Можно было подумать, что с таким количеством людей они быстро найдут Джимми и, надеюсь, Сибиллу. Но здесь было слишком много леса, чтобы это было так просто. Сотни квадратных миль, и большая часть из них — горы. Горы Сангре-де-Кристо были южной оконечностью Скалистых гор. Такие же красивые. И так же опасны.

Метеоролог оказалась права. Слава богу, а то Сан не хотела думать, что эта особа — сплошная красота без мозгов.

— Нет ничего лучше бодрой прогулки по лесу, — сказал Квинси.

Через каждые несколько метров они останавливались, кричали Джимми и Сибил, а затем ждали ответа, прежде чем продолжить путь. Куинси проверял их местоположение каждые полчаса.

После нескольких часов блужданий по снегу Сан начала беспокоиться, что трех дней будет недостаточно.

Рация пискнула, но над головой пронёсся вертолёт, и они не уловили, что говорит командование спасательной операцией.

Квинси нажал кнопку «Говорить» на рации.

— Повторите, командование.

Из динамика послышался его голос. Он был мрачным, и сердце Сан перестало биться, чтобы лучше расслышать его сообщение.

Он тихо сказал:

— У нас есть тело.

***

— Когда ты это написал? — спросила Аури у Круза, когда они вошли в холл.

Он сделал минимально возможное усилие, чтобы пожать плечами, вероятно, чтобы сохранить энергию, если случится апокалипсис.

— Прошлой ночью.

— Что? После того, как я ушла домой?

Еще одно эффектное пожатие плечами.

— Миссис Онтиверос хотела, чтобы я отправил еще одно стихотворение на какой-то конкурс, который она помогает координировать, и я сказал ей, что напишу его. Я всегда так делаю. — он улыбнулся столь же энергосберегающей ухмылкой, в которой только одна сторона его рта была наклонена вверх. — Ей нравится это дерьмо.

— Мне тоже нравится. Это было потрясающе.

Он опустил голову, явно не привыкший к похвалам.

— Как ты это делаешь? Как ты пишешь такие красивые образы?

— Мои образы редко называют красивыми. Ты пропустила часть про кромсание плоти?

Она тихонько засмеялась.

— Нет, но это все равно было прекрасно. Так ты расскажешь мне? Как ты это делаешь? Как ты так думаешь?

— Я не знаю. — он засунул руки в карманы. — Я не думаю по-английски, если это имеет какой-то смысл. Я думаю картинками. В знаках. Я писал еще до того, как научился говорить, и с тех пор думаю знаками.

Она уставилась на него, но лишь слегка.

— Ладно, я беру назад свои слова, сказанные вчера вечером. Это официально самая крутая вещь, которую я когда-либо слышала.

Он сверкнул ослепительно белыми зубами.

— Увидимся позже.

Прежде чем она успела попрощаться, он ушел.

Аури смотрела, как он уходит, а потом огляделась вокруг, удивляясь тому, что ученики почти приняли её. На нее не бросали таких взглядов, как вчера, никто не разрисовывал её шкафчик и не пытался обвинить в воровстве. День определённо складывался удачно.

Повернув за угол, она увидела Линель и Лиама с Эйденом Хуангом — парнем, которого она допрашивала. Лиам держал Эйдена Хуанга за воротник, а Линель читала ему акт о беспорядках, тыкая в грудь острым ногтем.

Сначала парень выглядел скорее раздражённым, чем испуганным, но потом Линель что-то сказала, и он побледнел на глазах.

Он поднял руку в знак капитуляции и взял флешку, которую она ему протянула.

Лиам оттолкнул его, и они вместе ушли в закат. Или в блики от окон из листового стекла на фасаде школы. В любом случае.

Это была классическая история любви. Ее будут повторять еще многие поколения.

Девушка просит первого парня об одолжении. Тот отказывается. Второй парень хватает первого за воротник. Девушка запугивает первого парня, а второй трясёт его, как тряпичную куклу. В конце концов первый мальчик соглашается, и девочка со вторым мальчиком влюбляются друг в друга.

Немного дисфункционально? Да.

Продлится ли это долго? Нет, если только они не окажутся изрешеченными пулями, как Бонни и Клайд, прежде чем поймут, что они не настолько совместимы, как предполагали изначально, и проведут следующие десять лет, расставаясь, снова сходясь и снова расставаясь, принося раздор и страдания всем, с кем они соприкасались.

Скрестим пальцы.

Аури сидела на втором уроке, совершенно забыв о Линель и Лиаме, когда её мысли вновь обратились к Джимми Равиндеру и Сибил Сент-Обин.

Ее мама была права. Они оба пропали примерно в одно и то же время. Было бы трудно убедить кого-либо в том, что это совпадение, но это должно было быть так. Или, по крайней мере, для этого должна быть веская причина.

Во-первых, Сибил и Джимми не знали друг друга. Аури часто разговаривала с Джимми. Они проводили время вместе. Они были близки уже много лет. То, что ей приходилось держать это в секрете от мамы, было просто смехотворно, но бабушка и дедушка знали и поддерживали их дружбу. В их сердцах было особое место для Джимми.

Но они не знали, что Джимми спас ей жизнь, когда они были детьми. Джимми и еще один член семьи Равиндер. Она ни за что не бросила бы его только потому, что её слишком заботливая мать сказала, что все они, все до единого Равиндеры, доставляют больше хлопот, чем стоят.

Она не могла не задаться вопросом, распространяется ли этот диагноз на Равиндера, в которого была влюблена её мама.

Прозвенел звонок, и через несколько секунд в классе включился телевизор. На экране появилась еженедельная программа студенческих новостей.

— Доброе утро, Львы! — сказала бодрая брюнетка из-за стола ведущего. Стол выглядел так, будто был сделан из картона, но это только добавляло ему шарма. — С возвращением! На этой неделе у нас специальное расследование, подготовленное Клубом журналистики. Давай, Эйден!

Экран померк, и в кадре появилась Линель Амайя с микрофоном в руках, стоящая перед участком шерифа.

Ладони Аури мгновенно заныли, и она поборола желание достать ингалятор.

Линель улыбнулась миллионной улыбкой, когда оказалась в центре внимания.

— Благодарю, Кэлли. У нас есть особая история для всех вас, Львы. Если вы еще не знаете, у нас новый шериф. — она указала жестом на надпись на здании.

Аури огляделась по сторонам, испытывая лёгкое беспокойство. Что делала Линель? Кроме того, что она очень, очень оживилась?

— Мы решили проверить её, так сказать, покопаться в её прошлом и посмотреть, что нас ждёт в ближайшие четыре года. В конце концов, мы получили совершенно новую львицу. Аврора Доун Викрам? Добро пожаловать в школу Дель Соль!

Аури замерла. Этого не могло быть. Копаться в прошлом её матери? Они никак не могли узнать правду. Она была похоронена вместе с Ковчегом Завета, Джимми Хоффой и её сдерживаемыми эмоциями.

— Лиам?

Камера показала Лиама Итона перед памятником, который город установил в честь мнимого отца Аури, и её зрение потемнело.

***

— Дядя Джимми нашел его!

Сан практически вырвала рацию из рук Квинси, потому что тот, кто кричал, что Джимми нашли, не выглядел расстроенным.

— Вы нашли Джимми? — спросила она. — Или тело?

Она узнала женский голос помощника Салазара:

— И то, и другое.

— Нет. — прошептала Сан.

Квинси положил руку ей на плечо, чтобы успокоить.

— Мы нашли Джимми, но, полагаю, они нашли и тело?

Она захлопнула глаза и напряглась.

— Сибил?

— Нет, не девушка. — сказала она.

Сан чуть не выронила рацию.

— Где вы? Мне нужно ваше местоположение.

— Хорошо, мы у командного центра. Леви Равиндер только что спустил Джимми с горы. У него обморожение, так что его сейчас забирают медики.

Закрыв рот рукой, Сан посмотрела на небо и позволила свету пропитать её.

По радио раздался мужской голос. Сан услышала, как на заднем плане лают собаки. Трупные собаки.

— У нас тело примерно в полумиле к северу от пруда Эстрелла. Мужчина. Судя по разложению, он пролежал здесь долгое время. Возможно, несколько лет.