– Ной, ты так много знаешь про Вейрон. Ты здесь живёшь? – спросила я.

– Нет. Я живу на Айвеларе. Вместе с Каэлем работаю в департаменте, – ответил он с лёгкой улыбкой.

Аэролюкс плавно замедлился и начал снижаться. Ноэль помог мне отстегнуть ремни.

– Вот мы и добрались до Парка Слияний, – сказал он и снова предложил мне опереться на его локоть.

Парк начинался с внушительного здания из светлого стекла и матового металла. Оно скорее напоминало научный центр будущего, чем вход в природную зону. Внутри пространство было залито мягким рассеянным светом. В воздухе звучала едва уловимая фоновая музыка, создающая ощущение спокойствия, а регистрация осуществлялась в автоматическом режиме.

– Это лишь пропускной комплекс, – пояснил Ной. – Настоящий парк начинается дальше.

После проверки широкие двери бесшумно распахнулись, и мы шагнули прямо в лес.

Воздух оказался густым от аромата хвои и влажной земли. Между массивными деревьями тянулись аккуратные дорожки из светлого камня, мягко изгибающиеся, словно повторяющие естественный рельеф. Никаких клеток, никаких ограждений – только небольшие голографические таблички с названиями видов, возникающие у тропы.

– Здесь гибриды не выставляют напоказ, – тихо сказал Ноэль. – Они выходят сами, если им становится любопытно.

И будто подтверждая его слова, в глубине зарослей мелькнуло движение.

Ноэль Эрис

Я больше не сомневался – в ней есть кровь Элиара. Пусть даже в далёких поколениях. Иначе объяснить это невозможно. Ни один зверь Парка Слияний не подходит так близко к гуманоиду с другой планеты. Уже много лет Элиар проводит исследования, наблюдает, проверяет гипотезы – и ни один гибрид не проявил подобного доверия к чужаку. Они могут смотреть издалека, изучать, но держат дистанцию.

А мирис выбрал её сам.

Мой лиар отреагировал задолго до её появления здесь – ещё когда их корабль только держал курс на Элиар. Я уже тогда чувствовал её приближение. Ждал. Продумывал, как выстроить наши отношения так, чтобы не напугать её. Я не умею быть мягким. Не умею красиво ухаживать. Мне это никогда не требовалось, моё положение позволяло обходиться без долгих ритуалов. Элиарки не возражали против коротких связей, а большего мне и не нужно было.

До недавнего времени.

Я помню, как удивилась мать. Впрочем, удивление длилось недолго. Она сразу поняла, Ариа связана не только с Каэлем. Слишком внимателен я был к ней, слишком много времени уделял. Но я не мог иначе. Меня тянуло к ней – узнать больше, услышать её историю из её собственных уст, а не через рассказы Каэля.

Мы шли по лесной тропе, и звери выходили из зарослей один за другим, будто приветствуя её как свою.

– Ари, расскажи о себе, – попросил я.

Она тихо усмехнулась, и в этой улыбке сквозила грусть.

– Да особо нечего рассказывать. Я рано потеряла родителей. После воспитательного сектора выучилась на архитектора нейрокардиохирургии и работала, – пожала плечами она.

Словно речь шла о чём-то незначительном.

Архитектор нейрокардиохирургии – одна из самых редких и сложных профессий даже на Элиаре. Она требует не только обширных знаний, но и способности мгновенно просчитывать риски, принимать решения под давлением и проводить операции с безупречной точностью.

А она говорила об этом так спокойно, будто не осознавала масштаб собственного таланта.

– Ари, ты уже думала, чем займёшься на Элиаре?

– Нет, – ответила она с улыбкой. Но в её глазах я уловил тень грусти.

Что-то всё же было не так. Неужели у них с Каэлем не всё гладко? Хотя, вспоминая их бурное «доброе утро», которое я невольно услышал, пока заваривал кофе, в это верилось с трудом.

– Ты не хочешь оставаться на Элиаре? – спросил я прямо.

– С чего ты это решил? – мягко уточнила она.

– Когда речь заходит о будущем, ты отвечаешь коротко и сразу меняешь тему, – я смотрел на неё серьёзно, без привычной лёгкости.

Она на секунду отвела взгляд.

– Пока я решила быть здесь просто туристом. Мы с тобой ещё недостаточно хорошо знакомы, Ноэль, чтобы обсуждать такие вещи.

– С Каэлем вы тоже не так близко знакомы? – слова вырвались резче, чем я собирался.

Но вместо обиды Ариа рассмеялась – звонко и искренне.

– Думаю, этим утром ты оценил масштаб нашего «неблизкого» знакомства, не так ли? – ответила она с лукавой улыбкой.

Я невольно улыбнулся в ответ.

– Ты права. Прости, не стоило так резко.

Она покачала головой.

– Дело не в этом, Ноэль. Ещё на лайнере, когда я изучала материалы об Элиаре, я влюбилась в него. А информация о вашей медицине меня буквально захватила. Я всегда любила учиться, стремилась к новым знаниям – и здесь это только усилилось. Я попросила у Тарена дополнительные данные, он отправил мне всё, что было. И там я нашла одну деталь… одно различие между человеком и элиарцем, из-за которого у нас с Каэлем может не быть будущего.

Она произнесла это спокойно, почти ровно.

А у меня внутри всё сжалось.

Какое различие? Я сам изучал материалы по расам, совместимым с элиарцами. Мы не случайно приглашаем девушек на Элиар, полностью оплачивая их поездки. Серьёзных физиологических отличий нет. Несовместимости – тоже.

– Ари, ты ведь знаешь, с какой миссией Каэль летал на Вейлару?

– Да.

– Я лично занимался анализом данных по всем потенциально совместимым расам. Существенных различий между нашими видами нет.

В этот момент её браслет тихо засветился. Входящий вызов. Каэль.

Ариа мгновенно преобразилась – её лицо озарила такая светлая, искренняя улыбка, что сомнений не оставалось: она любит его. По-настоящему.

Она отошла немного в сторону, чтобы спокойно поговорить.

– Да, милый, всё хорошо. Мы гуляем в Парке Слияний, – донёсся до меня обрывок её мягкого голоса.

Через пару минут она завершила разговор и вернулась ко мне.

– В любом случае, Ной, мне нужно сначала обсудить это с Каэлем. Если различий действительно нет, тогда я смогу думать о своём будущем на Элиаре. А пока я не хочу строить иллюзий о счастье на этой планете.

В её голосе прозвучала чёткая граница. Точка, поставленная аккуратно, но окончательно.

Ариа Нейрис

Я злилась на Ноэля за его сомнения в моих профессиональных знаниях. Это задело. Но вместе с раздражением где-то глубоко внутри зародилась и другая мысль – а вдруг он прав? Вдруг я действительно что-то не учла?

Мы уже выходили из леса. Шли молча, каждый погружённый в свои размышления.

– Предлагаю отправиться в ресторан. Ты не против? – осторожно спросил Ноэль.

В его голосе звучала неуверенность. Похоже, мои слова всё-таки его задели.

– Я только за. Безумно проголодалась, – ответила я с лёгкой улыбкой, намеренно смягчая тон.

Он заметно расслабился.

– Полетим на аэрокаре. Туда нельзя добраться на люксе, – сказал Ной, открывая для меня дверь.

Мы плавно поднялись в воздух и взяли курс на бескрайний океан. Вдалеке показался крошечный остров – скорее утёс, возвышающийся над водой, словно обрывная скала. Он был настолько мал, что на нём едва помещались посадочная площадка для аэрокаров и само здание ресторана.

Подлетая ближе, я заметила, что крайние стены строения буквально нависают над пропастью, выходя за пределы острова. Вид оттуда, должно быть, открывается головокружительный – для тех, кто любит лёгкое щекотание нервов.

Аэрокар мягко опустился на платформу. На этот раз Ноэль не стал молча брать меня за руку. Он лишь предложил локоть, оставляя выбор за мной.

Я улыбнулась и приняла его жест, положив ладонь на сгиб его руки.

– Добро пожаловать в ресторан «Сияние Горизонта». У вас забронирован столик? – приветливо поинтересовался хостес у входа.

– Да, на имя Ноэль Эрис.

– Благодарю. Прошу следовать за мной.

Мы вошли внутрь, и я сразу почувствовала разницу. Если на Вейларе я уже привыкла к светлым, почти стерильным интерьерам, то здесь всё было иначе. Полумрак, мягкий тёплый свет и отделка из натурального дерева. В воздухе витал терпкий и уютный аромат хвои.