Он медленно двинулся к коряге, стараясь не делать резких движений. Ястреб тут же заметил его приближение и с пронзительным криком ринулся вниз. Птица пронеслась так близко от головы Дина, что он почувствовал движение воздуха от её крыльев. Острые когти едва не задели его волосы.

— Дин! — вскрикнула Ри.

Дин отступил, подняв руки в защитном жесте. Ястреб развернулся и снова атаковал, на этот раз целясь в лицо. Дину пришлось отскочить ещё дальше.

— Не получается, — сказал он, тяжело дыша. — Он слишком агрессивен. Не подпустит близко.

Ри кусала губы, лихорадочно размышляя. Мяуканье котёнка становилось всё слабее: малыш, видимо, выбивался из сил. Время работало против них.

— Камни! — радостно крикнула она. — Мы наберём камней и отгоним ястреба!

Дин кивнул, и они принялись искать подходящие булыжники. Ри собирала их в подол платья, чувствуя, как грубые края камней царапают кожу ладоней. Но она не обращала на это внимания: на кухне случались травмы и посерьёзнее. Всё существо Ри было сосредоточено на спасении маленького беззащитного создания.

И вдруг из глубины леса донёсся новый звук. Протяжное, зовущее мяуканье. Оно было совсем другим — полным силы и тревоги. Материнское сердце, почувствовав пропажу детёныша, призывало его. Услышав знакомый голос, котёнок высунул мордочку из-под коряги и жалобно ответил. Его писк переполняли надежда и отчаянье одновременно.

Ястреб не упустил этого момента. Он камнем ринулся вниз, нацелившись на показавшуюся мишень.

— Нет! — закричала Ри, роняя камни.

Но ястреб так и не достиг своей цели. Из высокой травы молнией выскочил вукор и прыгнул на птицу, сбив её на землю. Ри ахнула от неожиданности. Её маленький друг, который только что философствовал о невмешательстве в природу, теперь дрался с ястребом, превосходящим его по размерам. Вукор прижал птицу к земле лапами и схватил зубами за горло. Ястреб несколько раз дёрнулся, пытаясь освободиться, но постепенно обмяк, сдавшись на милость судьбы. Вукор поднял обессилевшую птицу, подбросил её в воздух и для верности отвесил смачного пинка задней лапой.

Ястреб с обиженным клёкотом поднялся в воздух и, бросив последний злобный взгляд на своих обидчиков, скрылся за верхушками деревьев.

— Вукор! — восхищённо воскликнула Ри. — Ты же говорил, что не стоит вмешиваться!

— Передумал, — буркнул домовой, отряхиваясь от пыли. — Не люблю, когда при мне обижают слабых.

Он подошёл к коряге и заглянул под неё. Котёнок зашипел и попытался отползти поглубже в своё укрытие.

— Тише, малыш, — негромко сказал вукор. — Никто тебя не обидит.

Он аккуратно просунул лапы под корягу и достал оттуда дрожащий комочек полосатой шерсти. Котёнок был немногим больше ладони взрослого человека. Его огромные глаза смотрели на мир со смесью любопытства и страхом, а из маленькой розовой пасти доносилось тихое мяуканье. Вукор прижал малыша к своей мохнатой груди, и котёнок неожиданно успокоился, словно почувствовал, что опасность миновала.

И тут на корягу грациозно запрыгнула крупная лесная кошка. Её мускулистое тело было готово к прыжку, а в жёлтых глазах читалось предупреждение. Мать нашла своё дитя. Наступила напряжённая тишина. Вукор и кошка смотрели друг другу в глаза, не шевелясь. Ри затаила дыхание, боясь нарушить хрупкое равновесие. Дин положил руку ей на плечо, чувствуя её трепет. Секунды тянулись как часы. Ри видела, как подрагивает кончик хвоста у кошки, как напряжены её мускулы. Но в глазах дикой красавицы не было агрессии — только настороженность и… благодарность?

Наконец вукор медленно протянул котёнка его матери. Кошка осторожно взяла малыша за шкирку и, бросив последний взгляд на спасителей, скрылась в высокой траве.

— Какой ты молодец! — похвалила Ри, подбежав к вукору. Её глаза сияли от счастья, а на щеках играл румянец. — Я так горжусь тобой!

— Ты был великолепен, — согласился Дин, улыбаясь. — Настоящий герой.

Вукор смущённо почесал за ухом, пытаясь скрыть своё удовольствие от похвалы.

— Ладно, ладно, — пробурчал он. — Пора ехать дальше, а то до темноты не доберёмся.

Они направились к телеге, и Ри почувствовала, как её переполняет тёплое чувство радости. Они спасли жизнь маленькому беззащитному созданию, и это было прекрасно.

В этот миг из травы снова появилась лесная кошка. Она подбежала прямо к вукору и встала на задние лапы, положив передние ему на плечи. Затем несколько раз потёрлась мордочкой о его волчью морду — древний кошачий способ выразить благодарность и признательность. Вукор застыл от неожиданности, а Ри почувствовала, как у неё перехватывает дыхание от трогательности этой сцены. Кошка отступила, ещё раз взглянула на вукора своими мудрыми глазами и скрылась в траве, вернувшись к своему спасённому детёнышу.

— Вот это да, — пробормотал Дин, качая головой. — Никогда не видел ничего подобного.

Ри вытерла выступившие на глазах слёзы умиления. Они молча сели в телегу. Дин взял поводья, вукор устроился на сене, а Ри села рядом с Дином, чувствуя, как её переполняет счастье. Телега тронулась, колёса снова застучали по мощёной дороге, но теперь этот звук казался Ри особенно мелодичным. Они везли с собой память о добром поступке, о спасённой жизни, о благодарности, выраженной без слов.

Где-то позади маленький котёнок лесной кошки прижимался к материнскому боку, живой и невредимый благодаря тем, кто не смог пройти мимо чужой беды.

Ѻ Ѻ Ѻ

Когда телега подъехала к трактиру «Рыжий кабан», уже вечерело. Ещё издалека они услышали шум скандала. Женский визгливый голос перемежался с басовитой руганью Рона.

— О нет, — простонал Дин. — Кажется, опять началось.

Они поспешили внутрь и застали поистине апокалиптическую картину. В центре обеденного зала стояла клетка с вукоркой, но теперь дверца была открыта, а сама вукорка сидела на спинке стула, злобно скалясь. Напротив неё, у стойки, стояли взъерошенная Лира и побагровевший Рон. А между ними… между ними стояла Мита, бывшая кухарка, с торжествующей улыбкой на лице.

— Вот и наши герои-спасители! — язвительно воскликнула она, увидев вошедших. — Как раз вовремя, чтобы полюбоваться на свою драгоценность!

Вукорка издала звук, похожий на смешок, и что-то пролаяла.

— Она говорит, что нашла настоящую подругу, — перевёл вукор, и его усы безвольно повисли. — И что вместе они сделают нашу жизнь невыносимой.

Ри почувствовала, как сердце падает вниз. Помимо всех проблем, они теперь столкнулись с союзом двух злопыхательниц, объединённых общей целью: отомстить ей и её друзьям.

В этот момент вукорка спрыгнула со стула и, проскользнув мимо ног опешившего Рона, шмыгнула в сторону кухни. За ней, злорадно хихикая, последовала Мита.

— Ну что, как прошла поездка? — спросил Рон с плохо скрываемой яростью. — Договорились?

— Нет, — призналась Ри, опуская глаза. — Староста отказался её принимать обратно. Сказал, что сделка есть сделка.

— Прекрасно, — процедил Рон. — Просто замечательно. А вы знаете, что она устроила, пока вас не было? Перепугала всех немногочисленных посетителей своим воем, а потом каким-то образом выбралась из клетки и начала бегать по столам, опрокидывая кружки с элем! А потом, как назло, заявилась эта… — он кивнул в сторону кухни, где скрылась Мита, — и каким-то образом нашла общий язык с этой маленькой дрянью!

— Мита приходила за жалованием, — пояснила Лира, устало потирая лоб. — И увидела вукорку. Вместо того чтобы испугаться, как нормальный человек, начала с ней… общаться. Отперла клетку, и теперь они не разлей вода.

— Боги, — прошептала Ри. — Как она открыла замок? Ключа-то нам не дали.

— Шпилькой для волос, — ответила Лира. — Похоже, она что-то умалчивает о своём прошлом.

Ри застонала и схватилась за голову. Всё летело в тартарары, и они были бессильны что-то с этим сделать.

Утро встретило Ри не ласковым шёпотом пробуждавшейся природы, просачивающегося сквозь деревянные ставни, а злобным рычанием, доносившимся из кухни. Ри замерла на пороге, держа в руках корзину с яйцами, и с тоской поняла, что её размеренная жизнь закончилась.