– Дети ей не мешали, – отбрил Сергей. – Это было ее личное решение: закончить с блогом.

Он заявил это неожиданно жестко и резко. Я даже отшатнулась. А в голову закралось смутное подозрение, что не все было так сладко в их семейной жизни. И почему-то по губам скользнула легкая улыбка, которую я поспешила спрятать, отвернувшись.

Когда Сергей ушел, я переоделась в летящее воздушное платье, набросив поверх легкую кожаную курточку. Посмотрелась в зеркало, и стало не по себе, как будто увидела ту самую Катрину. Такая похожая фигура, черты лица… Да я даже волосы отпустила, лишь бы быть похожей на известную блогершу. Ведь сама казалась себе серой мышкой, ничего особенного, а вот Катрина… Еще бы! Она умела подать себя, вот и получила все. Популярность, прибыльный блог, мужчину мечты, детей-ангелочков… Я уткнулась лицом в ладони. Что я творю? Еще не хватало завидовать покойнице!

Тряхнув головой, я вышла за дверь. И вскоре такси уже везло меня по ночному городу к моей небольшой квартирке. Но там ждал сюрприз. Дверь оказалась незапертой.

Сердце часто-часто зашлось в груди. Я нерешительно шагнула в прихожую. Из кухни бил свет. И слышались шорохи.

Первой моей мыслью было броситься наутек. Вломиться к соседке бабе Маше, крича, что грабят, насилуют и дальше по списку. Позвонить в полицию, в конце концов!

«И что ты им скажешь? А, Риточка? – съехидничал мой внутренний голос. – Здравствуйте, дяденьки-полицейские, мой брат-балбес, возможно, украл ребенка, и теперь на нас охотятся бандиты! Так, что ли?»

Я сцепила зубы, убеждая себя, что совсем не боюсь. И двинулась вперед, захватив из прихожей тяжелую статуэтку. Шаги – тихие-тихие, как у кошки. Даже сердце – и то колотилось громче. Подкравшись к двери в кухню, я занесла статуэтку, готовая обрушить ее на бандита. И ринулась вперед.

Статуэтка выпала из рук. Оглушительный звон – и по полу разлетелись мелкие осколки. А я замерла, глядя широко распахнутыми глазами на Макса. Он стоял у шкафчика, достав коробочку из-под конфет, в которой хранилось все, что у меня было «на черный день». И вот похоже, он настал.

– Что происходит? – прошептала я, слегка покачнувшись.

Макс на секунду замер, словно только сейчас понял, что роется в чужой заначке. А потом с его губ сорвалось:

– Нужно бежать.

– Бежать? – мои глаза широко распахнулись. – Но куда?

– Мне нужно сваливать из города.

Я слегка пошатнулась, глядя на Макса. Кое-как добрела до ближайшего стула и рухнула на него. А взгляд так и остался прикован к коричневой коробочке из-под трюфелей.

Макс медленно поставил ее на стол. Братишка часто бывал у меня в гостях: то похлебать горяченьких-домашних супчиков, то завалиться спать на ночь на раскладном кресле. И конечно, знал, где у меня хранятся деньги. Я же доверяла Максу, как себе.

– А ты не мог мне хотя бы позвонить? А не влезать в квартиру, а потом исчезать вот так, не предупредив? – с горечью прошептала я.

– Чтобы меня засекли? С ума сошла?! – возмутился Макс, глядя на меня во все глаза, а потом вздохнул. – Сестренка… ты из-за денег, что ли? Да верну я тебе потом все.

Он подошел ближе, присаживаясь на корточки. Макс взял мои ладони в свои, заглядывая в глаза. Я со вздохом провела рукой по его волосам, ероша их, как маленькому.

– Макс, да при чем тут деньги? Я так волновалась, – почти простонала я. – Ты исчез и ничего не сказал. А теперь сбегаешь, оставляя меня одну. А если ко мне нагрянут бандиты? Я, вообще, не понимаю, как ты оказался во всем этом замешан… Тебя заставили? Заставили украсть ребенка?

– Это долгая история, – выдавил Макс.

Отведя взгляд, он отошел в сторону. Я вспылила, подрываясь на ноги. Мои волосы разметались, а в глазах загорелся злой огонек.

– Так объясни мне!

– А может, это ты мне все объяснишь? – так же недовольно обернулся Макс, сверля меня взглядом, жгучим и разочарованным. – Ты должна была сидеть там с мелким! И не высовыватья! А в итоге, оказывается, что ребенок – у отца. А ты спокойно разгуливаешь по городу. Может, это ты предала меня? И теперь с ним заодно? А потом еще спрашиваешь, почему я не позвонил! Как я мог тебе доверять после этого?

Я прижала ладони к груди, будто пытаясь защититься. Черт. Я и не подумала, как это все выглядит со стороны. Я медленно подошла к Максу, словно заходя в клетку к дикому зверю. Моя ладонь мягко легла на его плечо.

– Это неправда, – пробормотала я. – Просто Сергей… он не такой уж и плохой. Он попросил помочь ему с детьми.

– Нанял тебя нянькой, что ли? – озадаченно моргнул Макс.

Он внимательно смотрел в лицо, словно раздумывая, верить мне или нет.

– Вроде того. Не думаю, что он будет за тобой охотиться или что-то такое. Он вернул сына, для него это главное…

– Ты не знаешь его. Не знаешь этих людей и этот мир, – отрезал он, помрачнев. – Если я хочу спасти свою шкуру, то нужно убираться отсюда. А ты… похоже, он хочет подержать тебя на коротком поводке, чтобы понаблюдать. Убедиться, что ты ни в чем не замешана.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Макс… – голос дрогнул.

Я замерла, глядя на брата. Не понимая, как он умудрился вляпаться в такое. Сердце трепетало от страха, как у пойманной птички.

Макс расценил это оцепенение по-своему. Он одним шагом оказался рядом со мной и дернул мою сумочку. Все еще потерянная, я бессильно разжала пальцы. А Макс быстро выпотрошил ее на стол, выхватывая телефон. И силой сунул его мне в руки.

– Что? Хочешь позвонить ему? Сдать меня? – в светлых глазах загорелся вызов. – Давай, вперед! Будешь потом приходить на мою могилку? Когда твой ненаглядный прикопает меня в ближайшем лесу.

Хотелось по-детски вспыхнуть, что никакой Сергей мне не ненаглядный и вообще… Только бы Макс не смотрел на меня так разочарованно, как на предательницу, которая подвела, спуталась не пойми с кем. Но он уже психанул, ринувшись к двери. А я осталась на месте, прижимая к груди телефон. По щекам покатились слезы.

Хлопнула входная дверь. Макс ушел.

Я подбежала к окну. Его фигура еще мелькнула в свете фонаря. А потом скрылась в темноте.

– И как мне теперь возвращаться к Сергею? – прошептала я, прислоняясь лбом к холодному стеклу и закрывая глаза.

«Да как угодно! – зло одернула себя я. – Я должна защитить Макса. А для этого нужно расположить к себе Сергея. Если я буду паинькой и идеальной мамочкой, то ради детей он пойдет на все. И может, тогда я смогу замолвить словечко за брата, чтобы Сергей не затаскал его по судам… или еще что похуже».

Так и началась моя игра. Вернувшись к Сергею, я ни слова не сказала про Макса. И включилась в роль «лучшей мамы на свете». Играла, читала книжки, водила по магазинам игрушек… Даже завела разок в тот, где сама работала. Пока что я взяла бесплатный отпуск, но с удовольствием привела сюда малышей, и домой мы вернулись с огромным белым мишкой.

Сначала я боялась, что на детской площадке кто-нибудь из соседей наброситься на меня с осиновым колом, как на восставшего зомбяка. Но почему-то другие мамочки не реагировали, как будто я была невидимкой. Словно никогда и не было никакой Катрины в их дворе.

День за днем я спокойно проводила рядом с Кириллом и Таней, иногда ловя на себе взгляд Сергея. Такой пристальный и задумчивый, что становилось не по себе, а к щекам приливал румянец.

Хорошо хоть комнат в квартире было достаточно, и я жила в отдельной спальне. «Папочка начал ужасно храпеть. Хрюкать, как настоящий поросенок! С ним просто невозможно спать!» – соврала я малышам и хрюкнула для верности, а они рассмеялись, сразу мне поверив.

Но эта идиллия не могла продолжаться вечно.

Едой у нас занималась домработница, которая приходила убраться и оставить после себя кастрюли и сковородки с ароматной домашней едой. Но сидеть без дела я не привыкла, так что одним утром по кухне расползся аромат свежеиспеченных блинчиков.