— Потерпи, скоро сядем, — ответил Никс.

В глазах рябило от мелькания сетки на мониторе, уши закладывало от виражей. Сложно представить, как чувствовала себя Джейд.

Во всем этом радовало одно — раз уж они не рухнули сразу и не разбились в первые минуты, шансы выжить были неплохие.

— Справа и впереди плато. Глянь, — подсказал Риктер.

— Угу, будем заходить на посадку, — согласился Сайлас.

— Постарайся не прорвать брюхо, ладно?

— Нежный ты, капец просто. Коп-зануда. Я б сейчас — хоба, с разворотом по спирали, поднимая пыль и юбки зрительниц. Но ради тебя — так и быть. Не видно ни черта, что там за грунт. Прямую видимость на монитор, локаторы на малый правый, высоту крупно на левый. Продуть маневровые!

Под катером проносилась красная земля в мелких трещинах.

— Пятьдесят футов. Станция или город в ста милях, вон там. Дотянем?

— Нет. Мощности почти нет, маневровые подыхают. Попробую дать на основные, повернуть и на остаточной тяге сесть вертикально. Даже обшивку не помнем. Выбирай место.

— Лишь бы не в трещину. — Кончик хвоста котокопа мелко подрагивал, уши стояли торчком.

— Дай мне минуту.

Сайлас что-то переключил, двигатели надсадно загудели, заскрежетало под полом. Земля внизу замедлилась и через минуту почти остановилась. До поверхности оставалось двадцать футов.

— Обидно будет рухнуть после таких маневров, да, брат? — Сайлас облизал губы. Риктер не ответил. — Потихоньку, давай, снижаем тягу. Не пойму. Сопла забились? Десять футов. Уже можно аплодировать, мы точно выживем. Если не провалимся под грунт. Знал я одну планетку, там земля как корочка на хлебе. Хрустит и ломается.

— Корочка на хлебе, м-м-м, — не сговариваясь повторили коты. Где хлеб, кам и ветчина, колбаска и, если повезет, рыбка.

Только теперь Никс заметил, по обшивке больше ничего не грохочет. В кабине царила кромешная тишина. Включился основной свет.

Катер чуть тряхнуло. Они сели.

Сайлас разжал руки и откинулся на спинку, глубоко дыша.

— Признавайся, координаты неправильно задал, да? — спросил он Риктера.

— Где мы? — хрипло спросил Никс. Голос не слушался. — Как мы тут очутились?

Джейд встрепенулась, завозилась, отлепилась от Никса, отползла в сторону и села, прижавшись лбом к прохладной стене.

— Це Нег, система Малого Пса, — ответил Риктер. — Технология Сайласа подвела, забросила нас не туда, куда целились.

— Сайлас за ней не ухаживает, — со знанием дела сказал Никс. — Вот она от усталости и выдала, что смогла.

— Чего ты там мяукаешь, пушистый? — Сайлас перегнулся через подлокотник.

— У Маркуса технология бегала, а твоя с трудом лапами шевелит.

Сайлас удивленно уставился на него.

— Твой Маркус лучший во всем, да?

— Да, но я о другом. За этой штукой нужно ухаживать. Подкармливать, давать отдохнуть. А ты ее прыжок за прыжком заставляешь работать, вот и получился недолет.

— Перелет. Могла бы и в толщу планеты забросить, получается? — удивился Риктер. — Слушайте, ну вас с вашими внеземными штуками. Ты вылезать собираешься? — он пихнул Сайласа в спину, но тот не сдвинулся.

— И кто здесь живет? — тихо спросила серовато-зеленоватая Джейд.

— Колонисты. Ящеры, — пояснил Риктер. — Искусственно выведенные гибриды для работы в условиях высокой температуры, низкой влажности, пыли, радиации…

— Ой, давайте поскорее уберемся отсюда, — Джейд задрожала и, обняв, прижала к себе тощий хвост. — От радиации шерсть выпадает.

— Просто подождем помощь, — Сайлас расслабленно улыбнулся в потолок.

— Вряд ли дождемся. Мы же вырубили маяки, чтоб не отследили. Ящеры наверняка сочли нас метеоритом. Нужно проверить, что с двигателями. Получится — улетим. А нет — придется идти до станции. Всего сорок миль. Локаторы работают, буря утихает. — Риктер наконец вытолкал Сайласа из пилотского кресла и щелкнул кнопками, проверяя данные о погоде за бортом. Жарко, сухо, ветрено.

— Я пас, — сказал Сайлас. — Предпочитаю тропики.

— И правильно, людей они недолюбливают, — усмехнулся котокоп. — Я пойду, как самый сильный.

— И я. — Никс поднялся.

— Принесите мне воды! — снова потребовала Джейд.

Никс подошел к консоли и взял в руку печально неподвижную техно-букашку. Панель раскалилась, и коробочка жгла руку. Пришлось держать ее двумя пальцами за бока. Лапки не шевелились. Никс осторожно опустил техно-букашку на стол в камбузе. Налил в блюдце воды, развел несколько крупинок сахара. Поставил рядом. Потрогал пальцем блестящую спинку.

— Сдохла? — участливо спросил Риктер.

Спинка техно-букашки понемногу остывала. Никс поднял ее и осторожно опустил медными лапками в воду. Через несколько секунд лапки дернулись. Раз, другой. Технология уцепилась за края блюдца, растопырилась и опустилась брюшком в воду.

— Косточка, — сказал Никс и погладил ее по спинке пальцем. — Живучая, умница.

Что-то, тянувшее в груди скрученным узлом, вдруг отпустило, и дышать стало проще. Страшное было позади. Они справились. Даже Джейд продержалась лучше ожидаемого. Риктер был молодец, невозмутимо спокойный капитан. Как скала. Сайлас — рисковый и очень крутой пилот. Иногда казалось, что морочить головы — его главный талант, а вон как вышло. Техно-букашка всасывала воду и Никс был этому рад.

— Правда пьет. Херовый ты, Сайлас, хозяин, — сказал Риктер.

— Вот еще. Сложно вырастить только первого питомца, остальные сами друг друга воспитают. С Никсом сработало.

— Идем, проверим двигатели. — Риктер поднялся, по-хозяйски приобнял Никса за плечо и развернул к шлюзу. — И запомни: еще раз влезешь в технические дела без моего ведома — уши оторву.

— Не стоит проецировать на других те методы воспитания, которыми наградили тебя. — Никс быстро, почти ласково дернул Риктера за край рваного уха. Тот мотнул головой, прижал уши и беззлобно, скорее для порядка, зашипел. Никс довольно муркнул и толкнул его плечом — ответное кошачье «принято».

В тесной шлюзовой камере Риктер молча сунул Никсу маску-респиратор, проверил клапан и, не дожидаясь, спрыгнул вниз. Туман тут же сомкнулся за ним, проглотил силуэт.

Никс спрыгнул следом.

Здесь все было красным. Красная земля, красный воздух, красное небо, закрытое низкими тучами сотни оттенков кирпичного. Бледный свет

Туман стелился по пояс, ленивый, маслянистый, с запахом меди и железа.

Риктер уже уходил к хвосту катера, и его хвост быстро таял в этой красной мути. Никс припустил следом, но на полпути замер.

Он присел, зачерпнул горсть песка. Песок был тяжелым — не сыпался, а перетекал с ладони на ладонь липкой массой. «Радиация», — подумал Никс и, брезгливо отряхнув пальцы, задрал хвост трубой, повыше от зловредной земли.

Под ногами хрустело. Он опустил взгляд: черная, спекшаяся корка, зажаренная двигателями катера, была щедро усыпана мутными осколками. Они тускло поблескивали в багровом сумраке, похожие на осколки старых бутылок, которые ветер миллион лет обкатывал в соленой воде.

Никс поежился и догнал Риктера.

Основные двигатели катера не успели развернуться параллельно земле, замерли в полуположении и все покрылись наплывами стекла.

Риктер подпрыгнул и отломил кусок с самого краю, там, где острые обломки отходили от сопла. Раздраженно дернул хвостом — не нравилось ему то, что он видел.

— Песок расплавился. С маневровыми дело лучше, они менее мощные, но здесь беда. Никуда не улетим, пока не отобьем.

— А как взлетать в песке, чтобы снова не наплавило?

— Вот именно. У местных должен быть лифт.

— Не долетим?

— Нет, не хочу рисковать.

Никс кивнул. Он отлично слышал Риктера в динамике. А еще завывание песка, который гонял ветер. Песчинки почти сразу набились в хвост и больно хлестали по шее. Никс порадовался, что уши закрыты маской. Им бы не поздоровилось, а они Никсу очень нравились.

— Возвращаемся на катер. Попробую связаться со станцией. Но если не выйдет, двинем пешком. — Риктер отломал еще кусок стекла с двигателя и прихватил с собой. Никс поймал конец его хвоста, просто чтобы не отстать, но Риктер развернулся и зашипел. Никс поднял раскрытые ладони к лицу. «Остынь, парень, чего ты так напрягся?! Прикидываешь цены нового полицейского катера на черном рынке?»