— Упал, что ли? — спросила тетя Нина, присматриваясь.

— Поскользнулся, — сказал я. Это была почти правда.

— Вот ты растяпа, — покачала головой тетя Нина. — Ладно, ешь давай. Сашуля прибегала, сказала, ты народ на ночь глядя собираешь. Это правда?

— Ну да. Говорю же, «Клуб здоровья» надо провести. Люди ждали, а я на этой неделе могу и уехать внезапно.

— Ну, тебе виднее, — сказала тетя Нина и вернулась к более важному вопросу — к баяну Чепайкина.

А я взялся за кружку и, прежде чем сделать глоток, привычно проверил содержимое. После попытки отравления я проделывал это с любой едой и питьем.

«Природа веществ» тут же развернула плашку.

Черный чай с чабрецом

Объем: 250 мл. Вода (H₂O): 97,8% массы.

Основные растворенные вещества; содержание во всем объеме:

Сахароза: 5,0 г; кофеин: 40 мг; L-теанин: 12 мг.

Чайные полифенолы: теафлавины — 12 мг; теарубигины — 120 мг; катехины — 25 мг.

Розмариновая кислота: 6 мг; тимол: 0,30 мг; карвакрол: 0,08 мг.

Ионы калия: 35 мг; кальция: 12 мг; магния: 3 мг.

Взаимодействие с организмом носителя:

— Вода восполняет жидкость; сахароза дает около 20 ккал энергии.

— Кофеин ослабляет сигналы сонливости и помогает удерживать внимание.

— Чайные полифенолы при регулярном употреблении помогают внутренней выстилке сосудов регулировать их расширение, облегчая кровоток.

— Розмариновая кислота защищает клетки от старения, уменьшает воспаление и поддерживает обмен веществ.

— Тимол и карвакрол из чабреца обладают мощным антимикробным и противовоспалительным действием.

Совокупное действие: восполнение жидкости, умеренное повышение бодрости, улучшение метаболизма, уменьшение воспаления.

Токсичных примесей в опасных концентрациях не обнаружено.

Я прочел список и с облегчением сделал глоток. На обычных вещах талант по-прежнему работал. А я уж боялся, что Пелагея отняла Систему!

Значит, со мной, с ней и с этим миром все было в порядке, по крайней мере в границах столовой. О том, почему она не читала одну конкретную старуху в черном, я решил пока не думать. Не думать у меня сейчас получалось плохо, поэтому я откусил от ватрушки и запустил самодиагностику, чтобы занять голову хотя бы этим.

Самодиагностика завершена.

Епиходов Сергей Николаевич, 36 лет.

102-й день после активации.

Текущее состояние: удовлетворительное.

Системная оценка: острая стрессовая реакция, выброс адреналина и кортизола на спаде; легкое переохлаждение кистей и коленей; уровень глюкозы крови на нижней границе нормы; недостаточное восстановление после нагрузки последних суток.

Рекомендации: прием пищи, согревание, снижение нагрузки в ближайшие часы, ночной сон.

Ничего нового Система мне не сообщила, кроме того, что я и так знал по собственным рукам: сахар упал, адреналин уже уходит, и оттого меня слегка потряхивает. Зато у Системы был рецепт, как привести себя в порядок, и он частично совпадал с рецептом тети Нины.

Доев ватрушку, попросил вторую и сидел, грея пальцы о кружку, а вокруг решали, что баян Чепайкину не нужен, потому что он и без баяна поет так, что соседи закрывают окна.

— А вы, Сергей Николаевич, придете? — спросила Диана, и я не сразу понял, о чем она.

Осознав, ответил:

— На свадьбу? Конечно приду.

После чего, поблагодарив всех троих, надел пуховик и пошел в актовый зал, не бодрым, не свежим, но, по крайней мере, сытым и способным запускать диагностику.

Когда я пришел, в актовом зале уже горели все люстры. Александра Ивановна с двумя санаторскими бабушками переставляли стулья: три ряда они сдвинули ближе к столу, а задние оставили стоять пустыми.

Люди приходили группами по двое-трое. Первыми, естественно, оказались наши, кто жил в корпусе: Арсений Лукич Чепайкин, весь из себя важный, при пиджаке и в галстуке, Марина Носик, севшая у стены с телефоном и ни о чем не спрашивавшая. Рядом с ней примостилась Диана Шарипова. Вместе с ними появился дед Элай, приехавший, как выяснилось, к тете Нине за чем-то своим и застрявший.

Потом стали появляться моркинцы, которым было ближе всего: пришли Генка с Клавдией, хотя Генка сразу заявил, что у него вопросов нет, а он «так, просто послушать», пришла Людмила Степановна, в этот раз без Игорька, пришли еще несколько человек, кого я знал в лицо, но не по имени. А еще четверо новых, которых я не видел прежде ни в ЦРБ, ни на улице. Они сели порознь, каждый на свободный ряд, и я решил, что это и есть те, кто писал Сашуле в чат.

— Сергей Николаевич, вы уж не сердитесь, что не все, — виновато сказала Сашуля, подойдя ко мне со своим блокнотом. — Тем, кто далеко, я написала, что не последний «Клуб здоровья» проводим. А вот кому совсем невтерпеж, эти приехали. Вон, видите, с папкой женщина? Она меня прямо задолбала, когда да когда, мол, клуб. И вот тот мужик, который у прохода сидит, спрашивал, можно ли лекарства с собой принести. Я сказала, что можно.

— Можно, — одобрительно кивнул я. — Даже нужно.

Тайра Терентьевна на входе встречала опоздавших и тихо, чтоб не мешать, показывала им на свободные места. Одного из новых, мужчину лет пятидесяти с небольшим в темной куртке, она усадила в последний ряд, и он так там и остался, у самой двери, положив шапку на колени, которую он нервно комкал широкими, как ковши, руками.

Я вышел не на сцену, а к первому ряду, как обычно, чтобы быть ближе к людям.

— Добрый вечер, друзья! Извините за то, что собрали в позднее время, это моя вина, не Александры Ивановны. Порядок у нас будет прежний: лекций я читать не стану, просто отвечу на ваши вопросы о том, у кого что болит. — И улыбнулся, вглядевшись в слегка напряженные лица. — Кто первый хочет пожаловаться на здоровье?

Увидев несколько улыбок, я обрадовался, потому что зал был непривычно тихим для нашего клуба — без обычных шуточек, выкриков и подзатыльников. Видимо, еще не отдышались с мороза.

— Ну, раз никто, тогда я, — чуть заикаясь от волнения, сказал мужчина с четвертого ряда и поднялся, держа в руке большую книгу. — Только я, товарищи, говорить буду долго, потому что подготовился.

Он вышел к столу, положил на него книгу, и я увидел, что это старый анатомический атлас.

«Познание сути» развернуло профиль мужчины:

Ведерников Аркадий Семенович, 61 год

5-й уровень социальной значимости.

Отношение к носителю: Заинтересованность.

Биологический возраст: 66 лет.

— Ведерников я, Аркадий Семенович, бывший школьный завхоз, — представился он и откашлялся, потому что его голос от переживаний подсел. — Значит, так, Сергей Николаич. Атлас этот у меня от внучки остался, она в медколледже училась, только бросила. А я по нему разобрался. Значит, так, доктор, погляди сюда. Вишь, правая сторона? Тянется от середины плеча, вот здесь, это плечевая мышца. Дальше идет через заднюю часть дельтовидной, — он довольно точно показал на себе, — потом, я так понимаю, малая круглая или подостная, тут я их путаю, они где-то рядом торчат. Потом верхний край лопатки, а от него трапециевидная, и вот сюда, в шею. Все по атласу, я ж говорю, проверял и готовился.

— Получше многих интернов подготовились, — похвалил его я, и это не было насмешкой. — Когда болит?

— А вот это самое интересное, Сергей Николаич, — оживился Ведерников. — Пока я делом занят, дрова там, снег чищу, в гараже, оно не болит. Совсем. А сяду телевизор смотреть или лягу, и через полчаса начинает. Ищу положение, кручусь. Засну, и во сне не чувствую. А еще заметил: голову прямо держу, болит сильнее, наклоню чуть вперед, отпускает.