Антон, Лар и Марго шли через поле цветущих примул к Лучу Возрождения, и другие Флёрсарин появлялись рядом, вставали в линию и кланялись новому правителю. У Луча — этого странного вибрирующего ромба — Антон остановился и посмотрел сначала на Лара, потом на Марго.

— И что теперь?

— Поднимаемся туда, — сказал Лар, и действительно забрался к ромбу, встал так, как когда-то стояла Нина, и протянул Антону руку.

Тот принял её и тут же оказался рядом, лицом к лицу с ним.

— Марго? — Лар посмотрел прямо на неё. — Пришло время проверить нашу силу.

— Вашу силу? — не понял Антон.

Лар вздохнул.

— Ладно. Подожди, — он подмигнул Марго и объяснил. — Я наполовину человек. Знания, которые я получу от тебя, слишком сильны для моей половинчатой природы. Нет, сама информация ничего мне не сделает, но то, что внутри неё, и то, что ты, как человек, не можешь воспринимать так же как мы, вполне может убить меня.

Антон усмехнулся.

— И как это решит Марго?

— Она Флёрсарин, полноценная.

Антон рассмеялся, надеясь, что они скажут, что пошутили, но когда не увидел и тени улыбки на их лицах, уточнил.

— Серьёзно? Я знаю Марго с детства.

— Той, которую ты знал, больше нет, — бросила Марго, — та погибла при взрыве Ауро-эс, а я… — она распахнула руки в стороны, и её тело обратилось туманом, разлетевшаяся в клочья одежда собралась, формируя её гуманоидный облик в багровом плаще, с горящими рубинами глаз под капюшоном, — вот.

Антон не удивился. Он вдруг поймал себя на мысли, что после рассказа бабушки, его уже вообще мало что может удивить. А это даже закономерно.

— Теперь я знаю, почему, — ответил он ей, — и сейчас узнаете вы. Делайте своё дело.

Марго тоже поднялась к ним, Лар принял облик Флёрсарин, Антон прикрыл глаза и коснулся протянутых к нему ладоней. Луч Возрождения вспыхнул сотней разноцветных энергий, и поле примул, до самого края горизонта, везде, куда было видно глазу, замерцало цветущими примулами, засветилось и вспыхнуло заревом, знаменуя начало новой эры. Знаменуя начало нового дня.

Нина очнулась в медицинской капсуле «Пегаса» и долго лежала, глядя в потолок равнодушным безжизненным взглядом, потом нашла в себе силы посмотреть на сводку капсулы по здоровью, но так и не смогла на ней сфокусироваться — буквы и цифры плыли перед глазами, сливались и смазывались, будто на акварель пролили воду.

— Мари, — произнесла Нина, едва шевеля пересохшими губами, — что со мной?

— Нервное истощение, лейтенант, — сообщила МАРИ. — Вашему здоровью и здоровью ребёнка уже ничего не угрожает.

— Хорошо, — Нина и хотела бы отвечать эмоционально, но она словно забыла, как это делать. Забыла, как это быть живой. — Где мы?

— На КРИ «Новая Земля», адмирал собрала пилотов на совещание, вас не стали будить, чтобы процесс восстановления завершился.

— Прекрасно, открой капсулу.

МАРИ не ответила, зато капсула щёлкнула, и Нина с трудом села, потом попыталась встать на ноги и у неё с некоторой заминкой это получилось. Сердце болело, грудь сдавливало и дышать было невозможно, хотелось отвлечься, нужно было отвлечься. Нина добрела до своей каюты, старательно обходя капитанскую, надела свежий костюм и сразу отправилась на мостик, села в кресло первого пилота и взялась за штурвал. Хотела отдать МАРИ приказ, но вместо этого всхлипнула и склонила голову, опираясь лбом на штурвал. Слёзы хлынули из глаз.

— Лейтенант, что я могу для вас сделать?

Нина заставила себя успокоиться, вытерла рукавом лицо и выпрямилась.

— Заблокируй связь, выводи корабль со станции и уходи в прыжок по координатам, которые ты зафиксировала на «Извлекателе».

— Лейтенант. Вы уверены, что это разумное ре…

— Я не советуюсь с тобой, — огрызнулась Нина, — это приказ.

— Выполняю, — дежурно ответила МАРИ. — Старт через восемь секунд.

«Пегас» покинул посадочные платформы, вышел в открытый космос и исчез в экзо-пространстве вспышкой белого света. Аккурат в этот момент совещание адмирала прервалось экстренным оповещением.

— Что? — раздражённо бросила Кейт, активировав связь.

— Адмирал, «Пегас» покинул станцию. Это был ваш приказ?

Кейт ошарашенно переглянулась с Ричардом и Кристиной.

— Нет, не мой. Когда «Пегас» улетел?

— Минуту назад ушёл в прыжок.

— Почему отпустили? Почему не запросили подтверждение сразу? Почему не запросили разрешения капитана?

Голос диспетчера дрогнул.

— Пересменка, адмирал, ворота были открыты, техники гаусса покидали станцию, и «Пегас» проскользнул за ними. А капитан… он в зоне, в которой бортовая система считывает его показатели как слабые. Вероятно, компьютер «Пегаса» решил, что это достаточное основание, чтобы отвечать на приказы второго пилота без дополнительных запросов.

— Вероятно? — Кейт вздохнула и покачала головой. — Они сведут меня с ума Координаты прыжка можно отследить?

— Нет… — диспетчер совсем приуныл и, похоже, приготовился к отставке, но Кейт была не в настроении никого наказывать.

— Дайте связь с «Пегасом».

— Мы пытались, связь заблокирована пилотом.

Кейт выругалась одновременно с Ричардом — они посмотрели друг на друга и улыбнулись.

— Ничего страшного, я доверяю лейтенанту Леоновенс, — сказала Кейт, — продолжайте работу, пытайтесь наладить связь с «Пегасом» и по возможности ведите его, с остальным я разберусь, — она сбросила связь и усмехнулась. — Разберусь, только сначала поговорю с Чеховым, когда вернётся, о его поведении и о том, какого чёрта он в третий раз собрался умирать?

— В третий раз? — удивился Ричард.

Кристина нервно рассмеялась.

Отставка Октавии Асмирату прошла в присутствии представителей галактических Союзов и Флёрсарин, она призналась в ошибках своего отца, призналась, что слышала об этом, но не принимала во внимание, а так же сообщила, что не снимает вину со своего народа и потому уходит с поста главы Конфедерации, чтобы уступить место тем, кто более других его заслуживает. Представители нескольких галактических Союзов дали сводку и разрешение на использование новых планет в границах своих галактик для жизни оставшихся Ауро, а заодно и для Акустико — возрождаться Акустико по-прежнему не могли, но теперь у них была возможность жить на планетах, вблизи необходимой им звезды, а не кочевать на «Илларионе» подобно космическому мусору. Ауро заключили щадящий мирный договор, обязуясь продолжать поставлять технологии Конфедерации, но при этом отреклись от прежних своих идей и официально приняли необходимость удаления Аур-эсинада.

После наступил самый важный момент. Октавия Асмирату объявила нового главу Конфедерации, выбранного её личным решением и тайным голосованием Союзов — им оказался Лар. Никто этому не удивился. Флёрсарин перестали быть легендой: в равной мере справедливые и строгие они отлично подходили на должность правителей, их выбрали почти единогласно.

Лар вышел из зала заседаний на «Илларионе» и столкнулся с Марго. Он позвал её с собой, после того, как они закинули Антона Чехова на «Новую Землю», живого и невредимого, и был рад, когда она согласилась. Он хотел с ней поговорить, и то, что она никуда не улетела, многое говорило о её отношении к нему. Теперь между ними всё было возможно, всё, чего они только могли пожелать.

— Ты слышала?

— Да. Ты правитель Флёрсарин и глава Конфедерации. Полукровка, занявший трон.

— Так я для тебя полукровка? — он остановился очень близко и коснулся её лица.

Марго перехватила его руку и сжала её, заглядывая ему в глаза.

— Нет, — она тепло улыбнулась, — ты для меня бродяга с Реги с безумными идеями, требующими немедленного исполнения.

Лар хохотнул.

— Но я больше не бродяга. Будешь ли ты любить меня, короля Флёрсарин, главу Конфедерации, сможешь ли быть с таким как я?

— Ты и человек и душа, пока мы или люди или флёрсарин живём свою жизнь, ты раскрываешь свою душу миру, чтобы спасти его, и прячешь её, когда чувствуешь безопасность… Ты уникален, — сказала Марго. — Я люблю тебя любого, и мне всё равно, кто ты, и я смогу быть рядом, потому что этого хочу. Вопрос в другом. Сможешь ли ты любить меня. Меня не человеческую женщину с космической станции, а Флёрсарин. Ту, что носит багровый плащ и не подчиняется никому.