— И что же, вы так легко готовы с ней расстаться? — поинтересовался Дин, отправляя в рот кусочек мяса.

По лицу Тура пробежала тень, но он быстро справился с собой.

— Знаете, иногда нужно думать не только о себе, но и о счастье других. Моя вукорка заслуживает семейного счастья, — он посмотрел на вукора. — А ваш друг кажется достойной парой.

Обед продолжался, и с каждым кубком медовухи Тур становился всё разговорчивее и настойчивее. Он расспрашивал о трактире, о том, какие условия будут у вукорки, и постоянно повторял, как ему будет не хватать своей помощницы.

Ри заметила, что Дин почти не пьёт, лишь делает вид, и последовала его примеру. А вот вукор, забывшись, отхлебнул из своей маленькой чаши и теперь выглядел довольно осоловевшим. Его глаза слегка косили, а лапки подрагивали.

Когда обед подошёл к концу, Тур отодвинул тарелку и хлопнул в ладоши.

— Ну что ж, друзья мои, давайте перейдём к делу. Я вижу, что ваш вукор — отличная партия для моей вукорки. И пусть она сейчас не показывается, я могу поручиться за её качества. Предлагаю ударить по рукам!

— Но как же… — начала было Ри, но Тур перебил её.

— Не беспокойтесь! Завтра утром я сам привезу вукорку в трактир. Она немного пуглива и не любит дорогу, так что лучше я сам доставлю её к будущему мужу. А сегодня вы можете остаться ночевать здесь, дорога-то неблизкая.

Вукор, опьяневший от медовухи, неожиданно поднял лапку.

— Я с-согласен, — пробормотал он. — Если она такая х-хорошая хозяйка, то я готов взять её в ж-жёны.

Дин обеспокоенно посмотрел на друга, затем на Ри, но промолчал.

Тур просиял и снова наполнил кубки.

— За будущих молодожёнов! — провозгласил он. — Пусть их союз будет крепким и плодовитым!

Ри сделала вид, что пьёт, на самом деле лишь слегка смочив губы. Что-то категорически не нравилось ей во всей этой ситуации. Почему вукорка не показывается? Почему хозяин так настойчив? И что это за клетка на комоде?

Но момент был упущен. Вукор, охмелевший от медовухи, уже дал согласие, а Тур выглядел так, будто сорвал большой куш.

— А теперь, если вы хотите отправиться обратно сегодня, самое время собираться в дорогу, — сказал хозяин, поднимаясь из-за стола. — Через час начнёт темнеть, а дорога ночью небезопасна.

— Но вы предлагали нам остаться, — напомнила Ри.

— О, конечно, если вы хотите! — поспешно ответил Тур. — Просто подумал, что вам будет спокойнее дома. К тому же, — он подмигнул, — завтра вас ждёт знакомство с невестой, нужно подготовиться.

Дин и Ри переглянулись, безмолвно соглашаясь, что лучше вернуться в трактир. Что-то неладное творилось в этом доме, и оставаться на ночь было бы неразумно.

— Пожалуй, мы действительно отправимся домой, — сказал Дин, поднимая захмелевшего вукора. — Отец будет беспокоиться, если мы не вернёмся.

— Как скажете, — пожал плечами Тур, но в его глазах мелькнуло облегчение. — Тогда ждите меня завтра в трактире с вукоркой. Скажем, в полдень?

Дин кивнул, помогая Ри подняться из-за стола. Вукора пришлось нести: его лапки заплетались, а глаза совсем осоловели от выпитого.

Когда они уже были у ворот, Ри обернулась и сквозь распахнутое окно заметила, как Тур жестом подзывает к себе слугу и что-то тихо, но очень эмоционально ему говорит, указывая в сторону клетки на комоде.

ѺѺѺ

Обратная дорога казалась длиннее и труднее. Солнце клонилось к закату, бросая на всё вокруг кроваво-красные отсветы. Вукор мирно посапывал в корзине, которую они взяли с собой, а Дин и Ри молча покачивались на телеге, каждый погружённый в свои мысли.

— Тебе тоже показалось это странным? — наконец нарушила тишину Ри.

Дин кивнул.

— Весь этот обед был каким-то… подозрительным. Слишком уж он хотел сбыть с рук свою вукорку. И почему мы её не видели?

— И эта клетка, прикрытая тканью, — добавила Ри. — Зачем она там?

— Не знаю, — Дин покачал головой. — Что-то мне подсказывает, что завтра нас ждёт неприятный сюрприз.

Вукор в корзине всхрапнул и перевернулся на другой бок.

— Бедняга, — вздохнула Ри. — Так хотел найти себе пару, что согласился жениться на вукорке, которую даже не видел.

— Любовь творит с нами странные вещи, — тихо произнёс Дин, глядя на Ри так, что у неё перехватило дыхание.

Дин натянул поводья. Они остановились посреди дороги, и на мгновение весь мир словно замер вокруг них. Птицы притихли, ветер стих, лишь сердце Ри стучало так громко, что, казалось, его слышно на другом конце леса.

Дин медленно поднял руку и осторожно убрал прядь волос с её лица, задержав пальцы на щеке. Ри почувствовала, как кровь приливает к лицу, а внизу живота разливается странное тепло.

— Ри, я… — начал Дин, но его прервал громкий храп вукора.

Момент был разрушен. Дин опустил руку, а Ри нервно рассмеялась.

— Нам нужно возвращаться, — сказала она, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. — Уже темнеет.

Дин кивнул, хотя в его глазах читалось разочарование.

— Ты права. И нам нужно решить, что делать с этой странной ситуацией. Я не уверен, что мы должны принимать вукорку от Тура.

— Согласна. Но как объяснить это вукору? Он так надеялся найти пару.

— Будем решать проблемы по мере их поступления, — философски заметил Дин. — Сначала доберёмся до трактира, а там видно будет.

Остаток пути они проделали в молчании, но это было уютное молчание двух людей, которым не нужны слова, чтобы понимать друг друга. Вечерний лес наполнился звуками: уханьем сов, шорохом мелких зверьков, шелестом листвы. Ри думала о том, что, несмотря на все странности этого дня, ей давно не было так хорошо и спокойно.

Когда огни Велбрука показались на горизонте, Дин вдруг взял Ри за руку.

— Что бы ни случилось завтра, — сказал он серьёзно, — знай, что я рядом. Мы справимся со всем вместе.

Ри улыбнулась и крепче сжала его ладонь. В этот момент ей показалось, что даже если Тур привезёт им не вукорку, а настоящего дракона, они найдут способ решить эту проблему. Как это часто бывает в жизни, Ри очень сильно ошибалась.

Ри любила рассветный час, потому что мир ещё спал, а она могла насладиться тишиной и покоем до начала очередного суматошного дня в трактире.

Ежедневный ритуал Ри был прост и приятен: умыться холодной колодезной водой, расчесать непослушные волосы, упрямо вьющиеся на кончиках, надеть простое чистое платье и приступить к подготовке кухни к новому дню.

Но этот день начался совсем иначе.

Пронзительный, душераздирающий вой ворвался в утреннюю тишину, словно древний демон вырвался из заточения и решил известить всех о своём присутствии. Ри вздрогнула, расплескав воду из ковша, которым собиралась наполнить большой котёл. Звук был настолько неестественным, что по её телу пробежали мурашки, а сердце тревожно заколотилось.

— Что за… — прошептала она, ставя ковш на стол и осторожно выглядывая в окно кухни.

Вой повторился, на этот раз сопровождаемый глухим стуком, будто кто-то колотил по железу. Источник звука определённо находился у входной двери трактира.

— Ри-и-и! — донёсся взволнованный голос Дина, торопливо спускающегося по лестнице. — Ты слышишь?

— Как тут не услышать, — отозвалась кухарка, вытирая руки о передник. — Кажется, это у входа.

Дин, растрёпанный со сна, но уже полностью одетый, подбежал к ней. В его карих глазах читалось беспокойство.

— Это совсем не похоже на обычного посетителя, — заметил он, беря в руки увесистую кочергу. — Пойдём вместе.

Ри невольно залюбовалась его лицом, на котором отпечаталась решительность.

К входной двери они подошли одновременно с Роном и Лирой. Трактирщик, несмотря на раннее время, уже был красным от гнева. Никому бы не понравилось, если бы его разбудили раньше времени, особенно такими душераздирающими звуками.

— Это ещё что за чертовщина? — прорычал Рон, одной рукой затягивая ремень на своих необъятных штанах, а второй потирая лысину. — Кто посмел?