— Покажешь — получишь.

Она исчезла в щели.

Через несколько мгновений появилась снова с медной застёжкой в зубах, положила её на камень и прижала лапами.

Я наклонилась ближе.

— Она хочет обмен?

— Теперь — два куска.

— Вы же договорились.

— Она говорит, что туда пришлось далеко лезть.

Я рассмеялась.

Эннар забрал застёжку, пока зверёк отвлёкся на меня, и выдал кусочек ореха. Белка возмущённо трелькнула, но еду взяла.

— Ты действительно понимаешь всё это?

— Не каждое движение означает слово. Но то, чего она хочет, я понимаю. Иногда — что видела, чего испугалась. Только объясняет она по-своему.

— А ты отвечаешь?

— Да. Иначе спор был бы нечестным.

Белка перестала грызть, подняла голову и прижала добычу к груди.

Эннар тоже повернулся к двери.

— Сейчас выйдет человек с ведром.

Я прислушалась.

Ничего.

Через несколько мгновений дверь открылась. Служащий вынес грязную воду, прошёл к сливу и раздражённо посмотрел на зверька.

Белка перебралась Эннару на плечо.

— Он вчера закрыл окно кладовой, — объяснил тот.

— Разумно.

— Не говори такого. Ты пока ей нравишься.

Я протянула палец. Маленький нос коснулся кожи.

— Это расходует силу?

Эннар покачал головой.

— Нет. Это не магия. Обычная способность, у эльфов и аниморфов часто встречается. Я понимаю животных так же, как ты понимаешь людей. Хотя с некоторыми людьми договориться труднее.

Белка снова пискнула.

Он посмотрел на неё.

— Нет, второй кусок не дам.

Я осталась на скамье до сигнала.

Когда возвращалась в комнату, имя из справочника уже не стояло перед глазами с прежней отчётливостью.

На следующий день занятие закончилось позже обычного.

Эссара задержала тех, кто не сумел объяснить собственные ответы. Мэрра и Велара остались у её стола. Корвен дождался, пока преподаватель закончит говорить, и поднял руку:

— Следующее занятие перенесли в восточное крыло. Нам передать, что часть группы задержится?

— Передайте.

Он кивнул и пошёл к выходу.

— Ты уже и расписание караулишь? — спросил Сайлас.

— Кто-то должен был прочитать объявление.

— Я прочитал.

— Тогда почему собирался идти в старую аудиторию?

Сайлас не ответил.

Дариан придержал дверь.

По дороге мы догнали Эннара и Эрвина. Вместе с нами шёл Торен. Он нёс под мышкой тот самый справочник, а поверх него — несколько листов, исписанных мелким неровным почерком.

У развилки Корвен ушёл вперёд предупредить преподавателя. Несколько сокурсников свернули к лестнице за оставленными вещами.

Мы выбрали короткий переход.

Я проходила здесь не один раз.

У входа стояли две тёмные пластины, вмурованные в камень. Когда приближался человек, по краю пробегал слабый свет. Если допуск подтверждался, можно было идти дальше.

Однажды передо мной остановили адепта старшего набора. Между опорами появилось прозрачное поле, и ему пришлось вернуться за разрешением. Он долго ругался, но артефакт не делал ничего, кроме своей работы.

Такие переходы позволяли изолировать часть корпуса, если в академию проникал чужак. Об этом нам рассказывали в начале обучения вместе с правилами доступа.

Поначалу взгляд часто цеплялся за эти артефакты, спустя столько месяцев проходили мимо не замечая.

Близнецы шли первыми, обсуждая завтрашнее оружейное занятие.

Дариан пересёк дальнюю линию. Свет мигнул.

Сайлас прошёл следом.

Я уже собиралась спросить Эрвина о книге, когда впереди с грохотом опустилась решётка.

Дариан обернулся.

Сайлас успел отступить, и тяжёлые прутья ударили в камень перед его сапогами.

Мы остановились.

— Не идите дальше, — сказал Эрвин.

За спиной лязгнул металл.

Вторая решётка перекрыла вход.

Эннар развернулся к ней, взялся за прутья.

— Здесь тоже перекрыло.

У меня похолодели пальцы.

Сайлас просунул руку между прутьями снаружи.

— Ничего не трогайте. Мы позовём…

Над решёткой вспыхнуло красное сияние.

Он отдёрнул руку.

Тонкий свет прошёл по полу, поднялся по стенам, соединяя вмурованные пластины. Воздух загудел.

— От решётки! — крикнул Дариан.

Первая вспышка ударила в то место, где стоял Эрвин.

Он толкнул меня в сторону.

Я врезалась плечом в стену. Камень за спиной раскололся, брызнув острой крошкой.

Торен выронил книгу и поднял руки.

Перед нами раскрылся щит.

Вторая вспышка ударила в него и расползлась по поверхности белыми жилками.

— Это не блокировка, — выдохнул он.

Над входом раздвинулась узкая крышка.

Я увидела внутри поворотную металлическую оправу.

Она медленно повернулась к нам.

— Вниз!

Эннар схватил меня за куртку.

Мы упали за выступ у основания колонны. Над головой прошёл режущий свет, оставив в стене длинную борозду.

Торен отступал к нам, удерживая щит. С каждым ударом его руки вздрагивали.

— Оно нас отслеживает!

Эрвин бросил сумку в сторону.

Оправа даже не повернулась.

Следующий удар пришёлся в щит напротив груди Торена.

Его отбросило на шаг.

За решёткой кричали близнецы. Сайлас бил по наружной пластине, Дариан уже исчез из поля зрения.

Я потянулась к силе.

Браслеты ответили резкой болью.

Ничего.

Ни привычного отклика, ни возможности хотя бы поддержать чужую защиту.

Торен стоял передо мной, открыто используя дар, и никого не волновал запрет.

Я не могла сделать даже этого.

У дальней стены вспыхнула вторая оправа.

— Сбоку! — крикнул Эрвин.

Эннар резко развернулся.

Каменная плита у наших ног поднялась ребром, ломаясь по шву. Удар пришёлся в неё. Обломки осыпали волосы, щёку обожгло.

Эннар прижал ладонь к полу.

Второй участок камня вздулся, образуя низкую преграду.

— Надолго не хватит, — сказал он сквозь зубы.

Торен подошёл ближе, закрывая оставшийся просвет щитом.

Нам пришлось сгрудиться между стеной и поднятыми плитами.

Впереди решётка. Позади решётка.

Наверху медленно поворачивалась оправа.

Я знала это чувство.

Дверь в отцовском кабинете не открывалась.

Я дёргала ручку, хотя уже понимала, что дело не в замке.

Дверь была заблокирована кем-то снаружи.

Мать стояла между мной и входом из галереи. Её рукав был разорван, волосы выбились из заколок.

— Отойди от двери.

Я не слушалась.

Отец лежал возле стола.

Ещё несколько мгновений назад он стоял. Я видела, как поднялась его рука, как вспыхнула защита, и была уверена, что теперь всё закончится.

Потом что-то ударило в свет.

Он повернулся ко мне — словно хотел сказать, куда бежать.

Не успел.

Я видела кровь на полу, но не могла соединить её с ним.

Отец не мог лежать так.

— Посмотри на меня, — сказала мать.

Я повернулась.

Она обхватила моё лицо ладонями.

— Сейчас ты пойдёшь за мной. Что бы ни произошло, не останавливайся.

— Папа…

Её пальцы дрогнули.

За спиной снова ударили в защиту.

Камень раскололся у самого уха.

Я дёрнулась.

Эрвин держал меня за плечо.

— Ния. Смотри сюда.

Я видела его рот, но голос будто приходил издалека.

Торен ругнулся.

Щит перед нами потемнел в центре.

— Не выдержу ещё один такой.

Снаружи ударили по решётке. По прутьям пробежали искры.

— Назад от середины! — крикнул Сайлас.

Он был там.

По другую сторону.

Почему он там, а мы здесь?

Я подняла голову.

Оправа над входом повернулась.

Эннар толкнул меня вниз.

Его локоть ударил по ключице, и я упала на бок. Вспышка прошла через верхний край щита.

Торен закричал.