Ты врач. И тебе прекрасно известно, что задержка в несколько дней ещё ни о чем не говорит. Иногда так бывает из-за определенных перестроек в организме. В том числе, это может быть связано со стрессом.

А может быть и с беременностью…

Боже мой. Только этого ещё не хватало! Проблем-то недостаточно!

Я захлопываю крышку унитаза, сажусь и опускаю голову между колен.

Нет, нет и ещё раз нет.

Я не могла от него забеременеть. Не могла.

А если это правда?

Что я буду делать⁈

Аборт. Иного выхода я не вижу.

Связать навсегда свою жизнь с опасным преступником, родив от него ребёнка — такое себе решение.

Ребёнок.

Машинально кладу руку на низ живота.

Как такое вообще возможно? Это всё какой-то дурацкий фильм. Это не моя жизнь…

Всё пошло наперекосяк с того момента, как появился Абушаев. Всё должно было быть не так.

Стараясь успокоиться, я выхожу из ванной и иду обратно на террасу. Убираю тарелку, а вино выливаю в раковину. Делаю это машинально, ведь вовсе не собираюсь рожать, даже если действительно забеременела.

Однозначно. Меня не беспокоит здоровье того, кто может расти во мне…

«А вы… ты хочешь ребёнка?»

«Да…»

Может, это изначально был его план?

А что если он намеренно сделал мне ребёнка? Тогда он не перестанет меня искать…

Зажав рот ладонью, я пытаюсь мысленно выстроить план дальнейших действий. В голове каша и решить, что делать дальше, тем более составить упорядочную схему, крайне трудно.

Ну однозначно я должна сначала убедиться, беременна ли я точно или нет.

Потому что всё остальное не будет иметь значения, если тест покажет одну полоску.

Завтра я попрошу Влада свозить меня в аптеку. Только в аптеку, туда и обратно. Не хочу опять выслушивать недовольство Сергея.

Куплю несколько тестов, чтобы убедиться на всякий случай. Один может показать ошибочный результат. Важно, чтобы я точно знала…

Всё моё настроение, которое удалось поднять спасением жизни человека, сливается в глубокий бак с помоями.

Оставшийся вечер я брожу по дому сама не своя.

Наверное, лучше было бы прям сейчас съездить в аптеку и сделать тест. Но в целях безопасности лучше не выезжать с виллы так часто.

Как всё сложно…

Ещё нельзя пока, чтобы Сергей знал про тест и про беременность, если она подтвердится. Во всяком случае, до того, как он найдёт способ окончательно отвязать от меня Абушаева.

Представляю, в каком будут шоке Сергей и Ада. Астахов, наверное, меня просто придушит.

Сон не идёт, что неудивительно.

Я долго лежу в постели и смотрю в потолок, слушая звуки постепенно усиливающегося дождя. В итоге, не выдерживаю и выпиваю пару таблеток валерьянки, чтобы успокоиться.

Поспать всё же надо.

Не знаю, сколько точно проходит времени, прежде чем моя нервная система немного успокаивается, и мне, наконец, удаётся заснуть.

Я попадаю в дом, где уже была… Коридор с красным стенами.

Отовсюду звучит металлический скрежет.

Мне не нравится этот звук, он скрипит и режет по нервам.

Я шагаю осторожно вперёд. Чувствую знакомый запах духов…

Затем какое-то тепло и напряжение позади.

Рывок — меня прижимают спиной к твёрдой груди, и мы словно проваливаемся в глубокую яму. Падаем в пропасть под мои крики, пока я не врезаюсь во что-то ещё более твёрдое.

Медленно я распахиваю веки и тут же сталкиваюсь взглядом со звериными глазами Саида.

Он нашёл меня…

Я не смогла скрыться…

— Где я? — спрашиваю дрожащим голосом, вертя головой и осматривая тёмное мрачное помещение.

— Здесь останешься. Со мной, — раздаётся красивый голос Саида, который сейчас почему-то звучит так, словно мы находимся в пещере или в карьере.

А затем…

Передо мной закрывается клетка. Самая настоящая. Защелкивается замок.

— Вы не… можете держать меня здесь… Это похищение.

— Вообще-то, могу. Ты тоже кое-что похитила. Это моё, — он указывает пальцем на мой живот.

Машинально я прикладываю руки к ещё плоскому животу и с шумом сглатываю.

— Или ты думала, я не узнаю, Агния?

Узнает? Даже я ещё не знаю точно…

Моё горло сдавливает колючей проволокой, а стены вокруг начинают падать. Рассыпаться, будто я всё это время находилась в картонном домике.

Клетка становится больше, а по бокам от неё люди. Они кричат. Хлопают.

Я как зверёк в зоопарке.

Неожиданно за моей спиной раздаётся рык. Я уже слышала этот рык.

Медленно поворачиваю голову и вижу оскалившихся псов.

— Саид! — кричу и бросаюсь к мужчине по ту сторону клетки и…

…просыпаюсь от собственного безумного крика.

Вскакиваю на постели и пытаюсь отдышаться.

О Господи… Это был всего лишь сон…

Только сон…

Хаотично кручу головой. Я на вилле. В своей комнате. В безопасности. Всё хорошо.

Лоб покрылся испариной, да всё тело мокрое и липкое от пота, хотя в спальне не жарко, а за окном грохочет гром и шумит дождь.

В горле пересохло. Несколько раз зажмурив глаза, я медленно опускаю босые ноги на пол и бесшумно ступаю на кухню. Свет не включаю, так как большие окна и фонари на улице достаточно освещают помещение дома.

Из-за того, что я только что проснулась, мне не приходит в голову, почему на мой крик не прибежал никто из охраны. Голова не работает, и я просто иду к раковине, включаю воду и наливаю немного в стакан.

Делаю пару глотков, затем наклоняюсь и умываюсь.

Я схожу с ума. Просто схожу с ума.

Гром заставляет вздрогнуть.

Выключив воду я медленно выпрямляюсь и тут в отражении стеклянной дверцы шкафа над раковиной я вижу его.

Звериный взгляд за моей спиной.

Резко разворачиваюсь, мечтая, чтобы это оказалось просто галлюцинацией. Задеваю стакан рукой, и он разбивается осколками у моих ног.

К сожалению, это не галлюцинация.

— Врач всегда остаётся врачом, когда речь идёт о спасении чьей-то жизни, даже если этого не стоит делать, верно, Агни? — раздаётся хриплый голос, после чего Саид как зверь бросается вперёд, а к моему носу прижимается какая-то сильно вонючая тряпка.

Хлороформ…

Глава 29

Агния

Тошнит и кружится голова. Жутко хочется пить.

Чувство, словно у меня во рту пустыня Гоби.

Я пытаюсь пошевелиться, приподняться или хотя бы двинуть рукой, но ничего не получается. Тело стало невыносимо тяжёлым. На меня как будто навалили мешки с камнями.

— Чёрт… — выдыхаю чуть слышно.

Тут же рядом раздаётся какой-то шорох и скрип.

Я пока не понимаю, почему, но мне становится страшно. Кожу холодит, так как она покрывается потом, а по позвоночнику пробегает дрожь. Мерзкая. Липкая.

— Проснулась? — голос режет пространство, а его вибрации достигают моей щеки, хлестко лупят, наверняка оставив красный след. Этот голос я бы узнала из миллиона.

Саид Абушаев.

В памяти всплывают все последние события день за днём, неделя за неделей.

Вот, почему мне стало тревожно.

Я ещё не открыла глаза, но уже знала, чувствовала, на телесном уровне помнила, в какой опасности нахожусь.

Как же страшно распахнуть веки…

Страшно понять, где я.

Перед глазами стоит тот страшный образ из сна — красный коридор и клетка. Псы, сорвавшиеся с цепей.

— Агния? — повторяет голос.

Я молчу.

Не хочу отвечать.

Притворюсь мёртвой. Так будет лучше.

Ненавистный голос больше не звучит, но зато раздаётся звон стекла и звук льющейся воды.

Сухое горло предательски сжимается.

Какая же я идиотка.

И, наверное, язык не повернётся сказать, что я зря спасла жизнь тому мужчине. Но…

Может быть, если бы я вообще не выходила из дома, то и не узнала бы, что кто-то нуждается в помощи врача.

И тогда Саид не нашёл бы меня.

— Выпей, — звучит жёсткий приказ над ухом. — Станет легче.

— Мне стало бы гораздо легче, если бы ты исчез… — кое-как выдираю слова, чувствуя, что горло мучительно жжёт.