Он усмехнулся, и мы вместе направили мою силу на Ведьмака. Алые языки пламени и тьма столкнулись, воздух загудел, а я подумала, что, может быть, в следующий раз стоит выбрать профессию поспокойнее. Например, флориста. Хотя… с моим везением даже цветы бы оживали и пытались меня укусить...

Я ожидала, что моя магия и огни ударят по Мортеусу, как молния по одинокому дубу. Но вместо этого произошло нечто совершенно идиотское. Мой удар не взорвал Ведьмака, не испепелил его и даже не превратил в жабу. Он просто… погасил его. Как свечку. Черный плащ Мортеуса обвис, горящий взгляд потух, а сам он с тихим "пуф" осел на пол, превратившись в кучку пепла и очень безвкусный амулет в виде черепа...

Наступила тишина. Валериан опустил крышку от бочки. Фиалка зависла в воздухе, удивленно хлопая ресницами.

- И это всё? - разочарованно протянул Валериан. - Я думал, будет финальная битва, спецэффекты, эпическая музыка… А он просто сдулся.

- Экономия бюджета, - фыркнула я, чувствуя, как ноги подкашиваются от усталости. - Не всем же быть злодеями класса «люкс».

Дамиан сделал шаг ко мне и подхватил меня под локоть, не давая упасть. Его рука была точно теплой. По-настоящему теплой!

- Ты как? - спросил он, и в его голосе звучала неприкрытая забота.

- Как выжатый лимон, который потом еще и потоптали, - честно призналась я. - Но жива. И голодна. Я серьезно насчет пиццы.

Он посмотрел на меня, потом на свою грудь, где еще мгновение назад чернел знак проклятия. Теперь там была лишь чистая кожа. Он коснулся этого места, словно не веря, и на его лице отразилось такое облегчение, что у меня снова что-то екнуло внутри.

- Спасибо, - тихо сказал он.

- Обращайся, - пробормотала я, чувствуя, как щеки заливает румянец.

И я не выдержала. Все напряжение, весь страх, что я пережила, когда он начал рассыпаться у меня на руках, вырвались наружу. Я просто бросилась ему на шею, уткнувшись носом в его плечо, и разревелась. Глупо, не по-ведьмински, но мне было плевать.

Он замер на секунду, явно не привыкший к таким проявлениям чувств, а потом неловко, но крепко обнял меня в ответ. Его ладонь легла мне на спину, и я чувствовала, как под ней ровно и сильно бьется его сердце.

И вдруг мы оба застыли, прислушиваясь.

Ту-дум. Ту-дум. Ту-дум.

Глава 39

Дамиан

Тук.

Что-то внутри моей грудной клетки дернулось, словно старый, заржавевший механизм, который внезапно решили смазать и запустить.

Тук-тук.

Оно заработало! Мое сердце! Впервые за триста лет. И вместе с этим первым, неуверенным ударом в голову хлынул целый водопад воспоминаний, от которых черепушка едва не треснула...

Я вспомнил все. Суровое лицо наставника из ордена Праведного Пламени, вбивавшего в меня основы фехтования и ненависти к нечисти. Пыльные дороги, истоптанные сапогами во время крестовых походов. Запах гари и фанатичный блеск в глазах братьев по оружию, когда мы тащили очередную "ведьму" на костер. Чаще всего это была просто деревенская знахарка, которая знала, как лечить кашель подорожником, но кого волновали такие мелочи? Главное - вера!

О, моя вера… Триста лет она была непоколебима, как гранитный утес. Даже когда я гнил в земле, я был уверен в своей правоте. А теперь этот утес дал трещину. И не просто трещину - он рассыпался в пыль, словно его подорвали дюжиной бочек с гномьим порохом.

И виной всему была она. Анжелика. Лика. Ведьма.

Ирония судьбы - это когда ты триста лет мертв, а потом воскресаешь, чтобы понять, что всю свою жизнь был первостатейным идиотом. Оказывается, не все ведьмы – исчадия ада, мечтающие сварить из младенцев суп.

Некоторые из них… пахнут яблоками и корицей, смотрят на тебя с такой теплотой, что лед в твоей мертвой груди начинает таять, и обладают просто невыносимым характером.

Видимо, мне нужно было умереть, стать ходячим недоразумением и вляпаться в эту историю по самые уши, чтобы осознать простую истину: я влюбился. В ведьму. Если бы мои бывшие братья по ордену узнали об этом, они бы сожгли уже меня. Просто для профилактики.

И вот сейчас, стоя посреди этого склизкого, воняющего плесенью подвала, я смотрел в ее глаза и понимал, что все погребальные костры мира не стоят и одной ее улыбки.

- Дамиан, ты меня вообще слушаешь?! У тебя сердце забилось!!! Ты похоже оживаешь по настоящему! Ты понимаешь, что это значит?! Надо срочно тебя обследовать! Прямо сейчас!!! - требовательно кричала мне прямо в ухо Лика, выдернув из пучины самокопания. – Валериан.....

Я не дал ей договорить. К черту стража порядка. К черту план. К черту все триста лет моих заблуждений.

Я шагнул вперед, обхватил ее лицо ладонями и поцеловал.

В этот момент мир сузился до одной точки. До вкуса ее губ, до легкого аромата каких-то трав в ее волосах, до того, как мое новообретенное сердце забилось так, словно решило наверстать упущенное за три столетия....

- Кхм-кхм! - раздался рядом деликатный, но крайне настойчивый кашель.

Мы неохотно оторвались друг от друга. Рядом, скрестив руки на груди, стоял полицейский Валериан. Его лицо выражало всю скорбь магического мира по поводу нашей тактичности.

- Я, конечно, дико извиняюсь, что прерываю этот трогательный момент единения противоположностей, - язвительно протянул он. - Но не могли бы вы отложить свои телячьи нежности на потом? Желательно на "после того, как мы не сгнием в этой дыре". Нас, вообще-то, сейчас могут обнаружить.

- Ой, да ладно тебе! - пропищала фея Фиалка. Она сверкала своей пыльцой, как диско-шар. - Это же так романтично! Прямо как в моих любимых романах!

- Фиалка, если ты сейчас же не заткнешься, я лично упакую тебя в спичечный коробок, - прошипел Валериан, краснея до кончиков ушей.

Лика смущенно улыбнулась, ее щеки залил румянец, который делал ее еще прекраснее. Я же чувствовал себя так, будто только что в одиночку одолел дракона. И плевать, что свидетелями моего подвига были занудный коп и ветренная фея-сплетница.

- Так, - решительно сказала Лика, взяв себя в руки. - План такой. Дамиан, ты…

- Руки вверх!!! Всем оставаться на своих местах!!!

В лучшем жанре боевика в подвал вломилась группа полицейских. Валериан тяжко вздохнул. Фиалка взвизгнула и запрыгнула ему на руки.

И теперь мы здесь. В полицейском участке. Только теперь не в подвале, а в кабинете для допросов, который пах так, будто в нем триста лет мариновали гоблина в его же носках. Знакомый аромат, почти родной.

- Значит, так, - устало произнес капитан полиции, массивный орк с лицом, похожим на помятый котелок, и протер глаза трехпалой лапой. - Давайте еще раз. Вы, ведьма Анжелика, утверждаете, что этот… гражданин, - он ткнул в меня пальцем, похожим на сардельку, - является вашим начальником, который расследует дело о нелегальном обороте некромантских артефактов.

- Именно, - кивнула Лика с самым невинным видом, на какой только была способна.

- А вы, офицер Валериан, - орк перевел взгляд на нашего стража порядка, который выглядел так, будто проглотил лимон целиком, - подтверждаете, что находились там в рамках совместной операции?

- Так точно, капитан Громых, - процедил Валериан сквозь зубы.

Капитан Громых откинулся на скрипучий стул и посмотрел на меня. Его маленькие глазки изучали меня с таким видом, будто он решал, с какой стороны лучше начать меня есть.

Он побарабанил пальцами-сардельками по столу. Тишина в кабинете стала такой плотной, что ее можно было намазывать на хлеб. Валериан, кажется, вообще перестал дышать.

- Ладно, - наконец выдохнул капитан. - Допустим. Ваша легенда шита белыми нитками, но у меня сегодня нет настроения распутывать этот клубок идиотизма. Валериан, ты за них отвечаешь. Головой. Если выяснится, что вы мне тут лапшу на уши вешали, я из этой ведьмы сделаю амулет на удачу, а из ее "готического романтика" - чучело для тренировок новобранцев. Все свободны. Кроме тебя, Валериан. Останься. Нам нужно обсудить твое странное хобби - впутываться в сомнительные авантюры. И вы, фея тоже. Допрос и вас, как ценного свидетеля.