Я со стыдом отвернулась, только бы не смотреть в глаза. Взгляд скользнул по разбитой витрине, крошеву осколков на полу… Полки с мягкими игрушками перевернули, и разноцветные мишки и зайки валялись под ногами.

Я бессильно опустилась на крохотный стульчик. Похоже, для больших кукол и игрушечных чаепитий. Я сейчас и чувствовала себя куклой. Одеревеневшей и просто тупо хлопающей ресницами.

– Ты еще поплачь мне тут, поплачь! Давай плати, милочка, или… или я не знаю, что я тебе сделаю! – Евгений Викторович побагровел от лысины до второго подбородка. – Я тебя по судам затаскаю.

– Я… я все верну, – голос предательски задрожал.

Я встала, дрожащими руками доставая из сумочки деньги. Большая часть была на кредитке, с собой взяла всего ничего. Перед глазами поплыло от слез. Я сама не поняла, как сумочка выскользнула из рук. А Евгению Викторовичу только в радость, как я картинно пала к его ногам, собирая купюры по полу.

– Да уж пожалуйста! Сначала пропадаешь не пойми куда, а потом оказывается, что она с бандитами спуталась! Может, и тряпки оттуда? Нашла себе «спонсора»?

Я и не заметила, как открылась дверь за спиной. Лишь услышала звук удара. Встрепенувшись, я вскинула голову. Евгений Викторович, пошатнувшись, ухватился за челюсть. От шока – еще и за сердце заодно. Он во все глаза уставился на Сергея, который прорычал, продолжая стискивать кулаки:

– Сейчас же извинись перед моей женой. Иначе сегодняшний погром тебе покажется детскими шалостями.

– Же-женой? Так я ж не знал…

Не обращая внимания, Сергей повернулся и протянул мне руку. Я встала с корточек, одергивая платье и смущенно бормоча:

– Сереж, не нужно, я…

Сергей недовольно глянул на то, как я прижимаю к груди сумочку и смятые купюры, готовая уже отдать все разом, только бы от нас отстали. Он качнул головой, доставая свои деньги. Взял ровно одну купюру, бросая под ноги Евгению Викторовичу.

– Этого на витрину точно хватит. Мы уходим!

Сергей перехватил мою ладонь поудобнее, вытягивая на улицу, пока я не начала извиняться. Ведь было действительно неловко за эту сцену. Еще за меня мордобой не устраивали!

«Но приятно же, Ритка?» – шкодливо подмигнул какой-то бесенок внутри.

Сергей потащил меня прочь по аллее небольшого парка. Сейчас был тот странный период весны, когда все деревья – вразнобой. Одни уже покрылись листьями, другие – еще в белой пенке цветов. В свете фонарей это выглядело красиво и романтично.

Правда, впечатление портило, насколько разъяренный мой властный герой. Он выглядел мрачнее тучи, крепко сжимая ладонь и не отпуская.

– Как ты здесь оказался?! – я попыталась упереться, затормозить, но по ощущениям, легче было оторвать руку.

– Проявил чудеса эрудиции! – огрызнулся Сергей. – Догадался, что если моя милая женушка посреди вечера прыгает в такси и сбегает, то что-то случилось. И нужно ехать следом.

На секунду внутри стало тепло и приятно. Ведь он переживал, позаботился вот. Но потом я ахнула:

– А дети?

Я и ойкнуть не успела, как Сергей резко развернулся. Налетел, прижал спиной к ближайшему дереву. Я повела лопатками, даже сквозь тонкую куртку чувствуя твердую шероховатую кору. Бежать некуда. По обе стороны – сильные руки Сергея. А прямо передо мной – его лицо со сверкающими злостью глазами. В гневе он напоминал древних богов из мифов. Суровых, опасных, но прекрасных в каждой черте мужественного лица.

– Дети? – ухмыльнулся Сергей. – Надо же! Ты вспомнила о них! Интересно, как бы я сообщил им, что тебя застрелили бандиты? Как тебе хватило ума поехать одной? А если бы это была ловушка, и тебя поджидали бы здесь?

Показалось, Сергей сейчас схватит за шкирку, как нашкодившего котенка. И носом натыкает во все глупости, которые я успела натворить. Но Сергей лишь впился пальцами в мои плечи, чуть встряхивая. Даже через одежду я почувствовала палящий жар его ладоней.

– Они искали моего брата. Просто так получилось, что заявились ко мне на работу… – начала было оправдываться я, но потом встряхнула волосами. – И вообще, я – свободный человек! Наша сделка не дает тебе права командовать мной!

Гордо вскинутый подбородок, горящие уверенностью глаза – мол, смотри, какая я сильная и независимая. Сергей лишь усмехнулся на это. Он придвинулся ближе, искушающе шепча мне на ухо, невыносимо пьяняще ведя губами по шее:‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Зато я сейчас без всяких прав затащу тебя в машину, переброшу через колени и…

Я и опомниться не успела, как Сергей замахнулся ладонью пониже моей талии. Несильно совсем, но мои щеки полыхнули румянцем от стыда. А ноги ослабели.

– Пусти! – зашипела я, вырываясь.

Сергей накрыл мои губы кончиками пальцев. Я послушно замолчала, понимая, что шутки кончились. Это было видно по тому, как опасно потемнели его синие глаза. Напомнили штормовое море.

– Ты лишилась права голоса, куколка, – горячо прошептал он, задевая мои губы своими. – Для детей устроили кукольный театр. Так что, пока спектакль не закончится, у нас есть пару часов. Точнее, у меня. Чтобы ты уяснила, что я запрещаю тебе так нарываться.

Мне и в голову не пришло сопротивляться, когда Сергей увлек меня в темноту. Фонари остались вдали, а он прижал меня к кованым черным перилам. За ними начинался овраг, внизу которого текла крохотная речушка. Так что пришлось довериться крепким мужским рукам, когда Сергей подсадил меня на перила.

Я вцепилась в его рубашку, притягивая ближе. По телу пробежала сладкая дрожь, стоило губам соединиться в долгом горячем поцелуе. Сергей точно наказывал им. Жадно. Ярко. Невыносимо. Когда не хватало воздуха, и казалось, вот-вот сойду с ума. Хотя… мы уже обезумели, как два зверя, набросившихся друг на друга.

Сминая мою одежду, Сергей спустил куртку с плеч. Но я не почувствовала прохлады. Неважно, что платье совсем тонкое и вверху на одних тонких бретельках. Я плавилась в уверенных касаниях сильных рук, чувствуя себя растопленным воском.

Сергей опустил меня на землю и резко развернул. Почти силой, одним рывком. Чтобы не потерять равновесие, я вцепилась пальцами в перила. И вовремя. Иначе ноги точно подкосились бы от поцелуев, которыми Сергей прошелся по моей шее сзади и по плечам. Я сразу ощутила, насколько открытое это платье на спине.

– Я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось… – прорычал Сергей.

– Почему? – я оглянулась через плечо, едва дыша.

Он перехватил меня за подбородок, покрывая лицо легчайшими поцелуями. По одному – на каждую фразу:

– Потому что ты нравишься мне. Твоя улыбка. Взгляд. Твой голос и смех...

Я прикрыла глаза под его поцелуями, но внутри стало немножко зябко от мысли: «Все, чем я напоминаю ему Катю?» И все же я не хотела останавливаться. Прекращать эту горько-сладкую пытку. А потому подалась навстречу Сергею, обвивая его шею руками. Сама вовлекла в поцелуй. Пусть я и просто замена, но сейчас я нуждалась в этом мужчине. Его сильных нежных руках, горячих ласковых поцелуях и бархатистом шепоте на ухо. В нем всем без остатка.

Тем временем детвора сидела в небольшом зале – соседним с тем, где проводилась выставка. Здесь находился маленький 3D-кинотеатр. Ряды диванчиков буквально на пятнадцать-двадцать мест. Они тонули в темноте, а лучи света были направлены только на экран.

Правда, сегодня вместо кино устроили представление с куклами-перчатками. Перед экраном поставили небольшую ширму с декорациями, из-за которой вылезали всевозможные звери вместе с улыбчивым Колобком. Каждая кукла была одета в пестрый костюм с множеством деталей. Даже на Колобка – и на того нацепили броскую зеленую панамку. В общем, постарались для детей «из золотых пеленок», которые уже видели все, что можно.

На удивление, малыши с интересом слушали, как Колобок раз за разом поет свою песенку. И каждый раз, когда ему удавалось уйти от очередного животного, детишки хлопали в ладоши вместе с редкими взрослыми – родителями, которые решили присоединиться посмотреть.