Уже на середине его речи я окончательно смутилась, а мои глаза засияли от эмоций. Сердце сладко затрепетало в груди. Так что я чуть не пропустила мимо ушей последние слова. Губы чуть разомкнулись, но сказать ничего так и не посмела.

Он отступил на шаг, доставая из кармана пиджака бархатную коробочку. У меня перехватило дыхание, пока Сергей опускался передо мной на одно колено. На секунду он опустил взгляд. Точь-в-точь рыцарь среди всего этого антуража, преклонивший колено перед своей прекрасной дамой. А потом Сергей снова поднял лицо.

– Ты выйдешь за меня замуж? – негромко спросил он.

Такой бархатистый и чарующий голос… За ним можно было бы пойти на край света, а не только в ЗАГС! В первые секунды я просто забыла, как дышать. Только прикрыла ладонями лицо, глядя на Сергея широко распахнутыми глазами. Они заблестели от слез.

– Я… Да, конечно, да! – воскликнула я с сияющей улыбкой.

Сергей встал и осторожно взял мою руку. Так, словно она была хрустальной. Тоненькое золотое кольцо с аккуратными бриллиантами скользнуло на палец, как влитое. Я с улыбкой посмотрела на него, не веря глазам, а потом подняла взгляд на Сергея.

Он не сдержался и подхватил меня, кружа. Я засмеялась, запрокидывая голову. Волосы летели, словно по ветру, а огоньки свечей трепетали. Казалось, вот-вот они погаснут, и мы окажемся в полной темноте, но даже не заметим. Слишком счастливые. Слишком влюбленные.

После ресторана мы пошли гулять по ночному городу. Шумные улицы остались позади, и мы побрели по лабиринту узких улочек. Под фонарями кружились ночные мотыльки, кое-где мерцали вывески магазинов. Я посмотрела на свои руки. На заветное кольцо. И вместо ликования в душу начали лезть темные мерзкие демоны.

«А ведь когда-то он гулял так и с ней. С Катей. Своей невестой, а потом и женой. Когда-то он любил ее, – горько подумала я. – А теперь… может, нашел замену? Катя версии 2.0. Усовершенствованная. Более теплая, более домашняя, более… живая. Может, он ведет меня по тем же улицам, где когда-то целовался с ней! Они же тоже когда-то были счастливы. Так же, как и мы. А сейчас… просто повтор, копия, дежавю».

Я не выдержала. Остановилась. Сергей, державший меня за руку, непонимающе оглянулся.

– Как ты сделал предложение Кате? – голос предательски сорвался.

Я прикусила губу, чувствуя себя полной дурой, что порчу такой вечер. На глаза навернулись слезы, а сердце сжалось. Только бы не сказал, что точно так же, в ресторане!

Сергей стал передо мной, беря мои ладони в свои. Мы остановились прямо под фонарем, и теплый желтый свет вычерчивал каждую черточку на лице.

– Я знаю, что тебя тревожит, – Сергей серьезно посмотрел мне в глаза. – Я никогда не любил ее.

– Любил и любил, подумаешь! Зачем врать? Ты мстил за нее! – я рванулась, отдергивая руки. – Ты был готов на все, чтобы Егор поплатился за ее смерть!

Я отвернулась, скрывая невольные слезы.

– Потому что боялся за детей, – Сергей взял за плечи, снова разворачивая к себе, чтобы заглянуть в глаза. – И каждый день утешал Таню, которая хныкала, когда вернется мамочка. И прибегал к Кириллу, когда ему снились кошмары, что маму съели какие-нибудь монстры…‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Вы все равно были вместе! – я мотнула головой, зажмуриваясь, не желая видеть искреннего взгляда Сергея.

«Если я опять поверю ему, а он снова обманет, это разобьет мне сердце, – с отчаянием подумала я. – Уже окончательно».

Сергей медленно провел рукой по моим волосам, будто приручая. Я нерешительно подняла взгляд.

– Были. Мы подходили друг другу. Из одного общества, из одного теста. Наверно, мы неплохо жили вместе. Уважали и не мешали друг другу… – пожал плечами Сергей, а потом нежно поцеловал меня. – Но я никогда не испытывал к ней и доли того, что чувствую к тебе. Я люблю тебя, Рита. Только тебя. А не призрака из прошлого.

По телефону Макс идиотничал и просил, чтобы его подержали еще немного. Видно, кормили в больнице хорошо, а палата напоминала простенький отель с уборкой номера. Но врач сказал, что мой балбес полностью здоров. Так что ранним утром мы поехали его забирать. Сергей пошел переброситься парой слов с хозяином клиники, а я вытащила Макса на солнышко. Мы побрели по аллее, вдоль которой росли молоденькие липы. Теплые лучи играли на светлых, отливающих желтым листьях.

Макс сразу приметил мое кольцо, и пришлось все рассказать.

– Вау, да ты у меня теперь невеста крутого бизнесмена! – казалось, у него в глазах сейчас, как в мультиках, появятся значки доллара. – Имей в виду! Если будете играть свадьбу где-нибудь на Мальдивах, то чтобы отель пять звезд! И со шведским столом!

– Тебе лишь бы пожрать, братец, – по-доброму фыркнула я. – А чревоугодие – смертный грех!

Я жестом поправила невидимые очки, пародируя нашу учительницу – набожную бабульку, которая пророчила нам всем муки ада за невымытую доску.

– Каюсь, гореть мне в аду, – Макс драматично приложил руку к груди. – Надеюсь, что там будет шашлычок и куры гриль.

Мы рассмеялись. Просто и весело, совсем, как в детстве. Я взъерошила Максу волосы, а потом вздохнула.

«На каком этапе он перестал быть тем мальчишкой, которому я нарезала бутерброды, чтобы не забывал поесть в школе? – с горечью подумала я. – Как я упустила, что брат стал другим? Тем, кто был готов украсть деньги из моей квартиры. Тем, кто связался с бандитами и помог украсть ребенка. Как так получилось, что между нами появилась пропасть, и в итоге, я совсем его не знаю?»

– Макс, – посерьезнев, я посмотрела ему в глаза. – Я все тебе рассказала. И про то, как играла Катю, и все про Егора, и про нас с Сергеем… Может, теперь твоя очередь говорить? Как ты ввязался во все это?

Мы подошли к одной из аккуратных скамеек, которые были разбросаны то тут, то там во дворе клиники. Макс опустился на нее, широко расставив колени и свесив между ними руки. Я осторожно присела рядом на краешек, дожидаясь, пока брат соберется с силами.

– Ты же знаешь, я всегда хотел свое дело! Это по мне! Я же никогда штаны перед теликом не просиживал! И все делал, как в этих книжках по бизнесу. И вставал в шесть утра, и не читал ничего кроме этих… коучей, вот. И крутился среди богатых, деньги к деньгам, все дела… – разошедшись, Макс с досадой хлопнул себя ладонью по колену. – Я не хочу всю жизнь быть то охранником, то водителем, то мальчиком на побегушках! Не хочу и не буду!

– Да, ты всегда хотел большего, – чуть улыбнулась я.

Макс сейчас напоминал того мальчишку, который в детстве требовал купить ему весь ларек с мороженым. А мне вспоминались бесконечные бизнес-идеи. Провальные одна за одной. Но мой братец же не из тех, кто отчаивается.

– В общем, Толик с прошлой работы предложил купить автоматы с игрушками. Ну, вот эти, с клешнями, – Макс показал рукой, как цапает пальцами воздух. – И я занял денег у… у серьезных ребят. А в итоге, Толик смотался. И оставил меня одного с долгами. Давыдов помог мне по деньгам, но…

– Ты оказался должен уже ему, – догадалась я.

– Да. Он пообещал, что простит долг, но нужно было какое-то время поработать на него. По всяким… поручениям.

– И что он заставил тебя сделать? – похолодела я, готовая к списку всевозможного криминала.

– Украсть ребенка у твоего Сережи. А больше… больше я ничего не успел, – Макс повел плечами, словно ему стало зябко.

Я вздохнула.

– И не успел бы. Давыдов послал человека, чтобы убрать тебя, как только все пошло не по плану.

На минуту повисло тяжелое молчание. Макс замер, глядя в одну точку. У меня же перед глазами стояло его бледное лицо. В ту ночь, когда мы нашли его в больнице.

– Ну, теперь все позади, – сухо проронил он.

Я посмотрела на него, а потом несмело прикоснулась к руке. Макс повернул голову, и наши взгляды встретились.

– Макс, – умоляюще простонала я. – Ну, зачем тебе все это? Если ради денег… неужели я не помогла бы тебе? Зачем эти чертовы автоматы с игрушками, зачем…