— Ироничная ситуация, учитывая, что у него нет сердца, — раздался голос с третьей парты.

Все ученики затаили дыхание в ожидании бури.

— Адепт Лунье, мне следовало бы вас наказать за подобное высказывание во время урока, не будь вы правы, — произнёс ректор, по-прежнему не поднимая взгляда, и адепты невольно прыснули со смеху. Снежный эльф листал записи магистра Кокса, вникая в учебный процесс. — Адептка Козина, к доске.

— Я? — оторопела от такого поворота событий.

— Ну не я же. — Он посмотрел мне прямо в глаза, и от этого зрительного контакта у меня по спине армия мурашек промаршировала.

И нет, не оттого, что меня вызвали отвечать, параграф я знала назубок, природа их была совсем иной. Этот взгляд ледяных зрачков, казалось, видел тебя насквозь, а мне в голову так не вовремя пришла мысль о том, что я столько всего наболтала Тору.

Эх, Тор…. Я не видела его с того нашего свидания, наверное я всё же его разочаровала, и он больше не хочет со мной общаться. У меня была мысль самой сходить к нему, ведь порталом можно пользоваться, но я ничего о нём не знаю, а корпус алхимиков огромен. Где я там буду его искать?

Секунды складывались в минуты, а минуты в…

— Адептка Козина, вы там что, вязким эликсиром пятой точкой приклеились к стулу? — Ректор не стеснялся в выражениях, впрочем как всегда.

Ну конечно, он тут всем заправляет, а мы так… букашки. Что ж, я, пожалуй, ещё поспорю, с кем будет тяжелее: с ним или Коксом-кокосом.

Я, наконец-то, поднялась с места и пошла к доске, мысленно вспоминая, чем я так не угодила вселенной? Но училась я, к счастью, хорошо, а потому без запинки рассказала весь параграф. Когда закончила, поняла, что в аудитории стоят какая-то феноменальная тишина. Повернувшись к преподавательскому столу, я увидела, что ректор сидит, подперев рукой голову и, пристально смотрит на меня.

— Верно, вали на место, — совсем не педагогично произнёс ректор и, быстро спохватившись: поправил себя: — То есть всё правильно, адептка Козина, можете проследовать за свою парту.

Эмину Дибьену явно не доставляла удовольствия неожиданно свалившаяся на него новая работа, и он не считал нужным скрывать своё недовольство. А ещё не умел вести себя как преподаватель, и ему приходилось себя постоянно сдерживать. Несмотря на высокое положение, ректор был дерзким и не привык вписываться в какие-то рамки, я заметила это ещё в первый день нашего знакомства, когда он вёл себя так, словно является пупом земли.

В Суммерволде я в этом убедилась ещё больше, хотя к моим первым впечатлениям добавились и новые, например то, что он рискованный человек, ну то есть эльф, и ради любимого дела пойдёт на всё. Я так и не узнала, чем всё тогда закончилось, он ведь несколько раз подрался с гвардейцами, думаю, за такое по головке никто не погладит.

— Так, открываем тетради и записываем, новая тема — «Создание эликсира „Бортер“». — Он взял мел и начал писать им на доске витиеватым почерком, вот кто точно может наказать за нечитаемость конспектов, не как другие преподаватели. Сами словно курица лапой пишут, а с адептов просят каллиграфическую точность. — Эликсир «Бортер» необходим нам для удаления таких сложных пятнышек, как, например, следы крови. Те из вас, кто в будущем окажется на службе в госпитале или в имении боевых магов, будут создавать этот эликсир едва ли не чаще всех остальных.

К моему удивлению, он провёл урок не хуже магистра Кокса, и, как бы мне ни хотелось в этом признаваться, даже лучше. Ректор рассказывал материал не так официозно, порой у него вырывались местные ругательства, которые, как он думал, никто не слышал. И впервые на занятии по «Глубоким загрязнениям» адепты улыбались, хотя ректора боялась вся академия.

Да, Эмин Дибьен не умеет преподавать, но всё же делает это потрясающе.

— Домашнее задание — сварить эликсир «Бортер» самостоятельно и принести на следующее занятие, — сказал ректор Дибьен, когда до конца урока оставалось не более пары минут.

— Самостоятельно? — переспросил Винкс Прэти. — Простите, господин ректор, я сейчас не ослышался, нам нужно сварить новый эликсир самим, без вашего контроля? — Он поднялся из-за парты, как подобает всем адептам, задающим вопрос, или наоборот, отвечающим на таковой.

— Да, адепт Прэти, вы не ослышались, — подтвердил ректор. — Я хочу посмотреть, насколько хорошо вы разбираетесь в рецептах эликсиров. Лаборатория будет предоставлена в ваше пользование во внеурочное время, декана я извещу.

— Но, господин ректор, мы ещё ни разу не варили этот элексир, и сегодняшнее занятие было первым по данной теме. — Наш староста напрягся, ему не нравилась происходящая ситуация.

— Я в курсе, или вы забыли, что в самом начале урока я сказал про новую тему? — Ректор откинулся на спинку стула, несмотря на то что сигнал об окончании занятия уже был, никто не торопился покидать аудиторию. — Всю теорию я вам сегодня дал, список ингредиентов и последовательность их приготовления есть в учебнике по предмету. Только последний идиот не сможет приготовить эликсир.

По лицам адептов пробежала волна непонимания, так как мы ещё ни разу не готовили ни эликсир, ни зелья самостоятельно, только на уроках, только под присмотром преподавателя. Вообще, ректор правильно заметил: первокурсникам запрещено ходить в лабораторию и класс для практических занятий с плетениями во внеурочное время. Считается, что у нас ещё недостаточно умений и мы можем нанести больше урона, чем пользы. Кажется, кто-то решил сломать систему.

Эмин Дибьен

Ну вот что я сделал вселенной, что она меня так ненавидит? То девчонку чуть на голову не сбросила, потом едва избежал проблем в сопредельном мире, а теперь приходится заменять рядового преподавателя.

Сегодня не день, сегодня вечность, потому что к пятой паре мне стало казаться, что этот поток адептов никогда не закончится. В глазах уже рябит от этих юнцов и дев, а они всё приходят и приходят. Ещё это выскочка Козина, так хотелось её завалить, чтобы знала своё место и не рыпалась, а то боевой ей подавай или некромантию. Но она, как назло, хорошо выучила материал, я даже сам заслушался и забыл задать уточняющие вопросы, просто отослав на место.

Я не привык преподавать, моя практика закончилась лет двести назад и была крайне недолгой. Несмотря на юный возраст, я стал ректором академии слишком рано, и, не буду скрывать, этому поспособствовала моя родословная и связи в королевском дворе, ведь на эту почётную должность назначаются приказом короля. Или королевы, как если бы Зильде пришлось выбирать сейчас нового ректора.

С непривычки у меня разболелась голова, и я отправился в административный корпус пешком. Хорошо, что мы, снежные эльфы, могли пребывать на холоде без вреда для здоровья, так что прогулка без верхней одежды не аукнется мне простудой в будущем.

Хотя в тёплом пальто было бы куда приятнее, я поёжился от порыва холодного, пронизывающего насквозь ветра. Погода выдалась мерзкой, настала вьюжная пора, теперь ветра будут бушевать некоторое время, пока не выглянет солнышко из-за плотных туч.

— Господин ректор. — Передо мной возник Монтор с наигранной улыбкой.

Ещё одна насмешка судьбы, стоит моему настроению испортиться, как ей кажется, что этого мало, и подкидываем мне давнего врага.

— Магистр Вэспери, какая неожиданная встреча, — протянул я в ответ.

— И не говорите, вот решил лично убедиться в правоте ходящих слухов по академии, — промурлыкал эльф. — Неужели правда — наш высокородный, великий, непревзойдённый ректор теперь преподаёт на незначительном бытовом факультете!?

Я впервые пожалел о сложившейся репутации бытовиков.

— Хороший руководитель при необходимости должен заменить собой любого преподавателя, — с улыбкой ответил я. — Но вам, разумеется, этого не понять, вы не более, чем рядовой работник.

— Вы правы, когда на моём факультете заболеет уборщица, я вам обязательно сообщу, — отзеркалив улыбку, вернул колкость магистр «Мера и вес».