Проснувшись, я увидел, что Романыч опять вырубился за столом. В комнате, кроме нас, никого не было, и я, кое-как встав на ноги, спустился в трактир, где были слышны звуки активной работы. Стук топоров и молотков, скрежет ножовки. Внизу всё ещё был бардак после боя, и я, перевернув и поставив на ножки стол и скамейку, устало присел, осматривая весь этот ремонтный процесс.

— Все здесь, — за спиной раздался голос Вольта. — Никто не ушёл.

Он присел напротив меня, поставив ещё одну скамью.

— Паук осмотрел тела. Рябой, с его слов, пропал. Тот, кто управлял тёмными, тоже не обнаружен. Наши вместе с Тимохой ушли на разведку в город, скоро должны вернуться. Стародуб с ними. Я распорядился — сейчас тебе обед принесут. В общем и целом ждём нашу разведгруппу.

Я благодарно кивнул. К нам подсел Один.

— Братия, мы сегодня заканчиваем. — Он обвёл руками помещение. — И у меня токмо один вопрос… — Он на секунду замолчал и продолжил: — Что далее?

Один внимательно посмотрел мне в глаза.

— Мы сурьёзно покусали Орден. А у них ещё есть силы, не сумневайтесь.

— За свою обитель не переживай, — ответил за меня Вольт. — Наверху мы установим две огневые точки. Больше осады не будет. Размолотим их на подходе.

На улице послышался звук машины.

— А вот и разведка.

В трактир первым зашёл Сварог и, махнув нам рукой, поднялся наверх.

— Накрылся обед медным тазом, — сказал я, ни к кому не обращаясь, и последовал за ним.

В комнате за столом все не уместились. Растолкав Романыча и расположившись кто где, молча стали слушать командира.

— Новости не очень хорошие, — начал он доклад. — Как говорилось в нашем мире в одном фильме: «Мы накануне грандиозного шухера». С момента вашей разведки — мне Тор доложил, как всё там было, — многое изменилось.

Тимоха важно кивнул.

— Весь состав противника переместился за стены Кремля. Появилось до десяти броневиков — таких же, как те, что участвовали в штурме трактира. Точный подсчёт не представляется возможным, так как не видно, что происходит за крепостной стеной. Самая плохая новость: появились «Гончие». Это значит, что где-то присутствуют и Пастыри. Враг копит силы, и времени этому миру осталось немного, если мы не уничтожим угрозу на корню.

При словосочетании «этому миру» две пары глаз удивлённо уставились на командира.

— Да, друзья, — ответил он на немой вопрос Одина и Тимохи. — Мы не из этого мира и уже пережили пришествие тёмных. Хотя «пережили» — это мягко сказано. Скорее выжили. Причём не все. Большая часть мира уничтожена. Поэтому я не хочу, чтобы ваш мир стал таким же, как наш. Мёртвым.

Он замолчал. Слово взял Вольт.

— Один, — обратился он к хозяину трактира. — До войны, кроме биооружия, разрабатывалось ли что-то ещё?

Видя, что его не понимают, он перефразировал вопрос:

— Помимо болезней, было ли ещё что-нибудь?

— Поговаривают, что были бомбы, — ответил тот. — Такие, что могут огнём уничтожить всё живое на большом расстоянии. Токмо я это слышал от пьяных орденцев, останавливавшихся в трактире.

— Есть ракеты, — подал голос Паук. — Даже нам запрещено приближаться к местам, где они хранятся. Я как-то от нечего делать читал старые книги, которые уцелели в нашей обители. И документы кое-какие попались в руки. Кто-то старательно спрятал их в одной из книг. Так вот, там было указано, где находятся три точки запуска и управления ракетами.

— А вот это интересно и может нам очень пригодиться в борьбе с нашим врагом, — ответил командир.

— Расстояние до ближайшей, — продолжил Паук, — вёрст десять. Но есть одно непреодолимое препятствие — город. Его никак не обойти. Три группы, как следовало из того же документа, что я нашёл, были отправлены туда и не вернулись. Причина неизвестна.

— А почему город нельзя обойти? — поинтересовался Вольт.

— Его практически окружают пустоши, тянущиеся на многие километры. Там были массовые удары с применением биооружия. Так что путь один — через город.

— Так. — Сварог задумался и начал размышлять вслух: — Нас здесь сейчас семеро, знакомых с нашим оружием. Плюс Паук и Романыч. Нам нужно постоянное наблюдение за тёмными, нужна оборона трактира и нужен разведотряд для поиска баллистических ракет.

Командир встал из-за стола.

— Первое: оставляем здесь Бабку с бронёй. С тебя, — он показал на нашего мехвода пальцем, — обучение Одина с сыном работе на пулемётах и, соответственно, оборона данной точки. Второе: Юра, ты — на разведку к тёмным.

— Возьмите туда моих двух разведчиков, — подал голос до этого молчавший приглашённый на совет Данило. — А я, пожалуй, напрошусь с вами. Мне тоже знакомы те места. Взамен предлагаю все результаты по заражённым из бункера. Имею такие полномочия.

— Так, — вновь произнёс Сварог. — Возражений не имею. Юра, ты старший. Стародуб — с нами. БК мы завезли. Экипируемся — и на выход. Времени у нас мало.

— А почему не на броне? — поинтересовался я.

— Здесь она нужнее будет, — ответил командир. — Да и неизвестно, где мы проедем, а где нет, ввиду отсутствия здесь дорог. БТР взять не смогли: там, на базе, у нас тоже намечаются проблемы, но с имеющейся сейчас техникой, оружием и людьми они решаемы.

Я молча кивнул, выслушав этот монолог, и пошёл собираться. Романыча оставили с Бабкой на хозяйстве.

Вскоре наша группа, состоящая из Сварога, Вольта, Гарика, Иловайского, меня, Стародуба и Паука, выдвинулась в путь. Паук сразу повернул к городищу, где наши уже побывали на приёме у губернатора. Но повёл нас не через город, а свернул по полевой дороге прямиком в лес.

Шли, наслаждаясь живой природой: сначала по полевой дороге, потом свернули на еле заметную тропу. Запах леса одурманивал, тут и там мелькали белки. Пение птиц оглушало.

Вскоре мы вышли к избе, стоящей на опушке леса. С резными ставнями и узорами она будто сошла со страниц сказок. Стародуб вышел вперёд и постучал в дверь.

— Яга, открывай!

Я опешил.

— Баба-яга?

— А то ж, — ответил Данило. — Ворожея наша.

Он снова стукнул по двери, и она отворилась внутрь. Вопреки моему представлению, за дверью стояла не карга, а вполне миловидная женщина средних лет, одетая в бело-красный сарафан и подпоясанная широким поясом с вышитыми на нём символами.

— Данилка? — удивлённо спросила она бархатным голосом. — Ждала я воев в гости, а пришёл не вой и не купец — врун и на дуде игрец.

Голос Яги завораживал, и вся группа стояла молча, глядя на сказочного персонажа, который на героя сказок вовсе не походил.

— Ягуля, хватит мудрить тута, — ответил ей Стародуб. — Негоже гостей в дверях держать. Напои, накорми.

— И рядом с собою спать уложи? — продолжила за него женщина. — Нашёл дуру. Я на твои игры не поведусь боле. А вы заходьте, гости дорогие. Хлеб-соль. Ждала я вас.

Она посторонилась, и мы зашли в большую комнату избы. Снаружи дом казался меньше. Здесь была большая дровяная печь, на которой возлежал мужчина. Абсолютно лысый, даже без бровей. Одет он был в серую, тоже домотканную рубаху и широкие штаны.

— Вставай давай, — велела женщина, пихнув его. — Знакомьтесь: Кощей.

— Бессмертный? — Моему удивлению не было предела.

— Почему бессмертный? — удивился тот. — Обычный я. Кощей Родович, брат Ягули.

По центру комнаты стоял длинный стол со скамьями, на одну из которых я и приземлился, испытав некий культурный шок. Судя по лицам команды, они тоже не знали, как себя вести с легендарными личностями. Ну, кроме Паука и Стародуба. Эти двое, заведшие нас в логово сказочных персонажей, и в ус не дули.

— Так, — очнулся от морока Сварог. — Товарищи Яга, Кощей и Стародуб, давайте теперь поподробнее. Что за «Избушка, избушка, повернись ко мне передом, а к лесу задом»?

— Что? — не поняли его хозяева дома.

— Ладно вам. — Данило махнул на них рукой. — Ребята совсем не местные. Давайте-ка расскажем, кто вы есть.

— Это, — начал он рассказ, — сотрудники лаборатории нашей обители.