Кай подошёл к прилавку, чтобы сделать заказ, а я осталась стоять, растерянно рассматривая всё это изобилие. Глаза буквально разбегались.

Чего здесь только не было: и сытные мясные пироги, и ароматные овощные, и множество фруктовых – с яркими начинками, переливающимися сочными цветами. Рядом лежали всевозможные сладости, каждая из которых выглядела настолько аппетитно, что выбрать что-то одно казалось совершенно невозможным.

– Ари, что ты больше любишь? – спросил Кай, поворачиваясь ко мне.

Я растерянно посмотрела на него. Хотелось всё.

Он рассмеялся.

– По два куска каждого, пожалуйста. И те пирожные с кремом.

Я обожаю его.

– Что ты будешь пить?

– Сейчас я бы выпила чего-нибудь прохладного… может, сок?

Был уже поздний вечер, но за день Вейлару прогревали сразу два солнца, и воздух всё ещё оставался тёплым, почти душным, будто не хотел отпускать накопленное за световой день тепло.

Мы забрали заказ и вышли на улицу. Сначала направились к отелю, но, не дойдя до входа, Кай неожиданно свернул в сторону пляжа.

Мы шли вдоль берега. Я сняла босоножки и зарылась пальцами в песок. Он уже начинал остывать, мягко щекотал ступни, приятно расслабляя уставшие после каблуков ноги. Я невольно улыбнулась – это было именно то, что нужно.

Отойдя достаточно далеко от отеля, Кай повернул к ряду пустых лежаков. Мы устроились на одном из них. Он разорвал упаковку от пирогов и аккуратно разложил её, соорудив импровизированный столик. Я снова улыбнулась, просто, но так уютно.

– Да, не ресторан, конечно, – сказал он, – но поверь, эти пироги стоят того, чтобы их попробовать.

– Ты уже был здесь раньше? – спросила я.

– Да, однажды прилетали по заданию. Так что знаю пару хороших мест.

Мы сосредоточились на еде, слушая, как волны набегают на берег – мягко, с шорохом, будто зовут к себе. Вечер был спокойным, почти интимным.

Когда мы доели пироги, я снова посмотрела на воду. Лёгкое волнение отражало свет далёких огней. Мне вдруг захотелось нырнуть в неё, освежиться… и, возможно, немного пошалить.

Я поднялась и медленно стянула лямки платья.

– Ари, ты что делаешь?

Ткань легко скользнула вниз, обнажая кожу, прохладный воздух тут же коснулся плеч. Я обернулась через плечо и улыбнулась ему – чуть дерзко, но с затаённым ожиданием.

– Хочу поплавать. Присоединишься?

Он сглотнул, не отрывая взгляда. Его глаза медленно скользнули по тонкому кружеву, по линии моих бёдер, по почти невесомой ткани стрингов и такому же откровенному бюстгальтеру, который ничего не прятал, а лишь мягко подчёркивал форму.

Кай коротко кивнул и начал расстёгивать рубашку, не отводя глаз.

Я не стала ждать и первой шагнула в воду. Она оказалась тёплой, ласковой и обволакивающей, будто мягкие ладони скользили по телу. По коже пробежала дрожь, и дыхание само стало глубже.

Зайдя по грудь, я обернулась.

Он уже шёл ко мне – в одних боксерах, уверенно, спокойно, как будто всё вокруг перестало иметь значение. Его тело было подтянутым и рельефным. При каждом движении мышцы плавно перекатывались под кожей, и я невольно залюбовалась.

– Привет, маленькая проказница, – произнёс он, оказавшись совсем рядом.

Я только и успела брызнуть в него водой и метнуться в сторону, надеясь ускользнуть, но он поймал меня почти сразу. Его руки сомкнулись вокруг меня быстро и точно, словно он и не сомневался, что так и будет. Мы оба засмеялись – искренне, громко. Вода попадала в рот, я отплёвывалась, сбиваясь с дыхания, а он лишь крепче удерживал меня, не давая вырваться.

– Попалась. Теперь я тебя не отпущу, – сказал он хрипло, почти у самого уха.

От его голоса по коже пробежала тёплая дрожь.

Я смотрела в его глаза цвета неба и вдруг ясно поняла – да, я попалась. И если однажды он решит разорвать эту связь, мне будет нечем себя собрать. Слишком глубоко я уже пропиталась его заботой, его теплом, его прикосновениями.

Мы потянулись друг к другу одновременно. Поцелуй получился горячим, почти отчаянным. Он целовал жадно, прикусывая мои губы, я отвечала тем же, углубляя поцелуй, наслаждаясь тем, как его язык откликается на мою игру.

Это была наша игра – только для двоих.

Кай приподнял меня, и я инстинктивно обхватила его ногами, прижимаясь ближе и обнимая за шею. Его губы нашли край бюстгальтера, он отодвинул ткань и коснулся уже напряжённой груди. Горячий рот, лёгкие укусы – по телу пробежала волна возбуждения.

Мне хотелось большего. Даже если завтра всё изменится, я хотела сохранить этот момент – как драгоценный осколок счастья, спрятанный глубоко в сердце.

18+

Ариа Нейрис

Кай вынес меня на берег и осторожно уложил на лежак. Его взгляд скользнул по моему лицу, задержался в глазах. Он будто спрашивал без слов.

Я притянула его к себе за шею, отвечая тем же безмолвным согласием.

Он коснулся губ – сначала мягко, почти невесомо, затем медленно спустился к шее, оставляя тёплые поцелуи. Его пальцы ловко расстегнули бюстгальтер и отбросили его в сторону. Губы вернулись к груди, захватывая сосок, посасывая, слегка покусывая.

Я застонала, вплетая пальцы в его волосы, притягивая ближе.

Его ладони скользнули ниже – по талии, по животу, оставляя за собой горячий след. Одна рука медленно пробралась под ткань трусиков, туда, где кожа уже горела от желания. Сначала он едва касался костяшками пальцев, дразня, проводя вокруг, будто наслаждался моей реакцией. Я подалась вперёд, не скрывая своего желания, прося большего. Его пальцы начали медленно описывать круги, намеренно заставляя дыхание сбиваться.

Я потянула его вверх. Мне хотелось видеть его лицо. Хотелось его поцелуев.

Он сразу ответил, накрывая мои губы своими, и я почувствовала, как напряжение внутри него растёт так же стремительно, как и во мне. Но этого было мало. Мне нужно было больше. Мне нужен был он весь.

Моя рука скользнула вниз, проводя по нему сквозь ткань боксёров. Он тихо застонал мне в губы, и этот звук разлился внутри новой горячей волной возбуждения.

Он прервал поцелуй и опустился ниже, медленно освобождая меня от последней преграды, не сводя с меня взгляда. В его глазах было столько желания, что от одного этого по коже пробежала дрожь.

Его губы оставляли дорожку поцелуев всё ниже – неторопливо, будто он наслаждался каждым мгновением. Когда он коснулся самого чувствительного места, я невольно выгнулась, полностью открываясь ему. Воздух вырвался из груди вместе со стоном.

Я смотрела на него – и от одного этого вида внутри всё сжималось от предвкушения. Его сосредоточенность, его уверенность, его откровенное желание сводили с ума сильнее любых прикосновений.

Когда напряжение стало почти невыносимым, я притянула его к себе. Он оставил поцелуй на моём животе, а его рука снова накрыла грудь, медленно перекатывая сосок между пальцами, посылая по телу тонкую, дрожащую волну.

– Моя сладкая девочка… – тихо произнёс он, и от одного его голоса внутри стало ещё жарче.

Я потянулась к его боксерам, помогая избавиться от них, желая чувствовать его без преград. Он устроился между моих ног – горячий, напряжённый, и в его взгляде читалось то же нетерпение, что и во мне.

Я провела ладонью по его шее и притянула к поцелую. Он ответил сразу – глубоко, жадно, почти лишая меня дыхания. И в следующее мгновение наши тела соединились.

Я выгнулась ему навстречу, застонала прямо в его губы, ощущая, как между нами исчезает последняя граница. Мы словно действительно совпали, как две половины, нашедшие друг друга.

Он двигался уверенно, не спеша, давая мне время привыкнуть к ритму, к этому ощущению полноты и близости. Я цеплялась за его плечи, отвечала на каждое движение, чувствуя, как внутри нарастает новая, глубокая волна.

Он ускорился – движения стали глубже, резче, увереннее. Его взгляд скользил по моему телу, внимательно наблюдая, как я отвечаю ему, как теряю контроль, растворяясь в ощущениях. Внутри всё сжималось, напряжение росло, становилось почти невыносимым.