— Вот тут ты, Эдера, ошибаешься.

— А зачем же ему тогда проект?

— Я мог бы даже не воплощать его на бумаге, достаточно было бы одних идей.

— Ничего не понимаю... — пробормотала женщина.

— И не поймешь.

— Почему?

— Потому, что заказчик — я.

— Ты сам себе заказал проект? — рассмеялась Эдера.

— А что в этом странного? Ведь я самый требовательный и в то же время самый снисходительный заказчик.

— Погоди-погоди... кажется, я понимаю, — Эдера подошла к кульману и принялась изучать план.

— Тебя что-то смущает? — спросил Андреа.

— Я не могу отыскать спальню, — немного тише, чем следовало, сказала женщина.

— Вот она, — сеньор Давила взял руку Эдеры и провел ее ярко накрашенным ногтем по чертежу. — Одна стена целиком выполнена из стекла.

— И конечно же, она выходит на море?

— Да, Эдера, никаких занавесок, только жалюзи. Стерильность и четкость геометрических фигур, линий... В нашем доме не будет ничего лишнего — только необходимое. Мы не станем превращать его в склад ненужных вещей. В нем мы — ты, я и наш сын — станем центром мироздания.

— Мечты, мечты, — вздохнула Эдера, — ты не настолько богат, чтобы позволить себе строительство.

— Мы не настолько богаты, — поправил ее Андреа.

— Если ты еще можешь позволить себе помечтать, то я нет,— Эдера обняла своего мужа за шею и потерлась о его щеку носом.

— Ты даже не можешь себе представить, как мне надоело торговать бездарно построенными зданиями и при этом нахваливать их достоинства, — признался сеньор Давила.

— Что поделаешь...

Андреа ощущал на своем ухе жаркое дыхание Эдеры, но он видел на своем чертеже недоведенную линию, без которой проект казался ему лишенным смысла. Он специально начал чертить дом с двух сторон, чтобы потом соединить его галереей в одно целое.

— Подожди, я проведу линию, — освободился от объятий жены Андреа.

Он взял ручку и, не прикладывая линейки, провел идеально ровную линию.

— Ого! — восхитилась Эдера.— А я-то думала, ты уже разучился.

— Если я что-то делаю, то делаю основательно, — усмехнулся Андреа и отошел, чтобы полюбоваться своей работой.

— Дом и в самом деле прекрасен! Мне бы хотелось жить в нем.

— Когда-нибудь мы обязательно построим себе такой дом.

— Когда состаримся, — напомнила мужу Эдера.

— Да, и тогда мне придется пририсовать пару лифтов, чтобы моя старенькая женушка могла подняться в спальню.

Рука Андреа скользнула на плечо Эдеры и задержалась на нем. Женщина почувствовала, как в ней возникает желание. Но самое странное, такого с ней никогда не происходило, она поняла, что ей хочется быть с мужем именно здесь.

Андреа уже было поднялся, чтобы идти в спальню, но Эдера остановила его. Но не нашла сразу в себе сил сказать о том, чего ей хочется на самом деле.

Вместо этого она произнесла:

— Порисуй еще, я так люблю смотреть на тебя.

— Правда?! — изумился Андреа, ему никак не могло прийти в голову, что Эдера хоть что-то понимает в его чертежах.

Она склонила голову на бок и прошептала:

— Это будет самый лучший дом, какой только существовал на земле.

— Но это только мечта, — усмехнулся Андреа.

— Да, я понимаю, — вздохнула женщина, — для него нужна будет уйма денег.

— А может... — в глазах мужчины блеснула сумасшедшинка.

— Что? — не удержалась Эдера. — У нас осталось не так уж много денег, во всяком случае, подобного сумасбродства мы себе позволить не можем.

— Я не говорил, что нужно сделать все сразу, — отвечал Андреа, — можно вначале купить землю, а затем, через несколько лет, начать строительство. Нам же есть, где жить. А потом, когда Лало подрастет, мы сможем переехать.

Андреа в раздумье провел еще несколько линий, но затем отложил ручку и посмотрел на жену. Он словно впервые ее увидел за последние дни. Никогда она еще не была ему так желанна. И ее лицо прямо светилось страстью.

Он приблизил свое лицо к лицу Эдеры. Та напряженно молчала.

— Неужели, ты не хочешь сказать мне... — начал Андреа и замолчал.

— Я не понимаю, чего ты от меня хочешь, — пожала плечами женщина.

Андреа прикрыл глаза и произнес почти безразлично:

— Ты самая красивая из всех женщин...

— Которых я знал, — не без раздражения добавила Эдера.

— Вот так, женщины все испортят, — вздохнул мужчина, — я хотел услышать от тебя всего лишь одну фразу...

— Какую?

— Ты не догадываешься?

— Да, я давно не говорила ее тебе.

— Тогда скажи.

— А может, ты первый?

— Я люблю тебя, — прошептал Андреа.

Но в голосе женщины звучала издевка, когда она повторила вслед за мужем:

— Я люблю тебя. Ведь ты это хотел от меня услышать?

Мужчина привлек к себе женщину, и они поцеловались долгим томным поцелуем.

Наконец, оторвавшись от губ жены, Андреа произнес:

— Теперь неплохо было бы выпить.

И не успела Эдера что-нибудь возразить, как Андреа уже вытащил из-за своего письменного стола начатую бутылку сухого вина и разлил в бокалы.

Эдера молча смотрела на Андреа, а тот молча смотрел на нее.

— Почему ты не пьешь? — поинтересовалась женщина.

— Я жду, когда выпьешь ты.

— А почему не пьешь первым?

— Я теперь всю жизнь буду слушать только тебя Эдера, буду делать так, как ты этого хочешь.

— Тогда я хочу, чтобы ты выпил первым.

Андреа не двинулся с места.

— Ну вот, ты вновь меня обманываешь, все у тебя сводится к словам, и ты никогда в жизни не станешь слушать меня, если я даже буду говорить правильные вещи.

Андреа, который в этот момент как раз глотнул вина, закашлялся.

— Я сказала что-нибудь не так?

— Да нет, все в полном порядке. Но как-то неожиданно.

Андреа протянул руку и обнял Эдеру.

— Ты не хочешь немного поразвлечься?

Женщина кивнула и смущенно полуприкрыла глаза.

— Тогда пойдем.

— Не надо, — прошептала Эдера, — я хочу здесь.

Эдера сидела, а Андреа не сразу мог понять, чем вызвано замешательство его жены.

— Ты хочешь здесь быть со мной?

— Да.

И тут Эдера заговорила, спеша, словно боялась, что муж ее перебьет.

— Сама не знаю, что со мной случилось, но понимаю, я не получу того удовольствия в спальне, какое смогу получить здесь.

— Да тут и прилечь негде, — всплеснул руками Андреа.

— Давай на ковре.

Эдера медленно опустилась на колени и обняла ноги своего мужа. Он чувствовал, как ее разгоряченные пальцы скользят по его ногам, чувствовал, как Эдера, торопясь, вытаскивает рубашку из его брюк и припадает губами к его телу.

— Я люблю тебя... — шептала Эдера. — С этого дня я всегда буду повторять, что люблю тебя.

— И ты думаешь, я поверю? — немного смущаясь, отвечал Андреа.

 — А тебе ничего не останется делать. Я буду говорить это таким проникновенным голосом...

Эдера, разгорячась, все больше и больше теряла стыд. Ее уже не смущал ни ярко горящий свет, ни приоткрытая в коридор дверь.

— Я тоже люблю... люблю... — отвечал мужчина, лаская женщину со всей нежностью, на какую был способен.

Эдера и Андреа уже не владели собой. Они освобождались от одежды, разбрасывая ее по всей комнате.

Наконец, когда Эдера легла на мягкий ковер, Андреа на мгновение замер. Он рассматривал женщину так, как будто видел ее впервые.

Сквозь приоткрытое окно кабинета влетал сухой ветер.

— Ну иди же, иди, — просила Эдера и тянула к Андреа руки.

— Нет, лучше ты иди ко мне, — улыбнулся мужчина.

— Ну как же? — изумилась Эдера. — Я же жду тебя!

— Тогда давай вместе пойдем навстречу друг другу...

Эдера поднялась, Андреа подхватил ее и тут же они оба, как подкошенные, рухнули на ковер, продолжая целоваться.

И странное дело: муж и жена чувствовали сейчас близость совсем по-другому, словно они вновь стали любовниками. Куда-то уходили обыденность и привычки.

И Эдера, прикрыв глаза, подумала, что с ней не ее муж, а кто-то другой, о ком она не раз уже мечтала, всегда останавливая мечты на полдороге.