— Ты что-то сказал о сеньоре Ланкони? — спросил Сальвадор Маньоли. — Разве он может, после того, что с тобой случилось, вести какие-нибудь дела и разговоры?

И тут же Сальвадор догадался.

— А, дружище, значит, ты скрывал от меня самое главное?

— Да ничего я не скрывал, — немного смущенно ответил Андреа, — просто меня предупредили. А я предупреждаю тебя: смотри, Сальвадор, если ты кому-нибудь проболтаешься, то мне несдобровать. А я уж постараюсь поквитаться с тобой.

— Но ты же меня знаешь, Андреа, ведь это я устроил тебе в своем доме встречу с Лаурой и не проговорился об этом никому.

— А эти? — кивнул в сторону сестер Андреа.

— Эти будут молчать, как рыбы. Не зря мы познакомились с ними в бассейне.

Девушки, вытаращив глаза, смотрели то на сеньора Маньоли, то на сеньора Давила, они явно не понимали, о чем говорят мужчины и действительно были похожи на двух рыб, выброшенных на берег. К тому же они абсолютно не понимали, что может находить такой привлекательный мужчина, как сеньор Давила, в этой уже не очень молодой танцовщице.

— И что он в ней нашел? — пробормотала Джинжера.

Сальвадор наклонился к ее уху и произнес:

— Тебе, детка, никогда не понять, что может возбудить мужчину.

— Почему мне это не понять? Если бы я поднялась на сцену, то возбудила бы половину зала.

— Я был бы в другой половине.

— Ну, тогда я бы попросила Марию, и в зале совсем не осталось бы равнодушных.

— Вполне возможно. Я об этом подумаю как продюсер, готовя новую программу, только смотрите, не подхватите бронхит.

Андреа опасливо огляделся и тут же встретился взглядом с одним из продюсеров, которого как-то мельком видел в доме сеньора Ланкони. Он не знал, насколько тот близок с отцом Лауры, но посчитал за лучшее исчезнуть из зала.

Сальвадор даже не заметил, когда Андреа выскочил за дверь.

— А где наш приятель? — изумилась Мария, увидев перед собой пустой стул.

Сеньор Маньоли пожал плечами, но на его лице была такая улыбка, по которой нетрудно было догадаться, что он прекрасно себе представляет маршрут следования своего приятеля.

— Он там, за кулисами, — прошептал сам себе Сальвадор, — бедная Лаура!

Догадка сеньора Маньоли не была лишена оснований. Только Сальвадор не учел одного — что Андреа более изобретателен в любовных делах, чем он сам. Да, он отправился за кулисы, но не остался стоять там, дожидаясь Эдеры, а проскользнул по длинному коридору к двери артистической уборной, на которой висела сменная табличка: Эдера.

Дверь, на счастье, оказалась незапертой, и Андреа проскользнул внутрь. Он притаился за ширмой, немного сдвинул в сторону занавеску и присел на край ящика, в котором обычно артисты перевозят свои наряды.

Ждать пришлось недолго. Вскоре со стороны зала послышались аплодисменты, и сеньор Давила даже не успел устать от ожидания, как дверь отворилась и в нее вошла Эдера. Она устало опустилась на кресло перед зеркалом, в раме которого горело восемь ярких лампочек.

Шелковая ширма покачнулась и упала. Эдера вскрикнула, увидев в зеркале отражение своего бывшего мужа. Андреа вальяжно сидел на ящике, будто под ним был не деревянный ящик для актерского реквизита, а роскошное кожаное кресло.

— Ну, как твоя жизнь? — негромко осведомился Андреа.

— Неплохо, — понемногу придя в себя, ответила Эдера, — как видишь, я уже делаю успехи и выступаю в основной программе.

— Да, я видел, как ты танцуешь.

— И как тебе понравились мои танцы? — Эдера откинула прядь белокурых волос.

— Танец как танец. Знаешь, если бы его танцевала другая женщина, то я наверняка покинул бы зал.

— Значит, тебе понравилось?

— Нет, мне нравится смотреть на тебя.

— А сейчас? — Эдера подмигнула отражению Андреа.

В ответ мужчина улыбнулся. И тут же добавил:

— Только не надо строить иллюзий, я воспитываю свою волю, хочу проверить.

— И что же ты хочешь проверить?

— Я хочу знать, смогу ли я находиться рядом с тобой и не испытывать никаких чувств.

— О чем ты говоришь, какие чувства? Все давно в прошлом, — немного надменно, но в то же время хитровато улыбнулась Эдера.

Она уже привыкла к тому, что ей часто приходится кокетничать и с этой ролью она справлялась просто блестяще.

Андреа был немного раздосадован тем, как легко Эдера обращается с ним.

— Наверное, у тебя появился новый друг? — холодновато осведомился Андреа.

— Наш брак официально расторгнут не так давно, и нового друга у меня нет.

— А вот я через пару дней собираюсь жениться.

— И снова на Лауре, снова на этой глупышке, напыщенной и бездарной? Но мне кажется, Андреа, что ты женишься не на ней, а на состоянии ее отца.

— Нет, — Андреа вскинул руку, — не говори так. Ты же знаешь, деньги меня не интересуют.

— Знаю, — горько произнесла Эдера, вкладывая абсолютно противоположный смысл в свои слова.

И Андреа эта фраза покоробила как никакая другая.

— Ладно, давай не будем вспоминать прошлое.

— Так о чем же мы тогда будем говорить, о будущем? Но у нас будущего нет.

Некоторое время мужчина и женщина молчали. Эдера взяла массажную щетку и стала расчесывать свои белокурые волосы.

— А ты все так же хороша, — облизывая пересохшие губы, произнес Андреа..

— Стараюсь, профессия обязывает.

— И я думаю, небезуспешно. Так есть у тебя друг или нет?

— Почему это тебя интересует, Андреа? Ты же сказал, что собираешься жениться, а этот, твой вопрос подразумевает совершенно иной смысл.

Эдера поднялась с вертящегося табурета и специально задела рукой коробку с бижутерией. Бусинки, ожерелья, колье рассыпались по ковру. Она склонилась и принялась собирать рассыпавшиеся фальшивые украшения. Андреа смотрел на изгиб ее спины и ощущал, как по его телу пробегают волны возбуждения. Но он собрал кулак всю свою волю и подавил мгновенно вспыхнувшее желание.

— Помоги мне, — молящим голосом попросила жен-щина.

Андреа опустился на колени, и они почти лицом к лицу принялись поднимать с пола сверкающие шарики. Под ними был мягкий ковер, и Андреа вспомнились безумства Эдеры. А вот о том, что произошло после, вспоминать ему не хотелось.

— Так ты говоришь, собираешься жениться? — с нескрываемой издевкой спросила Эдера и улыбнулась, заглядывая снизу вверх в глаза своего бывшего мужа.

— Да, собираюсь, — тверже, чем хотел, сказал Андреа.

— Но ведь в прошлый раз ты тоже собирался жениться и самое интересное, все на той же Лауре.

— Ничего интересного в этом нет, просто так складывается жизнь. А знаешь, Эдера, стоит мне увидеть тебя, как сразу же появляются странные желания, и я уже не могу управлять собой.

— Я бы не назвала эти желания странными, они вполне естественны и ты, как всякий мужчина, подвластен им.

— По-моему, этим желаниям подвластен не только я. Ведь я знаю кое-кого, кто даже предложил за то, чтобы провести с тобой одну ночь, миллион.

Эдера несильно ударила бывшего мужа по щеке. Но этот жест был скорее приглашающим к любви, нежели попыткой оскорбить или дать отпор.

— Наверное, я сейчас уйду...

— Странное дело, ты только говоришь об этом, но не уходишь. Наверное, тебя что-то удерживает, — улыбнулась Эдера и лениво потянулась, устраиваясь удобнее на ковре.

— Нет, я уйду, — повторил Андреа, поднимаясь с колен.

— Ну что ж, уходи, дверь не заперта. А если бы она и была заперта, то ты легко бы нашел дорогу и выбрался через окно.

— Ладно, хватит об этом, — приходя в ярость, воскликнул Андреа, — я ухожу!

— Так ты уходишь или будешь говорить о том, что уходишь?

— Да, я ухожу,— стоя на месте, как вкопанный, твердил Андреа.

Эдера привстала и несильно толкнула его.

— Иди, я не собираюсь тебя удерживать, — но на ее губах была такая улыбка, что не понять ее было просто невозможно.