Хелена оказалась права. Близость действительно облегчает процесс. А ещё…

Стоило Трин отвернуться, как я попыталась воззвать к магии и почувствовала странное, тянущее чувство где-то в районе живота. Почти такое же, как если бы из меня сейчас насильно выкачивали силы, но никто ко мне не прикасался.

Иллюзия шрамов, проявленная на руке, растаяла через секунду. Даже если я и могла теперь пользоваться собственным резервом, он был слишком пуст.

— Он отправился один?

— С сэром Филиппом и его оруженосцем. Эх, жаль, молодой лорд Леру всё так же пропадает, он понимал сэра Гектора без слов. И наверняка сразу бы раскусил лорда Конрада! Поверить не могу, что мы все так бездумно ему верили…

А я вот вполне могла это представить. Насколько я помнила, о ранении сэра Конрада говорили как о подвиге — он бросился на защиту рыцаря смерти и, будучи одним из лучших мечников отряда, успел сразить двоих противников, прежде чем получил ту страшную рану.

Был ли он уже тогда заодно с сопротивлением? Неужели он пошёл на это лишь для того, чтобы втереться в доверие?

— И Ира…

— Тшш… — попросила я её, укладываясь обратно и чувствуя, что сердце никак не желает успокаиваться.

Мне отчаянно хотелось выглянуть в окно, попытаться разглядеть сэра Гектора в ночи, увидеть хоть какой-то знак, что с ним всё в порядке. Но среди выживших действовал строгий приказ не высовываться, иначе можно было легко поймать стрелу. Солдаты даже наматывали тряпку на палку и время от времени выставляли её наружу, всегда с одним результатом.

Рано или поздно в ветошь вонзалась стрела.

Когда за дверью послышались шаги, я сразу рванула к выходу, просто кожей ощущая и узнавая по этой тяжёлой поступи того, кто там стоял. Часы после пробуждения я не спала, и с усилием впихивала в себя всю еду, что мне предлагали, надеясь, что мой резерв восстановится хоть немного.

Что я смогу черпать силы из него.

— Отойди, каэри! — сэр Мориц, кажется, всерьёз опасался, что я кинусь открывать дверь. Я подняла руки, показывая, что не совершу никакой глупости.

— Это я, — раздался голос за дверью, но рыцарь всё равно медлил. А затем последовала серия из нескольких резких ударов кулаком по дереву, к которым сэр Мориц внимательно прислушивался.

Кивок — и он приказал остальным разбирать баррикаду.

В темноте я не сразу разглядела рыцаря, видела лишь массивный силуэт, полностью заслонивший дверной проём. Но когда он подошёл ближе…

Он был залит кровью везде, где падал взгляд. И покрыт шрамами — свежими, десятками порезов, недостаточно глубоких, чтобы оставить столько крови. Одежда превратилась в лохмотья, часть доспехов была безвозвратно утеряна.

— Всё.

***

С утра разбитый лагерь выглядел даже хуже, чем ночью, но я не отворачивалась — искала знакомых. Мы не могли задерживаться на случай, если сопротивление вернётся с подмогой, но собирались проверить, не остался ли в живых кто-то ещё, собрать оружие и узнать, есть ли возможность захватить дополнительных пленников.

Одного из них сэр Гектор привёл вчера — связанного молодого человека со светлыми волосами, обладающего удивительно приятной внешностью. Он отказывался отвечать на вопросы, но сразу предупредил, что благороден, а значит, убивать его никто не станет. Вот только…

Существует множество способов выведать информацию и без этого. Этим займутся уже в столице, до которой совсем недалеко. А в деревню, ещё недавно цветущую и счастливую, нагрянет гвардия Его Величества, чтобы выяснить, насколько глубоко местные были втянуты в этот заговор.

Я очень надеялась, что жители понимали, какая их ждёт участь, и по большей части успеют уехать. Рассматривала утренний быт, растерянных женщин, что смотрели на нас не дольше секунды и сразу прятались в домах. Высокое поместье на холме…

Ира надеялась стать здесь своей. Но вполне возможно, что от этого места через две недели не останется и камня на камне.

Новую телегу с запряжённой кобылой пригнали именно из деревни — двое крепких мужчин, буквально трясущихся от страха. Сэр Гектор бросил им пару слов, и они поспешно скрылись, после чего он начал отдавать последние указания.

— В телегу, Сабин. Накройся плащом и не высовывайся всю дорогу, — приказал он жёстким тоном, не терпящим возражений. — Мы выходим через пять минут.

Я и не собиралась спорить, понимая, что на нас могут напасть в любой момент. Лорд Альмерэ, примкнувший к сопротивлению, — слишком ценная добыча. Он должен быть доставлен немедленно и допрошен. Вместе со всем, что мы соберём здесь с тел погибших, этого может хватить, чтобы наконец узнать, где скрывается это самое сопротивление.

Трин пересчитывала слуг, долго завывая над телом прачки Мэг. Мои глаза скользили по обломкам и обугленным останкам шатров. Запах гари перемешивался с приторно-сладким душком свежей крови и нечистот. Земля, вытоптанная сотнями ног, превратилась в липкое чёрное месиво.

На тела я старалась не смотреть, их тут было в избытке. В основном полегли обычные солдаты и слуги, так как рыцари и оруженосцы находились с сэром Гектором. Мухи уже начали свой пир, и их жужжание почему-то казалось мне оглушительным.

Я отвернулась, уставившись на груду обломков, оставшуюся от одной из наших телег. Мне почудилось, что там мелькнула крыса, и я, не раздумывая, запустила в ту сторону подвернувшейся под руку деревяшкой.

Телега медленно двинулась, унося нас к столице, где мы должны были оказаться через пару дней — наверняка с триумфом, ведь о поражении докладывать народу нельзя. Тракт зачищен, а эту деревню, возможно, вообще сотрут с лица земли. Историю пишут победители…

В этот момент в груде мусора что-то зашевелилось, но это была не крыса.

— Стойте! — громко крикнула я. — Там человек, живой!

Не дожидаясь остановки, я спрыгнула с телеги, узнав эти скрюченные руки — старческие, больные…

Ухватившись за торчащую ладонь, я вытянула на свет старого Гила, кашляющего, покрытого золой, кровью и гарью, но живого. Он дрожал от ужаса и заикался, но впервые за всё время похода я видела его… трезвым.

— Я в-в-видел их… Не пил с утра ничего, и это спасло меня. Видел, видел к-каждого из них, и знаю, куда они пойдут!

Именно так отряд сэра Гектора, изрядно поредевший, прибыл в столицу, не просто расчистив путь, но и неся сведения о том, куда скрылось сопротивление — молодые лорды Альмерэ, способные при должном стечении обстоятельств увлечь за собой сотни тысяч людей и серьёзно подорвать правление Фердинанда Второго.

И здесь, в столице… первого рыцаря ждала награда.

* Сабин *

По мере нашего приближения к столице я не могла сдержать восторга. Я то и дело вскакивала и вертелась по сторонам, доставая своей суетой раненых, вынужденных делить со мной место в телеге.

До этого дня я считала Ворнок самым огромным городом на свете — обнесённый стеной, с двух-трёхэтажными домами, сетью узких переулков, рынками и чётким делением на кварталы для нищих и богачей. Но столица Альмерэ выглядела как несколько Ворноков, сшитых воедино. За внешними стенами раскинулись деревни размером с Гратан, и их обитатели, без сомнения, признавали себя полноправными горожанами.

— Лоррейн-Рокх, — гордо произнёс старый Гил. — Я прожил здесь большую часть жизни. Мой отец прибыл из Меритана и доставлял сведения королю даже во время оккупации Дорнессом.

То, что мы сейчас находились под точно такой же оккупацией Меритана, его, похоже, совершенно не заботило. С другой стороны, простые люди так вымотались, что им стало плевать, кто именно именует себя властью. Только молодые лорды Альмерэ ещё на что-то надеялись, вступая в ряды сопротивления.

— Мы остановимся в королевском дворце? — с волнением спросила Трин, взирая на город такими же круглыми глазами, как и я.

— Вряд ли, — подал голос Раймон де Лис. — Скорее всего, обоз оставят в крепости одного из вассалов Его Величества. Нас разместят там же, за исключением рыцарей и, конечно, ближайшего окружения сэра Гектора.