Его лицо знакомо почти всем – Хантер Хокинс.

А значит, женщина – это Делия Хокинс-Бэдд, его жена.

И тогда становится понятно, как она могла, не моргнув глазом, перевести полмиллиона долларов со своего телефона.

Черт возьми.

Черт возьми.

Черт возьми.

Я бросаю на нее взгляд; она ухмыляется, вероятно, потому что точно знает, какой эффект ее муж производит на людей.

Эффект «черт возьми» усиливается по мере его приближения. Его присутствие подавляет и завораживает, а взгляд карих глаз с зеленоватым оттенком – острый и хищный, как у зверя, а не у мерзкого человека. Он огромен, рукава сшитого на заказ смокинга натянуты на его руках, а плечи такие широкие, что на них можно посадить небольшой самолет.

— Вы хозяйка сегодняшнего мероприятия? — спрашивает он своим узнаваемым рыком.

— Да, сэр, мистер Хокинс. — Я протягиваю руку. — Деми Каплан, совладелица «Демиза Ивент Планнинг». Моя партнерша… немного занята. Но от лица «Демиза Ивент» и, что еще важнее, «Проекта Автономия», я просто хотела поблагодарить вас обоих за ваше невероятно щедрое пожертвование.

Он пожимает мне руку, его хватка крепкая, но нежное.

— Да, конечно. — Он смотрит на жену. — Ты ее уже спросила?

Делия качает головой.

— Пока нет. Как раз собиралась, когда ты ввалился.

— Я надеялся, что у них есть еда, — ворчит он. — Эта микрогастрономическая ерунда насыщает так же, как если бы я ел траву. Я даже заставил Луиса объехать квартал, но все закрыто, а если я съем фаст-фуд, мы оба умрем.

— Эээ, ну? — Я морщусь, мой мозг лихорадочно ищет решения, чтобы впечатлить одного из самых известных, богатых и влиятельных людей на планете. — Я живу в четырех кварталах отсюда, и знаю пиццерию, которая доставляет поздно.

— В… — он сверяется со своим ослепительным хронометром, — час ночи?

Я ухмыляюсь, пожимая плечами.

— Я дружу с владелицей. Она знает, что у меня сегодня мероприятие. Она всегда присылает мне сырную пиццу и двухлитровую бутылку диетической колы.

— Я добавлю еще полмиллиона на благотворительность, если вы меня накормите, мисс Каплан. — Его лицо остается невозмутимым, он не шутит.

— Думаю, это будет немного переплатой за пиццу. Как насчет того, чтобы помочь мне отвезти мою подругу домой, и будем считать, что мы в расчете? — Я указываю на свою отключившуюся лучшую подругу, чья нога свисает с края кабинки.

— Слишком много шампанского? — спрашивает Делия.

— Совсем чуть-чуть. — Я стучу по ее ноге. — Элиза?

— Мммм.

— Пора домой.

— Отвали. Я сплю.

— Пора домой, Элз.

— Я в порядке.

— Нет, не в порядке. Тебе нельзя здесь оставаться.

— Я сломалась. Не могу ходить.

Хантер хлопает меня по плечу, и я отступаю. Он трясет Элизу за ногу.

— Мисс? Я сейчас вас подниму. Хорошо?

— Окей. Только лапы прочь от моей задницы, мистер.

Он посмеивается.

— Обещаю, я не притронусь к ней.

Я протискиваюсь вперед, разворачиваю скатерть и плотнее оборачиваю ее вокруг ее нижней половины.

— Вот так.

Хантер с легкостью наклоняется и вытаскивает Элизу из кабинки. Ее голова безвольно падает ему на плечо, глаза приоткрываются, смотрят на него, а затем широко распахиваются.

— Вы? Я сплю?

Он лишь фыркает.

— Никак нет, мэм.

— Вы реальный человек?

— Насколько я помню, да.

Она стонет.

— Чудесно. Встретить Хантера Хокинса… в таком состоянии. Можете просто отвезти меня в психушку.

Он бросает на меня взгляд.

— Это… нормально?

Я вздыхаю, смеясь.

— Не совсем.

Я иду к задней парковке, где стоит моя машина. Открываю заднюю дверь, и он укладывает Элизу на заднее сиденье.

— Наша машина перед входом, — говорит он мне, когда я закрываю за ней дверь. — Мы поедем за вами. — Пауза. — Если вы уверены. Я не хочу навязываться.

Я смеюсь, качая головой.

— Я в любом случае не лягу спать в ближайшее время. После мероприятий я слишком на взводе. Мне бы не помешала компания. — Я касаюсь его руки. — Вам не нужно делать еще одно пожертвование, мистер Хокинс. Не знаю, шутите вы или нет, но…

— Я никогда не шучу о деньгах, мисс Каплан.

Вот так я и оказалась в квартире, которую делю с Элизой – да, мы лучшие подруги, деловые партнеры и соседки по комнате, – попивая диетическую колу из стаканов для сока и поедая лучшую сырную пиццу во всем Сан-Диего в компании Хантера Хокинса и Делии Хокинс-Бэдд.

— Итак, вы сказали, что были в городе на другом мероприятии? — спрашиваю я, просто чтобы поддержать разговор.

Хантер кивает, Делия ест пиццу так, будто она скоро выйдет из моды, и мое сердце гурманки и девушки с формами радуется, видя, как она ест с таким аппетитом.

— Да. На другом фандрайзинге на другом конце города, проходившем в то же время.

Я не могу сдержать вздох.

— Даже не начинайте.

Он выгибает бровь.

— О-оу. Война за территорию?

Я смеюсь.

— Нет, сэр. — Я пожимаю плечами. — Ну, вроде того. У меня мероприятие было запланировано за недели до их, но они более крупная компания, так что большинство моих самых крупных спонсоров сначала пошли туда, или вообще только туда. Мы все равно неплохо справились, даже без вашего взноса, но…

— Ну, судя по постам, что я видела, — говорит Делия, промокая рот бумажным полотенцем, будто на ней не надето платье, которым можно оплатить мою аренду за год, — ваше мероприятие было намного лучше. Еда у Тома была микрогастро-как-там-ее. Пена и… трава, и… — она морщит нос. — А перформанс? Не хочу смотреть, как какая-то голая женщина читает плохие стихи.

Хантер фыркает.

— Высокоинтеллектуальная чушь – вот что это было. — Он указывает на меня. — У вас была настоящая еда, я видел. И струнный квартет.

Я не могу не чувствовать гордости от такого сравнения.

— То есть да. Я думаю, что даже богатым людям нужно есть, верно? Сытый желудок – залог щедрых пожертвований. По крайней мере, такова моя философия. Еда всегда в центре внимания на моих мероприятиях. — Я кошусь на закрытую дверь Элизы. — Наших мероприятиях. — Я встречаюсь взглядом с Хантером, а затем с Делией. — Пожалуйста, не поймите Элизу неправильно. Она очень редко бывает такой. Она усердно работала над списком гостей, а потом половина из них перебежала на мероприятие Тома. Так что она утешала себя шампанским.

— Что ж, я бы сказала, что мероприятие все равно прошло успешно, так что гордитесь, — говорит Делия. — И поверьте, мы не осуждаем. В моей семье не бывает вечеринки, если кто-нибудь не напьется.

Хантер доедает последний кусочек, вытирает руки бумажным полотенцем, откидывается на спинку стула и задумчиво смотрит на меня.

— Вообще-то, мисс Каплан: это было собеседование… своего рода. И ничего из этого не было случайностью.

Я моргаю.

— Эээ. Что?

— Милый, позволишь мне? — Делия сжимает бедро мужа, и он замолкает, потягивая напиток. — Мы – моя семья – владеем небольшой сетью баров и ресторанов, большинство из них на Аляске.

Я киваю.

— Я слышала об этих барах. Кажется, есть заведение в Голливуде, так?

Она с улыбкой кивает.

— Есть. Мы расширяемся дальше вглубь – то есть, в самое сердце Аляски.

— Так? — Не совсем понимаю, какое отношение это имеет ко мне, но готова дослушать. В конце концов, «собеседование» предполагает работу, и если бы я смогла организовать мероприятие для Хантера, мать его, Хокинса? Моя карьера организатора мероприятий обеспечена.

— Мы открываем курорт в дикой природе. Он, вообще-то, находится в глуши. Ближайший город в тридцати минутах езды. Вся идея в ретрите без связи. Нет сотового сигнала, нет вай-фая, нет телевизоров.

Тут уже перехватывает инициативу Хантер.

— Идея в корпоративных выездах, тимбилдингах, выходных с цифровым детоксом и все такое.

Я хмурюсь.

— Хм. Интересно. Люди будут платить за неудобства?

Делия фыркает.

— Огромные деньги, да. Это сейчас в тренде. Будут походы в лес, фотоохота с гидом, разные подобные штуки. Вытащить людей на природу и воссоединить их со своим первобытным «я».