Мы шли молча. После... всего, слова казались лишними. Иногда его пальцы касались моей руки — случайно или намеренно, я не знала, но каждый раз от этого становилось теплее.

Джунгли сгущались. Воздух стал тяжелее. Нейроинтерфейс, прикрепленный к моему запястью, тихо пищал: «Кристаллы в 500 метрах восточнее. Биосигнатуры не обнаружены. Но будьте осторожны — местность не сканируется полностью.»

— Очень обнадёживающе, — пробормотал Саргон, его хвост подрагивал в воздухе, как антенна, улавливающая опасность.

Я наступила на ветку — хруст разнёсся слишком громко. В тот же миг его рука схватила меня за плечо, резко прижав к стволу дерева.

— Тихо, — прошептал он прямо в ухо.

Я затаила дыхание.

Сначала ничего. Только шелест листьев. Потом — шорох. Что-то большое, тяжёлое продиралось сквозь заросли.

Пушистик выбежал из зарослей, его огромные глаза светились в полумраке джунглей. Шерсть была взъерошена, а на морде — явное возбуждение.

— Где ты так долго пропадал? — сказала я и протянула к нему руку.

Но он лишь проурчал что-то неразборчивое, ткнулся мордой мне в ладонь и тут же рванул обратно в чащу, оставив нас в недоумении.

— Ну и ну, — фыркнул Саргон, его хвост дёрнулся в сторону, куда скрылся наш мохнатый друг. — Видимо, у него свои дела.

Мы переглянулись и без лишних слов двинулись дальше.

Дорога становилась сложнее — корни деревьев сплетались под ногами, лианы цеплялись за одежду, а воздух густел от влаги. Но через пару сотен метров джунгли неожиданно расступились, открывая…

— Вот это да, — прошептала я.

Мы замерли на краю поляны, не веря своим глазам.

Посреди диких джунглей, где даже следы пиратов казались бы неуместными, стояло... сооружение. Современное, с гладкими металлическими стенами, переливающимися под странным углом, будто отражая свет, которого здесь не было. Оно не походило ни на что человеческое — ни по форме, ни по материалам.

— Что за черт? — Саргон медленно обошел по краю.

Я шагнула ближе, осторожно протянув руку к стене. Поверхность была холодной, но не металлической — скорее, как полированный камень, только... живой. Она слегка пульсировала под пальцами, словно дыша.

— Это не наше, — заключила я.

— Очевидно, — Саргон склонил голову, разглядывая вход — не дверь, а скорее арку, заполненную полупрозрачной мембраной, мерцающей, как мыльная пленка. — Ладно, — Саргон выдохнул и первым шагнул к арке. Мембрана дрогнула при его приближении, но не сопротивлялась — он прошел сквозь нее, будто сквозь воду.

Я последовала за ним, зажмурившись в последний момент... ничего.

Я нажала ладонью на невидимый барьер, но он был плотным, как прозрачный поликарбон. Мои пальцы скользили по его поверхности, не находя ни щели, ни малейшей слабости.

— Не пускает, — сказала я Саргону и стукнула кулаком по барьеру.

Саргон, уже оказавшийся внутри, обернулся. Его брови сдвинулись, хвост резко дёрнулся вверх.

— Попробуй ещё раз, — бросил он, но я уже била в барьер всей ладонью.

— Не выходит!

Он подошёл к границе мембраны, протянул руку. Его пальцы легко проникли сквозь неё, но когда он попытался схватить меня за запястье, что-то щёлкнуло — и его отбросило назад, будто ударило током.

— Чёрт! — он встряхнул кисть, стиснув зубы.

Я отступила на шаг, рассматривая арку.

— Может, это биозащита? Пропускает только определённые ДНК?

— Или только тех, у кого есть хвост, — усмехнулся он, но в глазах читалось напряжение.

Я скрестила руки.

— Очень смешно. Что там внутри?

Саргон окинул взглядом помещение.

— Пусто. Почти. В центре — платформа с кристаллами. И… — он замолчал, прищурившись.

— И что?

— Теперь понятно, почему они стабилизированы, это сделали вручную, не природный процесс.

— Вручную? Это значит, что здесь кто-то есть. И это не местный обитатель, потому что разумных существ на Ксилон-7 нет!

Саргон медленно кивнул, его хвост напрягся.

— Кто-то прилетел сюда до нас. И, судя по всему, устроил тут лабораторию. Теперь понятно, кого зафиксировал твой нейроинтерфейс.

— Подожди, — я резко подняла голову, уставившись на Саргона. — Ты сказал, что нейроинтерфейс зафиксировал гуманоидное существо. Почему раньше не сказал?

Он не ответил сразу. Его хвост слегка подрагивал, глаза сузились, будто оценивая, стоит ли вообще говорить правду.

— Не думал, что это важно на тот момент, — наконец пробурчал он, отводя взгляд. — Да и неизвестно было, где оно.

— Не важно? — я чуть не задохнулась от возмущения. — На необитаемой планете, где нас уже пытались убить пираты и зеллоны, ты решил промолчать про ещё одного претендента на наши жизни?

Он открыл рот, но его тело напряглось, как пружина. Хвост резко взметнулся вверх, наконечник сверкнул в тусклом свете.

— Лера, — его голос стал низким, опасным. — Отойди.

Я обернулась — и сердце провалилось куда-то в пятки.

Из джунглей выходили зеллоны.

Не трое, не пятеро — целая стая. Их переливающиеся шкуры сливались с зеленью, светящиеся глаза мерцали, как звёзды в ночи. Они двигались медленно, но уверенно, окружая нас полукругом.

Саргон уже стоял в боевой стойке, хвост извивался за спиной, готовый к удару. Я инстинктивно потянулась к пистолету, но он резко мотнул головой: не надо.

И зайти в помещение мы не могли. Точнее, только я, но, естественно, Саргон не позволит себе оставить меня одну в такой ситуации. Он же обещал, что вытащит меня отсюда.

Я сглотнула. Пушистик, до этого прятавшийся в кустах, вдруг выскочил вперёд и зарычал, шерсть дыбом, но даже он не решался атаковать такую толпу.

И тут стая расступилась.

Из неё вышел зеллон — крупнее остальных, с шерстью глубокого изумрудного оттенка, испещрённой шрамами. Его глаза горели красным безумным цветом, а на шее…

— Ошейник? — прошептала я.

Металлическая полоса обвивала его горло, и встроенный в неё передатчик слабо мигал синим светом.

Зеллон-вожак сделал шаг вперёд.

И вдруг из динамика ошейника раздался голос. Искусственный, механический, но совершенно чёткий.

— Саргон-кай.

Его голос звучал холодно, безжизненно, словно просачивался сквозь слои искажённого сигнала. Но слово, которое он произнёс, заставило нас обоих замереть.

— Саргон-кай.

Я видела, как Саргон напрягся, его хвост дёрнулся, но в глазах читалось непонимание.

— Что? — резко бросил он.

Голос из ошейника зеллона продолжил, медленно, словно наслаждаясь моментом.

— Я так давно ждал этой встречи. И вот... наконец-то.

Я перевела взгляд с Саргона на зеллона, потом снова на него.

— Ты знаешь, что это значит? — прошептала я.

Он покачал головой, не отрывая глаз от вожака стаи.

— Нет.

Раздался смех.

— Как забавно. Ты даже не понимаешь собственного языка.

Саргон стиснул зубы.

— Что?

Я почувствовала, как по спине пробежали мурашки. «Собственного языка? Неужели он такой же, как Саргон? Один из его расы?»

Холодный механический голос продолжал сыпать оскорблениями.

— Такой как ты является ничтожеством. По всем правилам я просто обязан тебя убить. Интересно, как одиночка в изгнании смог прожить так долго?

Я растерянно перевела взгляд на Саргона. Его лицо было каменным, но в глазах читалось то же непонимание, что и у меня. «О чём он вообще говорит? Какое изгнание? Почему убить?» — вопросы крутились в голове, но внезапно меня охватила яростная злость. Как он смеет угрожать Саргону?

— Вы, должно быть, перепутали... — попыталась вставить я, но голос из динамика резко перебил меня.

— А тебе вообще не позволяли говорить, зверушка, — прозвучало с ледяным презрением. — Саргон... Тебя же так зовут? Какое мерзкое имя. Как ты опустился до самки не твоего вида? Неужели жизнь в изгнании лишила тебя остатков гордости?