— О, — тяну я. — И как мои успехи пока что?

Мэл склоняет голову набок.

— Довольно неплохие. Я сниму только полбалла за комментарий про «красавца», поскольку это больше походило на шутку, чем на сказанное всерьез.

— Значит, я все еще крут?

— Пока да. — Она прищуривается, глядя на меня. — Но я буду следить за тобой, Вазовски. Я всегдааааа слежууууу, — последние две фразы она произносит скрипучим гнусавым голосом; скорее всего, это отсылка, которую я не понимаю.

Мне приятна эта маленькая домашняя сценка. Тихий ужин за семейным столом был редкостью, когда Ноэль рос, учитывая мой график работы. Я вижу, что Морган думает так же – она то и дело бросает на меня взгляды, подавляя улыбку.

Телефон Мэл вибрирует от входящего сообщения; она читает его, а затем переключает внимание на Морган.

— Мам, Никола и Джемма хотят пойти в кино.

— На какой фильм?

— Не знаю. Какая-то новая романтическая комедия.

— Вы встречаетесь там, или они за тобой заедут?

Она пожимает плечами.

— Пока не знаю, мы еще решаем. — Мэл задумчиво переводит взгляд с Морган на меня. — Следующий сеанс только после девяти, так что я, наверное, буду дома не раньше полуночи.

Морган подавляет многозначительную ухмылку.

— Быть дома максимум в час ночи. Сразу после фильма – по домам. — Она делает паузу. — Будете только вы, девочки?

Мэл краснеет.

— Грейсон и пара его друзей, возможно, тоже пойдут.

Морган вздыхает.

— Так что ты хотела сказать? — подсказывает она.

— Я не знаю наверняка, пойдут ли они, мам.

Морган закрывает коробку от бургера.

— Комендантский час – в час ночи. Вести себя в кинотеатре прилично. И отписаться мне после фильма.

Мэллори печатает сообщение, ее большие пальцы мелькают с невероятной скоростью.

— Спасибо, мам! Люблю тебя. Пойду собираться.

Брови Морган взлетают вверх.

— Подожди, ты наденешь нормальную одежду?

Мэл демонстративно закатывает глаза.

— Да, мамочка.

— Должно быть, тебе очень нравится этот Грейсон.

Мэллори ничего не отвечает, но Морган все равно смеется.

— Она терпеть не может, когда я дразню ее из-за этой моды на пижамы.

— На что?

Она кивает на лестницу, имея в виду Мэллори.

— Она ходила в этом в школу.

Мои глаза расширяются.

— Правда?

Морган кивает.

— И в чем-то похожем на это почти каждый день. Сейчас это что-то вроде неофициальной школьной формы. Лично меня это раздражает. Когда я училась в старших классах, нужно было изо всех сил стараться выглядеть модно. Нужно было носить вещи правильных брендов, по последней моде и все такое. Не хочу показаться старой, но нынешние дети одеваются так, будто каждый день – это пижамная вечеринка. Я этого просто не понимаю. Но… я и не обязана. Это никому не вредит, так что нет смысла ругаться и заставлять ее переодеваться. Но тот факт, что она переодевается, чтобы пойти в кино с друзьями, когда там будет парень, который ей нравится? Это о многом говорит.

С подъездной дорожки раздается автомобильный гудок, и Мэллори с грохотом сбегает по лестнице, хватая с тумбочки в коридоре, ведущем в гараж, маленькую сумку через плечо. На ней облегающие синие джинсы, кремовый свитер с глубоким вырезом и ботильоны.

Она хватает толстую красную парку у задней двери и, натягивая ее, на секунду останавливается, чтобы поцеловать Морган в щеку.

— Буду к часу, отпишусь после фильма и буду вести себя хорошо.

— Хорошо провести время! — кричит Морган, когда Мэллори выходит за дверь. Как только дверь закрывается, она поворачивается ко мне. — Прости за ее неуместные…

— Не извиняйся, — перебиваю я.

Она качает головой.

— Иногда она слишком похожа на меня. Одна сплошная дерзость и никакого самоконтроля.

— Ты так говоришь, будто это что-то плохое.

Она не отвечает, собирая пустые коробки и бросая их в мусорное ведро. Моет руки. Протирает столешницы. Снова моет руки.

— Морган.

Вытирая руки во второй раз, она поворачивается и смотрит на меня.

— Ммм?

— Ты суетишься.

Она хмурится, открывает небольшой ящик и выдавливает лосьон на руки.

— Прости, что я делаю?

— Суетишься. Делаешь всякую ерунду либо потому, что о чем-то думаешь, либо потому, что нервничаешь.

Не глядя на меня, она подходит к стопке писем и поправляет ее.

— Ничего я не суечусь.

Я подхожу к ней сзади и беру ее за руки.

— Суетишься. Это очень мило. Но у меня есть другое применение для этих рук.

Она откидывается назад, прижимаясь ко мне.

— Ной…

Я отвожу ее руки назад и поднимаю над головой, она зарывается пальцами в мои волосы и поворачивается, чтобы прижаться своими губами к моим. Я целую ее – мягко, медленно, нежно.

Она улыбается, ее губы задевают мои. Затем я приподнимаю ее и усаживаю на столешницу. Она обхватывает меня ногами и притягивает к себе. На ней уютный наряд: толстые легинсы с флисовой подкладкой, толстые шерстяные носки, футболка с длинным рукавом и вязаный шерстяной кардиган.

— Ной, мне кажется, нам нужно кое-что обсудить.

— О-оу, — произношу я, поглаживая ее бедра. — Мне не нравится, как это звучит.

Она качает головой, играя с пуговицей на моем хенли с длинным рукавом.

— Нет, ничего такого. Просто… я… — Она замолкает и вздыхает. — Это о том, что произошло у тебя дома.

Я усмехаюсь.

— О какой именно части? — Я заговариваю снова, прежде чем она успевает ответить. — Шучу. Поговори со мной, милая.

Морган отводит взгляд, затем снова смотрит на меня.

— У меня проблемы с… этим.

— Можешь уточнить?

— Ной, да брось. Ты знаешь, о чем я.

— Да, знаю. — Я ловлю ее взгляд. — Но я не считаю, что здесь есть чего стесняться, Морган. Мы можем обсудить это прямо, как взрослые люди, верно?

Она соскальзывает со столешницы и отходит от меня, зарываясь пальцами в волосы.

— Об этом тяжело говорить, Ной.

— Тогда позволь мне начать. — Я следую за ней в гостиную; она тревожно расхаживает по комнате, не глядя на меня. Я позволяю ей мерить шагами пол, зная, что она слушает. — Я хотел опуститься между твоих ног, а у тебя явно есть с этим какой-то пунктик. И мне хотелось бы понять почему.

Морган поворачивается к камину – дровяному, пустому и чистому, которым никогда не пользовались. Ее плечи опускаются.

— У меня огромный пунктик на этот счет, Ной. И это связано с моим бывшим мужем. Какой шок, я знаю. — Пауза. — Это никогда не было его любимым занятием. Он… — Она качает головой. — Боже, как же это сложно.

— Я здесь. Я слушаю.

Шумный выдох, и она начинает снова.

— Я… я говорила тебе, что мне нравится… — она поворачивается, заливаясь румянцем. — Ну, ты знаешь.

Я подхожу и встаю рядом с ней.

— Прямым текстом, милая. Здесь только ты и я, никаких секретов, никакого смущения и осуждения.

— Мне нравится делать минет. Всегда нравилось. И я делала это для него… может, не очень часто, но достаточно. Я понимала, что ему не нравится опускаться туда, и никогда этого не ждала. Никогда не просила.

— Просто чтобы ты знал, это полная чушь.

— Мы четко оговорили это с самого начала, так что меня устраивала эта ситуация. Я делала то, что делала, потому что сама хотела. До аварии, как я уже говорила, у нас все было хорошо. По крайней мере, я так думала. Суть в том, что он изменился. Однажды мы… у меня был план как попытаться оживить наши отношения. Вернуть искру, понимаешь? — Морган делает паузу, обдумывая что-то. — Это было за месяц, может, полтора до того, как я с ним развелась. Все было плохо. Очень, очень плохо. Но я любила его и старалась. Я… я правда очень старалась, Ной. — Ее голос дрожит, слегка срывается, и она шмыгает носом, начиная снова, со слезами на глазах. — Мы достали вино и напились вместе, как в старые добрые времена. Я… взяла его в рот. Я… хотела завести его, а потом заняться сексом, но он… кончил. — Она морщится, глядя на меня. — Прости.