Я слышу, как приближается и глохнет двигатель. Хлопает дверь пикапа. Слышу, как со скрипом открывается, а затем защелкивается входная дверь. Его шаги на лестнице. Пауза наверху – он рассматривает множество наших с Мэллори фотографий за прошедшие годы, развешанных на стене напротив лестницы. А потом я слышу, как его шаги приближаются к спальне. Моя дверь тихо приоткрывается, и его широкая фигура заполняет дверной проем.

Серебристый свет полной луны льется из окна, окутывая его и освещая. На нем мешковатые спортивные штаны и толстовка с капюшоном, в одной руке – кожаная спортивная сумка, в другой – телефон и ключи. Я лежу на боку, свернувшись калачиком, лицом к двери. Я улыбаюсь ему и протягиваю руку.

Ной подходит и опускается на колени у края моей кровати.

— Привет.

Я утыкаюсь носом ему в шею, вдыхая его запах, наслаждаясь тем, как щетина царапает мой нос.

— Залезай. — Я отодвигаюсь на середину кровати, откидывая одеяло, и указываю на него пальцем. — Но одежду придется снять, мистер.

— Слушаюсь, мэм, — отвечает он с ухмылкой.

Он стягивает спортивные штаны и худи, оставаясь лишь в светло-серых боксерах, и забирается ко мне, укрывая нас обоих.

Я сразу же инстинктивно ищу тепла и безопасности в его объятиях, прижимаюсь щекой к его груди и счастливо вздыхаю, когда он обнимает меня за талию. Я складываю руки под подбородком, и мои веки внезапно тяжелеют.

— Морган?

Я дотрагиваюсь до его губ: — Тшшшш.

— Я могу уйти до того, как Мэл проснется.

— Нет. — Я прижимаюсь еще теснее, желая быть к нему как можно ближе. Я бы полностью зарылась в него, если бы могла. — Мэл сказала, цитирую: «Если бы утром тренер Остин оказался внизу, я была бы за тебя очень рада».

— О. Значит, она не против?

— Да. Более чем не против, вообще-то. Она рада за меня.

— Я просто хочу уважать ее и твои отношения с ней. Все будет так, как комфортнее вам обеим.

Я касаюсь губами линии его подбородка.

— Я знаю, Ной. И именно поэтому ты здесь. — Я прикасаюсь кончиками пальцев к его губам. — А теперь помолчи и обними меня.

Он издает рокочущий смешок.

— Слушаюсь, мэм.

Я хихикаю.

— Мне это начинает нравиться.

Его смех звучит сонно.

— Я бы позволил тебе связать меня.

— В следующий раз.

На этот раз я почти мгновенно проваливаюсь в глубокий сон без сновидений.

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

——————————

НОЙ

Я прихожу в себя как обычно – сначала постепенно, а затем резко. Что-то изменилось, я чувствую это. Сначала не могу вспомнить, что именно.

Я проспал будильник?

Несколько мгновений я совершенно дезориентирован. Теплое, гладкое бедро скользит по моему, и чей-то нос утыкается мне в шею с тихим, счастливым вздохом. Ноэль опаздывает на занятия? Я вообще заводил будильник?

— Тейлор, нам пора вставать.

Получается лишь неразборчивое бормотание: Тлр, нм пра вствть.

Сопение, прикосновение, тихий хриплый стон просыпающейся женщины. Мои глаза резко распахиваются – что-то в звуке ее голоса, когда она стонет, возвращает мне ясность рассудка.

БЛЯДЬ.

Я сказал: «Тейлор».

Остается лишь надеяться, что Морган была недостаточно в сознании, чтобы услышать мою оплошность. Сердце начинает бешено колотиться.

Мягкие, нежные пальцы касаются моего подбородка, опускают мое лицо вниз.

— Эй. — Ее голос звучит едва слышным шепотом, деликатным и хриплым со сна. — Доброе утро, красавчик.

Я пристально смотрю на ее лицо, ища малейший признак того, что она меня услышала, пока сердце отбивает бешеный ритм в груди. Жаль, что она прижимается щекой прямо к моему сердцу.

— Доброе утро, красавица.

Морган гладит меня по щеке и прижимается ближе, зарываясь в меня.

— Ной, я все слышала. — Она целует меня в грудь, прямо над сердцем. — Хватит паниковать. Все в порядке.

— Я… — Я судорожно вдыхаю. — Я был дезориентирован.

Еще один поцелуй в грудь, ее пальцы гладят мою щетину.

— Я знаю. Я все понимаю. Я не злюсь. Я испытываю лишь счастье от того, что проснулась рядом с тобой. — Она ложится на меня сверху, ее волосы скрывают наши лица словно занавес. — Давай я попытаюсь тебя успокоить. Даже если бы ты случайно назвал меня именем Тейлор во время секса, я бы это пережила. Это бы… это определенно кольнуло бы на секунду, врать не стану. Но, надеюсь, я знаю тебя достаточно хорошо, чтобы понимать – это не потому, что ты забыл, с кем находишься, или что-то в этом роде. Она была твоим человеком, Ной. Ты провел с ней большую часть своей жизни. Даже спустя три года такие вещи не исчезают бесследно. — Морган выдыхает, перебирая пальцами мои волосы, то и дело поправляя пряди. — Ты проснулся в чужой постели после поздней ночи, впервые после смерти Тейлор сжимая в объятиях женщину. Разумеется, ты немного запутался. Будь к себе снисходительнее, милый. И… наверное, просто попытайся мне довериться. Поверь, что я не хрупкая и не ранимая.

— Как ты можешь так ясно мыслить еще до кофе?

Она снова утыкается носом мне в шею.

— Не знаю. Наверное, это чисто мамские штучки.

— Ты чудо, Морган.

Она качает головой.

— Нет, вовсе нет. Я просто женщина, которой очень нужно в туалет. — Она быстро чмокает меня, затем скатывается с меня и встает на ноги. Ее огромная футболка «Дисней» соскальзывает на бедра, но я успеваю заметить, что под ней ничего нет.

Мой собственный мочевой пузырь тоже дает о себе знать, так что я иду в ванную сразу за Морган, когда она заканчивает. Это другой вид дезориентации – впервые за тридцать с лишним лет заниматься домашними делами и утренним туалетом с кем-то новым. Она чистит зубы, а я достаю свою маленькую кожаную косметичку и делаю то же самое.

— Это твоя стандартная пижама? — спрашиваю я.

Морган, склонившись над раковиной, чтобы выплюнуть пасту, заводит руку за спину и задирает край футболки, обнажая задницу.

— А что? Тебя возбуждают диснеевские принцессы, Ной Остин?

Я игриво шлепаю ее по ягодице – достаточно сильно, чтобы раздался приятный хлопок, но не настолько, чтобы причинить боль.

— Ну, возбуждают меня точно не принцессы.

От шлепка Морган взвизгивает, выпрямляясь и потирая пострадавшее место.

— Ной!

Я перехватываю инициативу и сам поглаживаю ушибленное место.

— Прости. Не смог удержаться. Не знаю, заметила ли ты, но я просто одержим твоей задницей.

Вместо того чтобы отчитать меня, Морган снова склоняется над раковиной с задранной футболкой и виляет задом.

— Хотя бы шлепни еще раз для симметрии.

Я медлю, но на ее лице читается лишь игривость. Поэтому я шлепаю ее по другой ягодице, оставляя на коже неровное розовое пятно, которое затем успокаиваю нежным поглаживанием.

— Ты продолжаешь меня удивлять, знаешь?

Она поворачивается, прижимаясь ко мне, и засовывает руки мне в белье, сжимая мои ягодицы обеими ладонями.

— Ты удивлен, что мне нравится, когда меня шлепают?

— Эм… да? — Я моргаю. — Тебе нравится?

Она пожимает плечами, сжимая руки сильнее.

— Факты говорят сами за себя. — Она поднимается на носочки, чтобы поцеловать меня в уголок губ. — Но учитывая, что только прошлой ночью я обнаружила, что мне нравится быть связанной и с завязанными глазами, видимо, я немного извращенка. Кто бы мог подумать?

— Ты не знала?

Морган качает головой.

— Мое сексуальное прошлое довольно ванильное, даже не смотря на то, что я несколько лет встречалась с парнем из мотоклуба.

Пару мгновений я не знаю, что на это ответить.

— Мое тоже. Мы с Тейлор… — Я замолкаю, качая головой. — Неважно.

Морган щипает меня за задницу.

— Эй, нет. Нет уж. Не делай так. Радикальная честность, милый. Помнишь?

— У нас просто была очень… здоровая… сексуальная жизнь. Регулярная, стабильная и приносящая удовлетворение. По крайней мере мне, и у меня никогда не возникало ощущения, что она хотела чего-то большего или была несчастна.