Тем более и мотивация имеется. Большая такая, зубастая. От вида которой только и остаётся, что замереть да молиться Пределу, чтоб не в её вкусе оказаться.

И похоже, Сила не осталась безучастной, услышала меня!

Тварь фыркнула в моём направлении, да, развернувшись, отправилась в сторону, противоположную той, куда я собрался. Чему и занялся, также фыркнув Зверю вслед. А в придуманном плане действий отметку сделал, что место для будущего отдыха следует подбирать и готовить заранее, с учётом неизвестных опасностей. Тем более, что привалы точно предстоят — девчонки падали далековато от моей точки, и за короткое время добраться до них никак не выйдет, если только крылья не отрастить.

По мере удаления от озера местная флора претерпевала значительные изменения. Если у воды по большей части густо росли невысокие кустарники да деревья, то чем дальше, тем более могучими и редкими они становились. И всё стояло вперемешку — лиственные и хвойные представители растительного царства. Редкость же их была мне на руку — обзора больше, шансов нарваться на неприятности меньше. Но, конечно, шансы далеки от нулевых — даже обычные животные отлично умеют маскироваться, что уж говорить о Зверях со способностями.

Отдельно радовало, что временем суток в дороге я не ограничен. Раз это Аномалия закрытого типа, то смены дня и ночи здесь можно не ожидать — за местное светило та синяя громадина, остающаяся за спиной и заливающая всё вокруг своим резким и ярким светом. Так что по времени для отдыха стоит ориентироваться лишь на собственные силы, в ноль которые высаживать никак нельзя, помня золотое правило выживания: «А вдруг?».

Как рассказала старшая Ферона на одной из лекций, на данный момент выделяют три типа Аномалий: открытая, закрытая и спящая.

Под Академией находится закрытый тип, то есть изолированная от внешнего, то бишь нашего мира. Определить такие Аномалии легче лёгкого: чаще всего делается это по небу — оно у них своё, наши привычные звёзды отсутствуют, в том числе и главная — Солнце. Кроме того, могут отличаться и законы природы, как та же великая гравитация или течение времени. Вот из-за этого и случилась та несостыковка между сроком прохождения Испытания и реально прошедшим временем. А ещё бытовало предположение, что закрытые Аномалии — это осколки иных миров.

Аномалии открытого типа, как и следует из их названия, противоположны вышеописанным. Они — плоть от плоти нашего мира, их границы зачастую совершенно незаметны, просто в какой-то момент осознаёшь, что окружающая действительность странно изменилась, неуловимо или весьма. И природные законы там не будут сильно отличаться от привычно-обыденных.

И спящий тип — самое простое и незаметное. До Расширения Зоны никто знать не знает, что где-то рядом находится Осколок. Люди живут себе обычной жизнью, а потом — бац! — и теперь там пробудившаяся Аномалия, ставшая открытой или закрытой.

Потому-то столь необычное приземление и стало возможным, тогда как в открытом типе от моей тушки только красно-белая лепёшечка неаппетитного вида осталась бы.

Помимо изменения флоры, менялась и опора под ногами. Песок сменился сперва одуряюще пахнущим чернозёмом, а затем и вовсе пошла каменистая поверхность. И это был мой сознательный выбор — топал не просто в направлении падения девчонок, а ещё и к ближайшему возвышению-холму. В плане действий первым пунктом значилось забраться как можно выше да разведать округу максимально возможно.

Достигнув цели, приступил к осмотру, дополнительно забравшись на одно из деревьев. Кстати, зон отчуждения, как у подземного озера, не встретилось ни одной. Сплошь обычные, безопасные деревца, но очень древние — судя по могучим стволам и обилию мха. Безопасные — это прекрасно, ведь значит, что на одном из этих представителей высших растений при случае и устрою привал. Если не повезёт найти что-то типа расщелины. Возраст деревьев вновь наводил на размышления о временных несостыковках между годом Пришествия Предела, представшими картинами здесь и мёртвым городом где-то внизу. Как тут не согласиться с идеей об островках иных миров?

Смотреть в направлении синего светила, как и в подземелье, было нестерпимо, так что пришлось окрестить то направление условно изученным и перенаправить всё внимание другие направления, которые принесли новые открытия.

Руины. И не одни, а в доступном секторе насчитал аж четыре. Что-то вроде за́мка-цитадели в количестве двух штук, громадной башни-шпиля и города странноватого вида. Вот вам и ещё пища к тем размышлениям о несостыковках. Откуда могли взяться подобные сооружения?

Взять, к примеру, цитадели. Одна — Белая, вторая — Чёрная. Полные противоположности друг друга.

Первая, дюже гротескная, возвышалась, словно болезненный нарост на коже. Стены её даже на расстоянии не выглядели прямыми — изгибались неестественно плавными складками, будто вылеплены из гигантских гор воска или выложены кусками застывшей плоти. Местами очертания воспринимались настолько неприятными, что непроизвольно хотелось скривиться, а сердцу — сжаться. И башни сооружения не стремились гордо в небо, а извивались, увенчанные чем-то вроде костяных шипов или окаменевших щупалец. Может, и впрямь из костей, что белому и соответствует.

Вторая цитадель, как и сказал, абсолютная противоположность — стремительная, агрессивная и бездушная квинтэссенция стихии разрушения. То, что там впивалось в небо, язык вообще не поворачивался назвать башнями. Ближайшая ассоциация — исполинские лезвия. Зазубренные, тёмные. И всё остальное в ней было под стать — настоящее насилие над самой идеей округлости. Она казалась вбитой в плоть мира гигантским молотом. И так же, как и Белая, воспринималась осколком иной, чуждой реальности и логики. А ещё её чернота была не отсутствием света, а активным его поглощением.

За город ничего более конкретного сказать не получалось, кроме его странности, — слишком далеко. Только, что при виде него возникало ощущение некой неправильности, но то и про цитадели верно.

Ближе же всего к известному месту падения других «забывашек» находилась Тёмная Башня — величать её тоже решил заглавно, как и Цитадели, слишком уж они все внушали даже на большом расстоянии. Громада Башни за малым не пронзала местные облака, которые оказались ниже, чем думалось как в момент падения, так и в первые мгновения после него. А вот конкретные детали её архитектуры с текущего расстояния разглядеть не получилось. Будто какое-то тёмное марево постоянно искажало её черты.

Но уже сейчас понимал, что иного пути для меня нет. Если девчонки выжили при приземлении и выживут впоследствии, то наверняка двинутся в сторону такого ориентира. К тому же где, как не там, искать выход — новую пелену-портал? Только среди наследия чьей-то разумности. Ну а мотивирующие приключения для преодоления барьера в памяти по поводу Воплощения стопроцентно встретятся по пути.

И к этим испытаниям стоило подготовиться как следует.

Тем более у меня есть настоящий «рояль в кустах»! Не воспользоваться которым — самый настоящий грех. Так что, если бы не родименькая паранойя, то обязательно воскликнул вслух, не особенно стесняясь:

— Безымянный пояс-артефакт, я выбираю тебя!

Но безопасность — наше всё, так что сдержался, не издал ни звука и скользнул в хранилище за своим набором выживания. Что же до безымянности, то, в отличие от артефакта Микта, мне никто не сообщал название пояса, а сам что-то пока так и не придумал. Но обязательно исправлюсь! Если выживу.

«Набор выживания» — это, конечно, очень громкое название. Всего комплекта — нож да те части формы Академии, что и подразумевались к ношению вне её стен. Ещё в набор входило немного еды, которую удалось натаскать из столовки в артефакт, после того как опытным путём подтвердил доставшееся ранее знание, что она не портится внутри. Доставать её сейчас, естественно, не стал. Кроме пищи в артефакте также находились и другие полезности, что не были связаны с Академией, а пришли со мной — тот же кремень, остатки невероятной бечевы и прочее по мелочи. Чего-то более полезного раздобыть за время, проведённое в стенах учебного заведения, не удалось — неоткуда.