На том конце повисла секундная пауза. Затем голос девушки потеплел, приобретя те самые нотки уважения, которые она приберегала только для избранных:

— О, Елисей-сан. Чем обязана такому раннему звонку? Рада слысать вас голос.

— Мизуки, ты недавно говорила, что твой клинок находится в моем распоряжении, — начал я без предисловий.

— И я никогда не буду утверздать обратное, Елисей-сан, — ответила она.

— Что ж, мне нужен будет твой клинок. И твои навыки. Для очень важного дела, — я сделал паузу. — Приезжай, пожалуйста, в поместье Морозовых. Это не телефонный разговор.

— Поняла. Буду через полчаса, — бросила она и отключилась.

Я откинулся на спинку стула и прикрыл глаза. Адреналин, державший меня на ногах последние часы, начал понемногу отступать, уступая место чудовищной усталости.

— Я прилягу тут на диванчик? — спросил я, указывая на кушетку в углу лаборатории. — Надо хоть немного покемарить, иначе я просто сдохну от истощения, а не от яда.

— Да, конечно, Елисей Святославович, — засуетился Кирилл Матвеевич. — Я пока распоряжусь, чтобы вам принесли нормальную одежду. Ваш размер мы знаем. И, пожалуй, подготовлю душевую. От вас, уж простите, несет так, что у меня реактивы сворачиваются.

Я только благодарно кивнул, рухнул на кушетку и провалился в сон без сновидений.

— Эй! Хватит храпеть! Просыпайся, спящая красавица! Мизуки приехала! — меня в бок ударила чья-то нога.

Я дернулся, вскинул руку для формирования «Огненного шара», и едва не снес Мишке голову. Тот вовремя отшатнулся, выставив перед собой ладони.

— Воу-воу! Легче, терминатор! Это я!

Я с трудом разлепил глаза. Мышцы затекли, но благодаря регенерации чувствовались гораздо лучше. Я сел на кушетке, хрустнул шеей.

— Мог бы и помягче будить, — буркнул я, протирая лицо. — Сколько я спал?

— Минут сорок, — ответил Мишка. — Давай, дуй в душ, там отец шмотки оставил. И кофе сварил.

Через пятнадцать минут, смыв грязь, запах соляры и переодевшись в костюм из запасов Морозовых, я вернулся в главную зону лаборатории.

Мизуки уже была там. Как будто и не спала. Волосы собраны в тугой хвост, темная одежда облегала фигуру, ни единой лишней детали. Она сидела на стуле с прямой спиной и пила кофе из крошечной чашечки.

Увидев меня, она поднялась и слегка поклонилась:

— Елисей-сан. Вы выглядите… уставсим.

— Ночь была не из легких, Мизуки, — я подошел к столу и налил огромную кружку обжигающе черного кофе. — Присаживайся. Слушай внимательно.

Я снова, уже в третий раз за утро, обрисовал ситуацию. В отличие от эмоционального Мишки, Мизуки слушала молча. Ни один мускул на лице не дрогнул, когда я рассказывал про погребение заживо и про тварь Высшего порядка, гуляющую в шкуре аристократа. Лишь в глазах вспыхнул мимолётный блеск.

— Понятно, — произнесла она, когда я закончил. — Скорее всего, князь Преобразенский мертв, а его место занимает монстр. Так было с нацальником Клана Ночных Хищников. С тем самым, с которым вы расправились, Елисей-сан. Он тозе постоянно цто-то отпивал из заветной бутылоцки. Странно, цто господин Долгополый с ним в сговоре… Когда мы выступаем против них?

— Сначала нужно собрать информацию, — я сделал глоток кофе, чувствуя, как кофеин бьет по мозгам. — Нам нужно понять, как именно Преображенскому удается скрываться под маской человека? И как эту маску с него сорвать прилюдно? И ещё нам нужны данные из корпорации Долгополого.

Я развернул на столе голографический планшет Кирилла Матвеевича и вывел на него карту Москвы.

— Мы не можем быть в двух местах одновременно. Поэтому мы разделимся. Я пойду в поместье к князю Долгополому. А ты, Мизуки, проберешься на территорию его строительного холдинга.

Девушка чуть склонила голову набок:

— Моя цель?

— Выкрасть документы о делишках Фрола Терентьевича. По моим данным, которые мне успела слить одна секретарша, они находятся в личном сейфе князя на верхнем этаже. Информацию о сейфе и код я могу добыть чуть позже. Мне нужно будет пробраться на территорию поместья князя, найти его кабинет и провернуть небольшую операцию, чтобы он сам назвал мне этот код. Как только я его получу, я скину тебе сообщение. Ты вводишь код, забираешь бумаги и уходишь.

— Какого рода операцию вы хотите провернуть у князя? — нахмурился Кирилл Матвеевич, который всё это время стоял у стены, скрестив руки на груди. — Будете пытать его?

— Нет. Я хочу, чтобы он сам мне его назвал. Добровольно, — я усмехнулся.

— Но как вы это узнаете?

— Для этого мне и нужно проникнуть в его логово. Заодно я убью еще одного зайца: узнаю про зелье Преображенского. Возьму образец, и мы с господином Морозовым составим противоядие, чтобы вывести князя на чистую воду.

— У вас глобальные задачи, господин Ярославский, — покачал головой старший Морозов. — Но как Мизуки проберется в корпорацию? Это же неприступная крепость! У меня был там свой человек, бывший безопасник. Я могу его позвать, он расскажет про камеры, про слепые зоны…

— Даже так? — я удивленно поднял бровь. — Полезные у вас связи, Кирилл Матвеевич. Но не стоит рисковать вашим человеком.

— Вы уверены?

— Совершенно точно. Мне не нужен план. Я его и так знаю! — я подошел к доске и взял маркер. — Я был в здании Долгополого. Присутствовал на Совете Директоров в качестве представителя миноритариев. Я пошел туда не просто так, чтобы позлить Фрола Терентьевича. Я пошел туда с целью увидеть уязвимые места.

Я начал быстро чертить на доске схему холла, лифтовых шахт и коридоров верхнего этажа корпорации «Кормакс». Память старого охотника-ведаря, привыкшего выживать в лесах, работала безотказно. Когда я шел по их сверкающим мрамором коридорам, я не смотрел на картины и лепнину. Я смотрел на углы обзора камер. На частоту ротации патрулей. На магнитные замки.

— Вот здесь, — я ткнул маркером в схему, — перекрестный обзор двух камер. Но у них есть слепая зона в три секунды каждые две минуты, когда объективы расходятся. Вот тут, в вентиляционной шахте, нет датчиков движения, только тепловизоры. Мизуки, ты сможешь понизить температуру тела?

— Запросто, — кивнула японка. — Техника дыхания «Зимний лотос». Я стану холоднее окрузаюсего воздуха.

— Отлично. Тебе нужно будет только проскользнуть по этим переходам, затаиться в кабинете у начальства и ждать моего сигнала. Самое главное никому не попасться на глаза. Если тебя заметят, то отходи без боя. Жизнь важнее бумаг.

— Елисей-сан, — Мизуки слегка улыбнулась. — Уж что-что, а это я умею. Я буду тисе пыли.

— Ох, как я люблю, когда Елисей начинает свою игру! — Мишка потер руки в предвкушении. Его глаза загорелись азартом. — А какая задача будет у меня? Буду прикрывать тебя? Заморожу им всем задницы?

Я посмотрел на друга. Он был готов ринуться в пекло сейчас, в пижамных штанах и куртке.

— Михаил, твоя задача будет одной из самых ответственных, — серьезно сказал я. — Ты должен будешь довезти меня до поместья Долгополых. Найти неприметное место для парковки. И ждать, когда я выберусь обратно. С заведенным мотором.

Мишка разочарованно выдохнул. А вот Морозов-старший едва заметно кивнул.

— То есть… я просто водила? Елисей, ядрёна медь! Я маг льда! Я могу раскидать их охрану!

— С такой задачей, как обеспечение путей отхода, мало кто справится, –оборвал я его. — Если я буду выходить с боем, мне нужно знать, что на точке эвакуации меня ждет человек, которому я доверяю свою жизнь. Ты этот человек, Миша. Ты мой тыл.

— Может быть, мы тогда прикажем кому-нибудь из наших людей? — вмешался Кирилл Матвеевич. В его голосе зазвучала неприкрытая отцовская тревога. — У меня есть профессиональные водители-безопасники. Михаил еще молод для таких… операций.

Я усмехнулся и посмотрел на главу рода Морозовых.

— И вы хотите лишить своего сына возможности поучаствовать в авантюре, которая войдет в историю наших родов? Да он же вам этого никогда не простит!