— Красиво так.

— Да, очень, — соглашается Влад, с жужжанием опуская спинку кресла. – Даже странно, что в это время здесь никого нет. Холодов, что ли, испугались.

— Это просто я удачливая, — с шутливой заносчивостью напоминаю я.

— Без сомнений, — соглашается Влад абсолютно серьезно. – Эх… этим летом мы даже на катере ни разу не прокатились.

— Нам обоим было не до этого, — я улыбаюсь, давая понять, что не преследую цели его упрекнуть. — Может, еще прокатимся как-нибудь. В следующем году.

С молчаливым кивком Влад задерживается взглядом на моем лице, что становится для меня сигналом к действию. Перекатившись на бок, я упираюсь ладонью в консоль и нависаю над его лицом.

В полумраке салона и без того темные глаза Влада кажутся бесконечно черными, неровное дыхание доносит запах мяты и сладость попкорна.

— Мы как-то здесь целый час целовались, — напоминаю я шепотом. – У тебя тогда была черная Хонда.

— Я помню. — Ладонь Влада опускается мне на талию и чуть заметно надавливает, делая нас ближе. – У тебя были гольфы и короткая юбка. Я тогда чуть с ума не сошел. Вообще непонятно, как менты нас за нарушение общественного порядка не забрали.

— Какая у тебя отличная память, — хрипло смеюсь я, намеренно задевая его лоб подбородком.

— Все, что с тобой связано, сложно забыть. Вернее, невозможно.

Пронзительное еканье в моей груди созвучно по силе ядерному взрыву.

Это именно то, что мне требовалось сейчас услышать. Не сейчас, а вообще всегда. Каждый день.

Преодолев расстояние в несколько сантиметров, я осторожно касаюсь губами его губ, и получаю моментальную реакцию. Ладонь Влада зарывается в мои волосы, и одновременно с этим его язык проникает мне в рот.

По телу проносится электрический разряд — от макушки до кончиков пальцев. Как же давно мы не целовались – кажется, будто не пару месяцев, а годы. А я всегда так любила целоваться с Владом: обожала вкус его слюны, его запах и то, как он все делает: когда надо – медленно и неторопливо, смакуя, а в моменты страсти – напористо и жадно, так что насквозь промокало белье.

Наш поцелуй – был и остается лучшей для меня прелюдией.

Я шумно выдыхаю Владу в губы и слышу ответный задушенный стон — звук, от которого низ живота поджимается, а бедра сами подаются вперед.

— Если нас все-таки задержит полиция – это будет позор, — сипло предупреждаю я, уперевшись ладонью ему в грудь. – Может поедем в отель?

Жаркое дыхание Влада сбивчиво пружинит мне в лицо, расширенные зрачки целиком поглотили радужку. Несколько секунд он меня разглядывает и с молчаливым кивком начинает выравнивать спинку кресла.

Я тоже возвращаюсь на место, приглаживаю волосы и накидываю ремень безопасности. Губы и щеки горят, низ живота ощущается плотным и тяжелым. А еще хочется улыбаться. Пусть столько лет прошло, а эмоции от нашей близости все те же. Возбуждение на пике, что даже ноги подкашиваются, и хочется еще и еще.

Идея с отелем появилась у меня еще сегодня днем. Два года подряд на день всех влюбленных мы с Владом устраивали подобные развлечения: снимали номер в гостинице со спа-зоной, заказывали еду из ресторана, бутылку просекко и под какой-нибудь незатейливый фильм много занимались сексом.

Сейчас такой формат свидания кажется мне вполне подходящим. Поехать в квартиру, из которой я не так давно вывезла вещи, едва ли сойдет за романтику, как, впрочем, и потеснить Диану в нашей крошечной однушке. При желании можно даже пофантазировать, что мы – пара, которая только-только познакомилась, и сегодня нам впервые предстоит близость.

— У вас есть предпочтения по номеру? – деловито осведомляется девушка на стойке ресепшена. Смотрит она с таким видом, словно перед ней — бизнес-делегация, а не пара, завалившаяся в полночь с конкретной целью.

— Некурящий и желательно на верхних этажах, — отвечает Влад, выуживая из портмоне карту.

Запрос на отсутствие посторонних запахов – это его, мой – на классный вид из окна. Приятно, что он помнит. Ведь все, что со мной связано, сложно забыть. Вернее, невозможно.

Мы начинаем целоваться, едва дверь номера закрывается за нами. Инициатор – я, которой слишком не терпится вернуть атмосферу страсти, царившую в машине.

Обнимая Влада за шею, я пячусь к кровати до тех пор, пока колени не упираются в ее изножье. Всего полшага назад — и я теряю равновесие. Матрас мягко пружинит подо мной, Влад нависает сверху.

Хрипло засмеявшись, я тяну за ворот его толстовки, чтобы снова столкнуть наши губы. Это тот самый наш поцелуй-прелюдия: глубокий и полный похоти, без малейшего намека на нежность. Так мы не целовались очень и очень давно.

Подгоняемая волной нетерпения, я выгибаюсь Владу навстречу и одновременно нащупываю молнию на его джинсах.

— Подожди, Тей… — отстранившись, Влад ловит мою ладонь и, потянув ее вверх, сплетает наши пальцы.

— Что? – непонимающе бормочу я, панически ощущая, как рассеивается интимность момента.

— Просто мы не с того начинаем, — тихо, но твердо произносит он.

— Начинаем? Это не первый наш секс.

— Ты понимаешь, о чем я.

Я чувствую себя настолько глупо, что испытываю срочную необходимость освободиться из его объятий. Увы, Влад не противится, когда откатываюсь в сторону и, подобрав колени, сажусь.

— Нет, не понимаю. Ты ведь сам согласился приехать сюда.

— Удержаться было сложно, — он дергает уголками губ в виноватой усмешке. — Но так я снова делаю не то, что мне хочется.

Меня словно окатили ведром ледяной воды. Делает не то, что ему хочется? То есть Влад не хочет меня? А как же эрекция, которую я чувствовала? И к чему было платить за номер, если он передумал, едва мы сюда зашли?

— Так давай уйдем прямо сейчас, — выговариваю я через паузу, кое-как сумев задавить в себе разочарование и обиду. — Думаю, можно договориться, чтобы администратор вернула деньги.

Влад качает головой.

— Я не хочу уходить.

— Тогда я перестаю тебя понимать, — я смотрю на него в растерянности. — У тебя эрекция, но заниматься сексом ты не хочешь, и уходить, как выясняется, тоже.

— Просто у меня есть ощущение, что секс может завести нас в тупик. Не потому, что я его не хочу, как ты точно подметила. А как будто сексу и ужину чего-то не хватает.

В задумчивой мягкости его тона есть что-то обезоруживающее, и это заставляет мое эго, взбунтовавшееся от отказа, ненадолго стихнуть. То, что Влад хочет меня на физическом уровне, это бесспорно. Но есть что-то еще, что я, одержимая желанием во что бы то ни стало вернуть все как было, упустила.

— Чего например? Разговора? – мягко предполагаю я.

— Наверное. Секс был бы идеален, если бы я не сливался из нашего брака на полгода, а ты никуда не съезжала.

— А я-то считала, что ты слился всего на три месяца, — замечаю я с тихим смешком.

— Возможно, я старался лучше, чем сам о себе думал.

С этими словами, Влад вновь находит мою ладонь и тянет к себе. Я не сопротивляюсь. Послушно перекатываюсь на бок и опускаю голову ему на грудь.

— О чем будем говорить? Устроим вечер откровений?

Голос Влада гулко вибрирует под щекой.

— Откровенность нам точно не помешает.

— Хорошо, тогда давай я признаюсь. Я много думаю о том, что между нами произошло и о том, что вероятно не раз причиняла тебе боль. Я бы хотела как-то загладить свою вину, но… Меня страшно злит, когда ты не посвящаешь меня в свои планы… И я догадываюсь, что это абсолютно неправильно… Мы ведь по сути расстались, и ты имеешь право не отчитываться передо мной о каждом своем действии. Но боже… Как меня это злит!

Усмехнувшись, Влад сплетает наши пальцы и поднимает их вверх так, что они перекрывают свет, истекающий из потолочной люстры.

— Считаешь, что я эгоистка? – шепотом переспрашиваю я, разглядывая, как моя ладонь тонет в его здоровенной пятерне.

— Нет. Ты восемь лет была в курсе каждого моего шага, так что ничего удивительного.