— То, что они смогли дойти до самой столицы никем не замеченные, — очень опасно, — подметил глава тайной службы. Его лицо оставалось бесстрастным, но в голосе звучала неподдельная тревога.

— Но ведь генерал Тадж говорил, что они просматривают всю границу… Как же они смогли проскользнуть? — неуверенно произнесла Нина, и её взгляд метнулся к Дэнизу в поисках поддержки.

Тавер на её замечание насмешливо фыркнул, откинувшись на спинку кресла. Этот звук прозвучал почти оскорбительно, и Нина бросила на него злой взгляд — её щёки слегка порозовели от негодования.

— В этом все варгалы, — пояснил Тавер, глядя на красавицу с лёгкой усмешкой. — Они пройдут у вас под носом, а вы заметите это только тогда, когда кинжал будет у вашего горла.

Анна помимо воли вспомнила изуродованное тело несчастного гонца — голову, лежащую рядом с телом, бурые пятна на земле, застывшую кровь на шерсти лошади. Тошнота подступила к горлу, и она едва заметно поморщилась. Жестом показав, что ей нехорошо, она почувствовала, как Ферухе тут же подала ей стакан воды. Кивком головы поблагодарив подругу, Анна стала пить прохладную жидкость маленькими глотками, стараясь унять внутреннюю дрожь.

— Не понимаю, почему генерал медлит? — задал вопрос министр тайных дел, его голос прозвучал резко, почти вызывающе. — Давно нужно было поставить их на место.

Дэниз и Нина недовольно переглянулись. Им не нравилось, что он поставил под сомнение действия генерала — человека, которого они уважали и чьему опыту доверяли.

Айшир Анаташ и айшир Коэф, самые старшие из присутствующих, хранили молчание. Они давно научились сдерживать эмоции, не спешить с выводами и рассматривать всю картину целиком. Их глаза, мудрые и проницательные, внимательно следили за ходом обсуждения.

— Генерал Тадж — умный человек, — неожиданно заступился за генерала советник Коэф. Его голос прозвучал мягко, но твёрдо. — Он понимает, что при столкновении погибнет очень много людей с нашей стороны. Да, у нас большая армия. Вся Варгала размером едва ли превосходит наши провинции. Но, как ни прискорбно это признавать, в военном ремесле они искуснее. Поэтому генерал всеми силами пытается решить эту проблему с наименьшими потерями.

Министр тайных дел недовольно нахмурился. Он понял, какой намёк был заложен в словах старого человека — тот мягко, но уверенно указал на поспешность суждений. Мужчина стиснул челюсти, всем своим видом давая понять, что больше не проронит ни слова. Во что мало кто поверил — его репутация человека несдержанного была хорошо известна.

— Что было в свитке? — поинтересовался айшир Анаташ, нарушая короткое молчание.

Повелительница через секретаря передала ему пергамент. Пока айшир читал, все присутствующие замерли в ожидании, неотрывно следя за каждым его движением: кто‑то нервно постукивал пальцами по подлокотнику, кто‑то затаил дыхание. Анна была единственной, кто знал содержание этого «послания» — и от этого её сердце билось чуть чаще.

Дочитав, айшир Анаташ издал звук, похожий на сдавленный кашель, и передал бумагу дальше. Его лицо на мгновение исказилось — то ли от отвращения, то ли от тревоги, — но он быстро взял себя в руки, вернув привычное выражение холодной рассудительности.

В кабинете повисла тяжёлая тишина. Каждый понимал: послание варгалов — это не просто угроза. Это вызов. И ответ на него должен быть взвешенным, продуманным… и беспощадным.

— Вы же не собираетесь соглашаться? — спокойно спросил Анаташ у Повелительницы, его голос прозвучал ровно, почти бесстрастно, но в глубине глаз таился немой вопрос.

Анна ничего не ответила. Она сидела, выпрямив спину, сцепив пальцы в замок на столешнице. Лицо её оставалось невозмутимым, но в виске едва заметно пульсировала жилка — единственный признак того, что внутри неё бушует буря.

Айшир Коэф отреагировал куда живее. Его лицо побагровело, брови сошлись на переносице, а пальцы непроизвольно сжались в кулаки. Содержимое свитка явно вызвало у него бурю негодования. Он молча передал бумагу Нине — та успела опередить нетерпеливого главу тайной службы, протянувшего руку к посланию.

— Если отбросить все оскорбления и… кхм… угрозы, — медленно произнёс айшир Анаташ, озвучивая для всех суть послания, — то тагир Асс Агур «приглашает» Повелительницу на встречу.

— Мерзавец! — вдруг прорычала Нина, и в её голосе прозвучала такая ярость, что все невольно обернулись к ней.

Она тут же взяла себя в руки, глубоко вдохнула и передала письмо главе тайной службы. Тот схватил пергамент, пробежал глазами первые строки — и лицо его мгновенно покраснело. Это вызвало ещё большее любопытство у тех, кто ещё не читал свитка: кто‑то подался вперёд, кто‑то затаил дыхание.

— Где он хочет встретиться? — спросил Дэниз, и в его голосе прозвучала настороженность.

— Тагир весьма «настойчиво» желает принять Повелительницу в своём поселении, — фыркнула Нина, не скрывая презрения. — Он даже в красках описал, что именно желает… «обсудить». Её голос дрогнул от отвращения на последнем слове.

— Это невозможно, — сразу же отрезал министр тайных дел, отбрасывая письмо в сторону, будто ядовитую змею. — Как можно вообще рассматривать такой вариант?

— О чём с ним можно говорить вообще? — снова высказалась Нина, её глаза сверкнули.

— Я согласен с госпожой Ниной, — кивнул Дэниз. — Тагир Асс Агур знает только один язык — язык силы.

Министр тайных дел скривился. Не всем нравилось, что Анна приблизила Нину к себе. Многие помнили, чем раньше занималась эта девушка, и не могли скрыть раздражения. К тому же её нынешняя работа и деятельность самой тайной службы были слишком схожи — они часто пересекались, вели неофициальное соревнование, и это порождало скрытую вражду.

— Давайте рассматривать вариант решения проблемы вооружённым путём, — спокойно предложил айшир Анаташ, поглаживая свою длинную седую бороду. Его голос звучал рассудительно, взвешенно. — Что мы можем потерять, а что, напротив, приобрести?

— Наша армия больше, — тут же отозвался Дэниз. — У нас есть шансы на победу, но жертв будет много. Очень много.

— Можно подключить Тикул или Каурию, — внёс свою лепту министр тайных дел. — Они тоже граничат с Варгалой и наверняка страдают не меньше нашего.

— Вовсе нет, — тут же возразила Нина, и её голос прозвучал твёрдо, уверенно. Это вызвало едва заметный скрип зубов у главы тайной службы — он сжал челюсти, стараясь сдержать раздражение. — По последним сведениям, Тикул ведёт активный товарообмен с Варгалой: мясо в обмен на рыбу. А Каурия продаёт туда свой лес, взамен получая шкуры.

— А вам‑то откуда знать? — насупился министр тайных дел, его глаза сузились.

— Ну кто‑то же должен работать, — небрежно повела плечом Нина, и в её взгляде мелькнула насмешка.

— Да как вы… — начал было министр тайных дел, поднимаясь на ноги, но Анна жестом остановила его.

Некоторое время Повелительница отстранённо наблюдала за спором этих двоих. Её взгляд скользил по лицам присутствующих, отмечая эмоции: раздражение, гнев, сомнение, расчётливость. Но вскоре, по настоянию айшира Коэфа, тема снова вернулась к Варгале, и в спор были втянуты уже все.

Мнения расходились. Ближайший совет Повелительницы не мог найти общего решения, чтобы урегулировать эту опасную ситуацию. В воздухе повисло напряжение — каждый понимал: от следующего шага зависит судьба всего королевства.

— Довольно! — Повелительница хлопнула ладонью по столу с такой силой, что серебряный чернильный прибор вздрогнул, а пламя свечей на мгновение заколебалось. В кабинете тут же наступила мёртвая тишина — даже дыхание присутствующих словно замерло. — Ваши споры не помогут решить проблему.

— Светлейшая, — медленно произнёс айшир Анаташ, склонив седую голову в почтительном поклоне. Его голос звучал мягко, но твёрдо. — И все мы советуем довериться генералу Таджу. Всё это время он не сидел на месте — собирал сведения, выстраивал стратегию. Всё, что нам сейчас необходимо, — это время.

К удивлению собравшихся, никто не решился возразить. Даже министр тайных дел, обычно горячий на язык, лишь стиснул челюсти и промолчал.