипел я.

Эльф стал ко мне спиной. Я быстро извлёк из пространственного кармана мешок кристаллов. Я не успел их даже посмотреть, как Юльви обернулся.

— Это что, сэйчас било? — резко спросил он.

— Сквозняк, наверное, — беззаботно проскрипел я.

— Лучшэ дэрши эго при сэбэ!.. — напряжённо сказал эльф.

Он глянул в мешок и даже присвистнул. Потом быстро спрятал за пазуху.

— Спасибо, друк! — тихо сказал Юльви. — Никокда нэ забуду.

— Если идти на запад, набредёшь на город, рядом за́мок на скале, там будете в безопасности. Он специально подготовлен для таких, как вы — возродившихся. Слушай, сможешь мне пособить? Мне нужно встретиться с одним солдатом по имени Эноэ, он вам тогда помог.

— Помок та ни помок, — грустно сказал Юльви. — Сам тэпер здэс.

— Как его вытащить? — тут же спросил я.

— Нэ знаю, — ответил эльф. — Он завтра вас будить придэт.

— Спасибо.

Юльви двинулся тормошить клонов, а я порядком призадумался. Не подставил ли я тогда Эноэ, не из-за того ли он попал в тюрьму, что не стал меня убивать?

День прошёл не особо интересно. Свеженазванный клон Коля, говорил намного лучше, но выглядел каким-то прибитым. Тем не менее, он снова подошёл ко мне и сказал, что хочет идти в большой мир. Я только пожал плечами.

Потом день тянулся и тянулся скучно. Мы с Петром Сергеевичем выгнали клонов на сбор хабара. Я покидал им с верхних этажей порядком полезного и двинулся смотреть иномирские приблуды.

Я попробовал вставлять в гнёзда батарейки. Некоторые от этого начинали подавать признаки «жизни». В них что-нибудь двигалось, крутилось, светилось, иногда попискивало или звякало.

При этом иные высасывали батарейку и продолжали работать даже после того, как я её вытаскивал, другие почти не тратили энергии из неё. Короче ничего не понятно, но очень интересно.