Двигались мы достаточно споро, благо что хоть кое-какой опыт и слаженность уже успели выработать. И хоть иногда из-под ног нет-нет да и раздавался предательский треск какой-нибудь ветки, но всё равно издалека услышать нас было просто нереально. Минут за сорок добрались до нужной позиции — здесь как раз был небольшой распадок, по которому можно было достаточно удобно спуститься, и я начал инструктировать свой разношёрстный личный состав.

— В общем, так, мужики. Пуля, — обратился я к нашему лучшему стрелку. — Ты всегда двигаешься с заряженным ружьём на максимально возможной удаленной от нас дистанции, но так, чтобы ты всегда мог нас прикрыть. Учти, если вдруг поднимется какой-то шум, то все сразу же отступают назад. Не кучкуются, растворяются веером, по возможности ползком. На основное дело пойдём впятером. Я не знаю, что мы увидим у них в окопах. Сейчас уже, наверное, часа три ночи, и, скорее всего, большая часть солдат спит, а если и не спит, то находится в том состоянии, когда внимание сильно притупляется. Такое время — самое плодотворное для любых диверсий. Теперь важное: мы осторожно подкрадываемся к окопам, при этом стараемся не издавать ни звука — это не всегда будет возможно и, если вдруг так произойдёт, не дай бог, сломаете какую-нибудь веточку и вас услышат — паниковать не надо. Просто прижимайтесь к земле и лежите. Мы постоянно будем где-то рядом, и в случае чего окажем помощь. Даже если в вашу сторону пойдут — лежите и не двигайтесь, пока они не окажутся совсем рядом. В темноте, в неверном свете факелов или ламп, не так-то просто разглядеть даже в упор, так что не суетитесь. Основная задача — максимально синхронно оказаться рядом с траншеей. Дальше каждый действует согласно тому, что увидит. Нужно постараться вырезать солдат по-тихому, и так, чтобы они не издавали ни единого звука. Я вам уже объяснял, как это делается. Но если вдруг произошёл форс-мажор, что-то не получилось, главное — не паниковать. Подобное поведение приведёт, скорее всего, к вашей гибели, еще и товарищей подведете. И ещё одно. Если вдруг получится встретить там какого-нибудь офицера, любого, чья форма будет отличаться, надо постараться взять его живьём. Для этого его нужно сразу же оглушить, потому что в противном случае он постарается закричать и поднять тревогу. Если всё-таки у нас не получилось и там начался кавардак — отходим без команды. Пуля, в этом случае ты ждёшь момента, когда мужики примерно поравняются с тобой. Учти, после каждого выстрела ты должен менять позицию хотя бы на пару метров, перекатываться вправо или влево. Запомни этот закон: из одной точки два раза снайпер не стреляет.

— А я, получается, этот самый снайпер? — улыбнулся парень.

— Ещё какой. И чуть не забыл: у наших противников очень хорошие штуцеры, нарезные, дальнобойные. Поэтому по возможности надо прихватить с собой парочку, ну и боеприпасов к ним. Вопросы есть?

— Да вроде как нет. Чего менжеваться-то? Надо идти и сделать то, из-за чего мы на брюхе столько ползали. Айда, мужики! — прошептал Захар.

Чувствовалось, что за этой бравадой скрывается нешуточное волнение, но раз уж он сам себя таким образом настроил, и ребята, судя по всему, его поддерживают, — мешать не будем.

— Ну что, орлы, вперёд и с песней? — спросил напоследок я.

— Если мы будем петь, то нас же могут услышать, — негромко посетовал младший Торопыга, на что беззубый матрос ухмыльнулся и отвесил ему символическую затрещину:

— Хорош суетить, салага. Злой шутит. Крадёмся как крысы на камбуз.

— Отставить разговорчики! — шепотом шикнул я на них, и скомандовал: — Пошли.

Осторожно спустившись по распадку, стараясь двигаться так, чтобы ни один камень случайно не вылетел из-под ноги и не демаскировал нас, мы двинулись вниз по склону. Примерно на расстоянии пяти метров друг от друга, растягиваться слишком широкой цепью было не очень удобно с точки зрения координации дальнейших действий, поэтому, как только деревья за спиной закончились, тут же, без напоминаний, вся моя диверсионная группа вместе со мной залегла в траву и осторожно двинулась вперёд.

Проползти на пузе нам предстояло порядка пятисот метров, а затем мы должны были упереться в естественную преграду, за которой начинались основные укрепления противника. Здесь протекала небольшая речушка Бельбек, которую в общем-то можно было во многих местах пройти, едва замочив ноги по колено. Но местами попадались и более глубокие затончики.

Периодически я замирал, внимательно прислушиваясь к окружающим звукам. Но, как ни старался, до моего уха доносился лишь едва ощутимый шорох скользящих, словно заправские змеи, тел. Полчаса нам потребовалось, чтобы добраться до уреза воды, но тут, как назло, мы наткнулись как раз на тот самый небольшой затон, и пришлось обходить его в поисках более подходящей переправы, однако на наше счастье, спустя пять минут она была найдена.

Я, с осторожностью, чтобы не замочить сапоги, снял их, закатал штанины и знаками показал парням, что пойду первым, после чего вступил в ледяную воду. Скорее всего, истоки этой речушки начинались где-то в горах, потому что я сразу же ощутил, насколько она холодная, но хуже всего было другое — буквально сразу же у меня нестерпимо зачесались шрамы на левой руке. И это заставило меня моментально остановиться, напряжённо осматриваясь по сторонам. Однако я не увидел ни одного неясного силуэта, ни единого огонька, но тем не менее внутри начала нарастать паника. Каждый раз, когда чесалась моя вновь приобретённая рука, это означало одно — на меня пытаются воздействовать магией, и сейчас обострившиеся от адреналина инстинкты буквально кричали, что нужно отсюда сваливать.

На берегу за спиной сгрудились четыре бойца, ожидая, когда я дам им команду двигаться дальше. Однако вместо этого я сделал несколько шагов назад, стараясь как можно меньше издавать всплесков, и поскорее покинуть опасную территорию. Я не успел сделать всего один последний шаг, когда внезапно всё моё тело сковало жутким спазмом, распространившимся от ног. Такое ощущение, что меня пробило разрядом в тысячу вольт. В голове помутилось, меня затрясло, и практически сразу я начал заваливаться. Благо что ребята оказались поблизости и успели подхватить падающего командира и вытащить меня из воды. После чего, понимая, что здесь что-то явно пошло не так, они волоком потащили меня подальше от берега. И надо сказать, вовремя, потому что всего через несколько секунд на противоположном берегу засветились всполохи факелов, вслед за которыми раздалось несколько оружейных залпов, и прямо над нами начали свистеть пули.

Оттащив меня метров на пятьдесят, мужики затаились, чётко следуя моим инструкциям, а я услышал торопливый шёпот прямо в ухо:

— Командир, что случилось?

Я уже немного отошёл от неожиданного магического гостинца и понемногу собрал мысли в кучу, поэтому смог более-менее внятно прошептать в ответ:

— В ловушку попали. Там, в воде, что-то было. Меня словно электричеством долбануло.

— Понятно. Видать, маги ихние постарались. И что теперь делать? — выдал свое умозаключение Захар.

— Отходим. Надо попробовать по-другому. Обойдём по широкой дуге, и попытаемся перебраться на тот берег там, где вообще нет вражеских позиций. Быть может, там будет проще, не могут же они контролировать всю реку. Но сейчас переждём.

Несколько минут ещё слышна была стрельба, однако никто за нами в погоню не бросился. Возможно, посчитали, что эта хитроумная ловушка сработала на какое-нибудь животное. Хотя я бы на такую удачу не рассчитывал.

Как только всё затихло, я с тоской посмотрел на свои босые ноги. Сапоги при преодолении брода я держал в руках, а как только меня шибануло током, инстинктивно выронил их. И никто за ними соответственно соваться не рискнул. Так что теперь я оказался ещё и ограничен в передвижении. Но тут на помощь пришла смекалка: я отрезал несколько полос ткани от своего плаща и обмотал ими ступни. Стало попроще, по крайней мере, ноги колоть при передвижении по-пластунски перестало. Мы переждали еще некоторое время и поползли в обход.