— И это значит, что надо сидеть и ничего не делать? Зачем нам участвовать в войне, которую, похоже, вы намерены проиграть, или ты считаешь, что там отобьются без нас?

Владимир выставил руки перед собой.

— Агата, поумерь пыл. Да, мы пока не выступаем. Я не хотел говорить как раз из-за понятного недовольства. Да, мы могли бы выйти. Напасть на тех, кто выбрался из гор и движется к Келиграду. И что дальше? Скольких мы заберем с собой? В прямом бою мы не сможем эффективно атаковать алхимией, не сможем действовать так слаженно. Стоит нашим рядам смешаться — и никаких взрывов. А линии снабжения? А тылы? Да там всего десяток таких созданий наведут шороху. Мы просто не можем сейчас покинуть Рутту, рискуя привлечь внимание этих… существ. К тому же Келиград еще лучше Рутты приспособлен для обороны, там больше запасов, больше алхимиков, всего больше. Я передал Светлане указания, она с Андреем и местными адекватными поедрами все организует. Они соберут армию загорцев в одном месте — и тогда ударим мы.

Агата прищурилась. Все это звучало логично и правильно. Но там, под ударами духов, гибли люди. И мирные жители, оказавшиеся на их пути, и те, кто пытался их остановить. Хотя, возможно, последние справятся и сами…

— Воинство Михаила ведь не единственное у поедров, так?

— Не единственное, — согласился Владимир, — но не думаю, что в чистом поле наши войска смогут многое, да и духи, если их не уничтожить, довольно быстро восстанавливают свои вместилища.

— Пока дерутся двое — третий выигрывает? — напрямую спросила Агата.

— Нам рано выступать. Сейчас все наши силы, все, кто готов сражаться, собираются в Рутте или рядом. К вам пришло подкрепление, с цехов на юге идут партии «черной смерти», кислоты и всего прочего, что может помочь, в том числе и позволит бойцам легче орудовать боевыми молотами и остальным тяжелым оружием. Но пока мы просто не готовы. Разумеется, я не буду, да и не могу, мешать тебе вывести свои войска. Но замечу, что у загорцев нет костей и потери в сражениях с ними будут невосполнимыми. Да и северные мои соотечественники, скажем так, вас опасаются.

Агата мрачно посмотрела на Владимира.

— Слушай, я не больше твоего рад сложившейся ситуации. Хотя бы потому, что, демоны побери, это — моя страна и мои люди. Но объективно самый лучший способ покончить со всем этим — ударить по войскам загорцев тогда, когда большая их часть осадит Келиград. Мы будем знать, где они, они не смогут уйти, город поддержит нас со стен. Примерно как ты атаковала катапульты. Удар в спину, одно решающее сражение — и все. Одно сражение, а не десятки, сотни мелких, в которых у нас просто не будет возможности убить всех духов, а, значит, они будут восстанавливать свою численность раз за разом, а мы будем нести потери. Война — то, где иногда приходится выбирать между погаными вариантами.

Клинок криво усмехнулась. Словно она не понимала, чего хочет добиться василевс: спасти столицу и войти в нее как триумфатор.

— Не боишься, что с нами поступят так же, как ты поступил с Михаилом?

— Нет. Андрей и его люди и так почти полностью контролируют оборону столицы, а тут, думаю, с появлением загорцев к их союзу присоединятся все, у кого есть разум.

Агата помедлила. Не все хотелось озвучивать, но были вещи, о которых теперь стоило упомянуть.

— Думаю, есть то, о чем стоит знать. Мои люди уверены, что твой сын… Скажем так, ему хочется править. Единолично командовать теми, кого он собрал.

Владимир уставился на нее мрачным взглядом.

— Ты обвиняешь Андрея в измене?

— Я лишь говорю то, о чем знаю, вот и все.

— Говоришь только сейчас.

— Донесение прибыло недавно, — покривила душой Клинок. Она собиралась сама поговорить с Андреем, но теперь обстоятельства изменились.

— И ты этому донесению веришь?

Агата задумалась, подбирая слова.

— Я думаю, что говорившему не было резона лгать. Ему нужна услуга, и он понимает, что я ее не окажу, если он соврет.

— Но он мог заблуждаться, верно? Так?

— Мог. Хотя у него большой жизненный опыт, — не сдержалась Агата.

Владимир покачал головой.

— Андрей — не дурак и хороший человек. Но спасибо, что сказала. У меня есть способы его проверить.

Клинок кивнула. И заметила:

— Если ты решишь напасть на духов тогда, когда они станут под Келиградом, мы тебя поддержим. Но расположимся так, чтобы не попасть в дальность поражения их катапульт.

Владимир мрачно кивнул.

В выделенном некромантам подземном зале прибыло народу. Три лича клубились черными силуэтами у дальней стены, на принесенных лавках сидели все остальные. Агата чувствовала, словно вновь посещает Безмолвный Совет… Впрочем, она сама его и собрала.

Умом она понимала, что потери рутен — это их проблемы. Она со своими людьми приплыла сюда чтобы поддержать восстание, сделать правителем того, кто не нападет на Некрос. Все, точка. Интересы Владимира — ее интересы.

Но в противостояние с духами вмешивалась вина: возможно, они обратили внимание на Рутению из-за ее похода в шахту, ее выходки. Да и стоило помочь справиться с этим врагом чтобы понять, что вообще делать, если духи доберутся до Некроса. Пока их армии завязли в пустыне, но через менталистов и делегацию некромантов, гостивших в Библиотеке, Агата передала приказ отправить разведку на дальний юг страны. Да, Граничные Горы там располагались за пустынными, незаселенными еще до войны и никому не нужными территориями, но мало ли… Дозор выставят, с нее не убудет. Духи все же могут сунуться в Некрос — и тогда любые знания о том, как с ними бороться, будут полезными. Знания, которыми можно обзавестись только на поле боя.

Агата не была уверена, чего хотела добиться от нынешнего совета. Подтверждения тому, что стоит выдвигаться немедленно? Заверений в том, что сидеть, сложа руки — нормально?..

— Исходя из переданных данных, атака в нынешний момент нерациональна, — первым откликнулся на ее доклад Слатэ. — Нам нужно время на усовершенствование конструкций для их максимальной эффективности. Местным союзникам — тоже.

Флатэ кивнул. И добавил:

— Мы пока не владеем всей информацией, но, судя по той, что имеем — пополнение материала при столкновении с силами загорцев не представляется возможным. Мы можем в процессе позаимствовать нужное у местных, но они предпочитают не хоронить кости, потому наши потери будут восполняться только за счет их свежих мертвецов, что сужает наши возможности вплоть до полной потери боеспособности, что сведет нашу полезность к минимальной. Потому действовать в отрыве от союзников нерационально.

— Хотя замечу, что при подходе к конечной точке нам лучше разделиться, — вновь заметил Слатэ, — если у вас есть основания опасаться городского гарнизона, то нам стоит находиться на таком расстоянии, на котором этот гарнизон не будет представлять для нас угрозу. По крайней мере тем из нас, кому могут навредить взрывы и алхимия. Смертным.

Агата вздохнула про себя. Типичные личи. Рационально, да… Она оглянулась на Инкитэ и Варнэ. Лич чуть заметно кивнул, а Варнэ мрачно добавил:

— Будем смотреть по сторонам. Коль ситуация усложнилась возможным предательством старшего деспота, то нужно учитывать и его линию. Едва ли он будет поддерживать церковь и уж решит атаковать нас, если мы будем одними из тех, кто снимет осаду, но все же с ним стоит быть настороже. Нам нужны союзники, но тут у нас нет друзей.

— Друзья Некроса — конструкты и умертвия, — совершенно серьезно подтвердил Флатэ. — Остальные слишком переменчивы.

Агата кивнула. Ей совершенно не нравился подход личей, особенно новоприбывших, но их познаниям в тактике, стратегии и возможностях армии Некроса она доверяла в разы больше, чем своим. Если все трое против атаки сейчас, то, значит, эта атака и правда не нужна.

— Тогда положите все силы на усовершенствование всего, что может понадобиться в борьбе с загорской армией, — постановила Клинок. — Составьте список всего, что нужно, и по алхимии, и по еде и вещам для живых. Достанем.