Мой взгляд заметался по подворотне в поисках хоть чего-нибудь, что можно использовать как оружие. И тут я ее увидела!

Она лежала возле переполненного мусорного бака, поблескивая в лунном свете. Чугунная. Тяжелая. С удобной, основательной ручкой. Сковородка. Орудие возмездия всех оскорбленных домохозяек. Идеально!

Схватив ее, я почувствовала, как в меня вливается уверенность. Это было не какое-то там эфирное плетение заклинаний. Это был фунт чистого, неочищенного чугуна. Весомый аргумент в любом споре.

Вход в подворотню заслонила тень. Дамиан. Он медленно вошел, его алые глаза сканировали темноту. Он меня еще не видел.

Я затаила дыхание, прижавшись к стене. Он сделал шаг, другой. Вот он, шанс!

Выскочив из тени с боевым кличем, который больше походил на визг испуганного поросенка, я раскрутила сковородку, вкладывая в удар всю свою панику, злость и обиду за испорченный вечер.

ДЗЫНННННЬ!

Звук получился великолепный. Глубокий, музыкальный, с нотками колокольного звона и легким оттенком сотрясения мозга. Сковорода встретилась с головой Дамиана с такой силой, что, кажется, на мгновение искривилось пространство.

Его алые глаза изумленно моргнули, а затем медленно закатились. Хищная гримаса сменилась выражением глубочайшего удивления, словно он внезапно постиг все тайны вселенной и они ему не понравились. Он качнулся, как срубленное дерево, и с глухим стуком рухнул лицом на асфальт.

Я стояла над ним, тяжело дыша, сжимая в руке дымящуюся сковородку. Тишина.

Но тут из-за угла высунулась голова того самого гнома-пивовара. Он с восхищением посмотрел на поверженное тело, на меня, на сковородку в моей руке, и одобрительно крякнул.

- Вот это я понимаю, мертвая хватка! - пробасил он и показал мне большой палец. - Записываюсь к вам первым клиентом! Мою жену кто-то подменил доппельгангером! Она перестала ворчать, когда я прихожу поздно! Поможете?

Я тупо смотрела на гнома, потом на распростертого Дамиана, потом на чугунный аргумент в своей руке. Мозг отказывался обрабатывать информацию. Первый клиент. Доппельгангер. Не ворчит.

- Э-э-э…- все, на что меня хватило.

Тело у моих ног дернулось. Я инстинктивно замахнулась сковородкой для второго раунда, но Дамиан не вскочил. Он медленно, с кряхтением перевернулся на спину. Алые огни в его глазах погасли, сменившись привычным, слегка затуманенным взглядом.

- Лика? - пробормотал он, морщась и ощупывая голову. - Что… что произошло? Голова раскалывается, будто по ней…

Он наткнулся взглядом на сковородку в моей руке. Его брови поползли на лоб.

- О!

- "О"?! - взвилась я. - Ты чуть не откусил мне голову! Ты гонялся за мной по всему кварталу, распугал половину города и искупал орка в фонтане!

Я зарычала и снова подняла сковородку.

- Ладно-ладно, понял, молчу! - он примирительно выставил руки. - Я ничего не помню. Последнее, что было в голове - мы получили лицензию, и я был так счастлив…

- А потом ты решил отпраздновать, выбрав в качестве закуски мои мозги! Я ну марш домой! Живо!

Дамиан смерил гнома тяжелым взглядом, от которого тот сразу сдулся и спрятался обратно за угол. Затем он снова посмотрел на меня, на сковородку, и на его лице отразилась вселенская скорбь.

- Лика, ты ударила меня... кухонной утварью. Мое достоинство, моя репутация все втоптано в эту грязную брусчатку. Вместе с моим лицом.

- Твое лицо и так мертвое, не драматизируй! - отрезала я, хотя сковородку на всякий случай опускать не стала. - А достоинство ты потерял, когда пытался закусить орком в гавайке. Вставай, пошли отсюда, пока городская стража не решила, что мы тут устраиваем кулинарное шоу с элементами реслинга.

Кое-как, постанывая и держась за голову, Дамиан поднялся на ноги. Он отряхнул остатки некогда шикарного костюма и с горечью вздохнул.

- Я чувствую себя... униженным. И у меня во рту привкус чугуна и разочарования.

- Это пройдет. А вот дырка в моей голове от твоих зубов прошла бы не так быстро! - прошипела я, подталкивая его в спину. - Шевелись, ходячая катастрофа.

Мы двинулись по опустевшим улочкам в сторону нашего дома. Я шла сзади, держа сковородку наготове, как скипетр власти. Дамиан брел впереди, понурый и жалкий. Тишину нарушало лишь его скорбное сопение и мое тяжелое дыхание.

Глава 12

Вчерашний день с его безумными погонями и разоблачениями остался позади, а впереди маячила вполне реальная перспектива - превратить эту заброшенную прачечную в штаб-квартиру нашего с Дамианом детективного агентства.

Звучит солидно, не правда ли? На деле же это означало одно: генеральная уборка.

Я, вооружившись шваброй, как боевым посохом, и ведром с подозрительно мутной водой, вела наступление на грязь. Дамиан, мой личный зомби из прошлого, с энтузиазмом, достойным лучшего применения, отдирал со стены плакат с выцветшей девицей, рекламирующей мыло трёхсотлетней давности.

- Лика, взгляни! - гордо произнёс он, демонстрируя чистый кусок стены. - Ещё пара усилий, и это место обретёт былое величие!

- Дамиан, его "былое величие, - это горы чужого грязного белья. Давай стремиться к чему-то более вдохновляющему, - пробормотала я, выжимая тряпку. - Например, к отсутствию паутины в углах.

Он смущённо кашлянул и вернулся к работе. Надо отдать ему должное: для ходячего мертвеца он был на удивление трудолюбив. И силён. Пока я воевала с одним пыльным стеллажом, он играючи перетащил в угол три дубовых шкафа, которые, казалось, вросли в пол ещё при царе Горохе.

Солнце уже клонилось к закату, когда мы, наконец, расчистили достаточно места, чтобы можно было дышать, не опасаясь вдохнуть мумифицированного паука. Я устало плюхнулась на старый диван, который мы решили оставить. Пружины протестующе заскрипели.

- Ну вот, - выдохнула я, оглядывая плоды наших трудов. - Неплохо для начала. Теперь можно и домой. Завтра продолжим.

Дамиан, стоявший у окна, не двинулся с места. Он задумчиво смотрел на улицу, где зажигались первые фонари.

- Я, пожалуй, останусь здесь, - тихо произнёс он.

Я замерла.

- В смысле, "останусь"? Переночуешь? Ну, если хочешь, диван, конечно, в твоём распоряжении, хотя не уверена, что твоя спина скажет тебе спасибо.

- Нет, - он обернулся, и на его обычно невозмутимом лице промелькнуло что-то похожее на смущение. - Я буду здесь жить.

Мои брови взлетели куда-то в район чёлки. Я даже привстала.

- Жить? Здесь? Среди вековой пыли и призраков несвежих носков? Дамиан, ты в своём уме? Тут даже кровати нет!

- Я найду, где прилечь, - упрямо ответил он, избегая моего взгляда. - Это не проблема.

- Да проблема не в этом! - всплеснула я руками. - Почему ты просто не можешь вернуться ко мне? У меня есть гостевая комната, диван поудобнее и, о боги, горячий душ! А ещё как же твои....Ммм..особенности? Кровожадность например?

Он наконец посмотрел на меня. В его глазах плескалась такая серьёзность, будто он собирался объявить о начале войны.

- Здесь достаточно мяса. Ты затарила весь холодильник. Уже забыла? Лика, мы не можем жить на одной территории.

Я моргнула. Раз. Другой. Кажется, я что-то упустила.

- Это ещё почему? Боишься, я ночью украду твою последнюю рубашку? Или ты снова стал храпеть, как раненый грифон, и стесняешься?

- Это… неприлично, - с трудом выдавил он, и его бледные щёки, клянусь, едва заметно порозовели. - Мужчина и женщина, не связанные узами брака, не должны делить кров. В моё время за такое могли вызвать на дуэль.

На несколько секунд в помещении повисла оглушительная тишина, нарушаемая лишь скрипом старых половиц. А потом я не выдержала и расхохоталась. Громко, до слёз, до колик в животе.

- Ох, Дамиан! - выдохнула я, утирая слёзы. - Ты сейчас серьёзно? Дуэль? Триста лет назад? Милый мой, за последние триста лет столько всего изменилось! Сейчас люди живут вместе, даже не планируя жениться. Иногда даже с котами. А у нас с тобой, на минуточку, чисто деловые отношения!