Два года — огромный срок. Гектора ожидал брак с леди Элоиз Каноссой, да и союз с леди Камилл был согласован ещё до этого. Целая вереница благородных дев, каждая из которых готова была связать с ним жизнь вопреки его статусу бастарда.

— Я отказался от своего рода… От рода Нокс. И от брака тоже.

— Вот так просто? — я сощурила глаза, не понимая, как это сошло ему с рук.

— Нет конечно, — Гектор улыбнулся, наклоняясь ко мне, но я упёрлась ладонью ему в грудь, не позволяя углубить поцелуй.

Сердце билось в моей груди взволнованной птицей, когда я думала о том, что возможно… Возможно, что-то действительно может измениться. Я боялась даже верить в это.

— Его Величество в ярости. Он лишил меня отряда, сослал на границу с Дорнессом на двадцать лет и запретил возвращаться в столицу. Поверь, каждый знатный дом презирает меня теперь даже сильнее, чем прежде.

— Но я слышала… они обращались к тебе «Лорд».

— Обращались, да. Он боится — Фердинанд Второй… У него слишком мало тех, кто пойдёт за ним до конца, и не хватает сильных магов. Его пытались убить, ещё до брака с принцессой Дугавьетой, поскольку этот союз делает Меритан и Альмерэ слишком могущественными.

— Ты спас его? — догадалась я.

Как же удобно всё складывалось для Гектора… слишком удобно.

— Да, публично, так, что он не мог меня не наградить. Поверишь ли ты мне, если я скажу, что сам и был тем человеком, кто выдал его местоположение противнику, чтобы потом их уничтожить?

Два года назад — не поверила бы ни за что. Но сейчас, смотря на обросшего, возмужавшего, жёсткого Гектора со сталью в глазах, я больше не видела в нём того рыцаря, который отчаянно стремился доказать знати, будто он достоин их.

Нет, он хотел отобрать у них то, что по праву принадлежало ему.

— Я выследил остатки сопротивления, обманывал их так, как недостойно рыцаря — они очень хотели принять в свои ряды сильнейшего воина двух королевств, обиженного несправедливым отношением монарха. И знаешь, кого я обнаружил в их логове?

Почему-то первым делом я подумала об Ире, хотя, конечно, эта мысль была безумной. Гектор и его окружение наверняка давно позабыли о служанке, потому что единственные потери, которые они замечали — гибель и ранения аристократов.

— Своего брата, лишившегося пары пальцев, — их мы нашли при разгроме прежнего убежища бунтовщиков, — усмехнулся Гектор, наблюдая за моими расширяющимися от шока глазами. — А ещё того сбежавшего лорда Альмерэ, захваченного нами после засады на наш отряд у столицы. Вряд ли ты догадываешься, кем он оказался на самом деле…

Похоже, Гектор ждал от меня догадок, и очевидно, имя этого человека должно было быть мне знакомо.

— Не знаю… — честно призналась я, желая, чтобы он выложил всё прямо сейчас. — Родственник кого-то из нашего отряда? Любовник принцессы Дугавьеты?

Услышав последнее, Гектор коротко рассмеялся и покачал головой.

— Лорд Августин Каносса, брат знакомой тебе леди Элоиз и наследник Гратана.

Я замерла, чувствуя, как осознание горячей вспышкой ударяет в голову, пробуждая ярость, граничащую с ненавистью. Вот почему королевская печать оказалась у меня! Леди Элоиз сначала устроила побег брату, а после подкинула улику мне, парой движений решая все свои проблемы.

— Никаких доказательств её причастности к побегу мы не нашли, как и свидетельств того, что она поддерживает сопротивление, — продолжил Гектор. — Даже если Элоиз и стояла за всем этим, она никогда не действовала лично, всегда действуя чужими руками. Но те, кто ей помогал… печать была у них ещё до нашего прибытия в столицу.

— Я так понимаю, никто не предлагал ей пройти приговор Кроффа? — горько произнесла я, чувствуя разочарование от того, что её причастность не только расследовали, в отличии от моей, но и отпустили её ни с чем.

— Она благородна. И она нужна королю как средство мирного решения проблемы Гратана, но наказания ей всё же не удалось избежать.

Мне не хотелось больше говорить о леди Элоиз, и я попыталась подняться, но Гектор остановил меня, удержав за плечо и мягко прижав обратно к постели.

— Её земли разделили. Его Величество больше не доверяет ни ей, ни моему брату…

— Только не говори мне, что… — я осеклась, не решаясь даже продолжить. — Король отдал эти владения тебе?

Гектор только кивнул, усмехаясь, и я покачала головой, поражаясь иронии всего происходящего. Получается, леди Элоиз сейчас замужем за лордом Тристаном Ноксом, вернувшимся из мира мёртвых, но потеряла значительную часть своих родовых территорий… и отошли они Гектору.

— Вернись со мной, Сабин, — уже жёстче повторил он. — Уверен, Его Величество, уже подбирает мне партию, он недоволен мной, но я женюсь на тебе, и ему придётся смириться.

— Он может вновь отослать тебя на границу с Дорнессом, — беззвучно произнесла я, потерев грудь.

Сердце болело, горело, я зажмурилась, не веря, что слышу эти слова на самом деле. Я столько времени убеждала себя, что мне нравится здешняя жизнь, что я смогу когда-нибудь посмотреть на другого мужчину и что в Салене намного лучше, чем в Альмерэ…

— Может, — не стал отрицать Гектор. — Но я сомневаюсь, что тебя подобное пугает.

Я открыла глаза и грязно, по-плебейски выругалась, совсем как в деревне. А потом зло добавила:

— Не пугает.

Его выдох, полный чудовищного облегчения, будто огромный груз упал с его плеч, стал для меня главной наградой.

***

Мы готовились недолго, хотя что-то внутри меня отчаянно не желало отпускать это место. Здесь я обзавелась новыми знакомыми и врагами, искренне верила, что вот-вот получу возможность открыть собственный конный двор.

Бросать начатое, уходить, не закончив начатое, было тошно. Одолевало тягостное ощущение собственного поражения, но Гектор продолжал убеждать меня, что я ещё не успела ничего потратить, и где бы мы ни оказались, нам обоим придётся учиться заново — управлять крепостью, распоряжаться землями и пытаться выжить в паутине чужих интриг. Конечно, если Фердинанд Второй не отберёт у Гектора даже то немногое, что тот выгрыз практически зубами.

Потому что прежде маги никогда не связывали себя узами брака с каэри.

— Даже если он отнимет у меня земли, появится другая возможность… Он не может лишить меня титула, который сам даровал, — уверенно произнёс рыцарь.

Покидая городок, мы собирали взгляды едва ли не всех прохожих. Мариона провожала расширившимися от изумления глазами огромного мужчину рядом со мной, а Джоффри, поймав лишь один взгляд Гектора, поспешно сбежал. А вот его друзья, напротив, постоянно крутились рядом, пытаясь то ли прикоснуться к рыцарю, то ли получить некое благословение.

— А я-то волновалась, что Сэл в девках засидится, — Варислава промокнула уголок глаза платком, хотя на самом деле она не была слишком расстроена.

Я хорошо платила ей за комнату, а Гектор и вовсе одарил её золотым за то, что она заботилась обо мне. Умная старушка об этом никому не говорила, потому что никогда не знаешь, где может скрываться случайный завистник.

— Неужто и правда свяжете жизнь с каэри? Да разве ж король одобрит?

Не одобрит, конечно.

— Свяжу, — решительно заявил Гектор. — И сделаю её моей леди. Мне и так в столицу возвращаться нельзя, зато Его Величество вспоминает обо мне при первой же опасности. Готова?

Я кивнула, забираясь на крытую телегу вместе с сундуками моих пожитков, и думая о том, что впереди почти полторы недели пути. А после… мы окажемся в Гратане, у новой крепости Гектора.

Точнее, у того, что когда-то называлось крепостью. Но даже мысль о том, что мы вместе будем восстанавливать её, казалась мне в чём-то будоражащей, как и мысль о том, что я загляну в глаза леди Элоиз. Без волнений, как равная.

* Сабин Дастон*

Я видела Гратан на горизонте, по дороге. Он возвышался над деревеньками и полями грозным, невредимым стражем с многочисленными стенами, способными выдержать длительную осаду, и, наверное, секретными ходами, ведущими наружу. Альмерэ был завоёван сначала Дорнессом, а после и Меританом, но Гратан уцелел оба раза, хотя больше половины других крепостей королевства превратились в руины.