— Сэр Гектор, возможно, не стоит отправляться сегодня? Не успеем, а для вас, очевидно, важнее обсудить сапоги с каэри, — добродушно подсказал староста, улыбаясь во весь рот.

Даже Элоиз поразилась тому, что он осмелился сказать подобное рыцарю смерти. Сабин же мгновенно покрылась некрасивыми красными пятнами от осознания того, что весь двор слышал, как она отвлекает рыцаря своими глупостями от важных дел.

— У меня всё под контролем, мистер Бендик, — холодно отозвался Гектор, возвращаясь к ним. — Вы готовы, леди Элоиз?

Она скромно кивнула, чувствуя привычные волны тепла от сэра Гектора… но теперь они были куда слабее. Он всё ещё восхищался ей, испытывал нежность и желание заботиться, но в его мыслях всё чаще мелькала другая женщина.

Ничего. У неё впереди целый день…

***

Случайное прикосновение к руке, когда он помогал ей садиться на лошадь. Ещё одно касание — когда он успокаивал её, ведь лошадь чуть не понесла.

Неспешные, полные томительного напряжения, на грани позволительного. И с каждым таким движением, которое он всегда инициировал сам, искренне беспокоясь о ней — искра магии. Нежелание разрывать контакт, жажда большего.

В итоге к будущей часовне они приближались вдвоём. Он словно боялся отойти от неё даже на шаг, убеждённый, что ей ежеминутно нужна его защита. С каждой минутой Элоиз ощущала, как его привязанность крепнет, но этого всё равно было недостаточно — он слишком много времени провёл со своей каэри.

Она должна сделать всё, чтобы разделить их. Каэри — это только средство, не человек. Элоиз была уверена, что ей удастся убедить Гектора, что девчонке будет куда лучше под её присмотром в Гратане, где он сможет их навещать. В конце концов, таскать каэри в поход просто опасно.

— Вы улыбаетесь, — произнёс сэр Гектор, глядя на неё внимательными, всевидящими и одновременно такими слепыми глазами.

Она обожала в нём всё: то, каким холодным и отстранённым он казался с остальными, и каким ласковым, горячим становился с ней. Но больше всего её манила его сила. Мощь, способная подчинить Альмерэ. Вдвоём они станут непобедимы.

— Вы снова со мной, — тихо отозвалась Элоиз. — Вы защищаете меня. Без вас, без вашего присутствия в Гратане, я постоянно чувствую, будто вот-вот произойдёт что-то ужасное.

— Леди Элоиз…

Она должна сделать всё, чтобы их разделить.

— Почему вы так холодны со мной? Что-то изменилось с того момента, как я покинула лагерь, я это чувствую!

Точнее, что-то изменилось после того, как сэр Гектор побывал в той яме со своей каэри.

Признаться в том, что он к ней охладел, что она это видит — что могло быть унизительнее?

— Мои чувства не изменились, — ответил Гектор, но перед тем, как сказать это, он замешкался на секунду. И эта секунда сказала ей слишком много. — Леди Элоиз, я долго думал о своей сердечной привязанности к вам и о том, насколько она неуместна.

— Просто Элоиз… — Маленький шаг, сближение — это должно было подорвать его сомнения. — Назовите меня по имени.

— Элоиз, — выдохнул он, сглотнув. — Это неправильно. Мои чувства грешны, мы оба об этом знаем, и у них нет будущего. Для нас обоих будет лучше…

— Не говорите так! — жарко перебила она, касаясь его руки и посылая ему столько магии, сколько не отдавала никогда прежде.

Это было рискованно. Зато преданность в его тёмных глазах стала такой густой, что Элоиз ощутила почти опьянение. Почему, ну почему она вынуждена усиливать его влечение? Почему он не может отдавать себя без остатка без этой магии?!

Когда Элоиз только познакомилась с сэром Гектором, она решила, что он вовсе лишён эмоций. Все его порывы были приглушёнными и равнодушными. Он никогда и никого не любил до неё.

— Мы должны оставить это на волю Кроффа. Наши чувства выше наших решений, сэр Гектор. Я верю, верю, что и судьба, и мы сами можем изменить грядущее так, чтобы быть вместе. Как муж и жена, получив одобрение короля. Не отпускайте эту мысль, — шептала она, стоя к нему почти вплотную. Чуть позади уже приближалось сопровождение. — Вы слышите меня?

Она была так близко, манящие розовые губы совсем рядом с ним. И он не выдержал, наклонился — лишь для того, чтобы она в последнюю секунду отпрянула со смущённым видом.

Сэр Гектор не получит её сейчас. Она приз, и он всегда будет желать большего.

* Сабин *

Я слышала шум праздника за окнами: крики, полные веселья, радости и воспевания героев, и даже какие-то баллады бродячих артистов, сочинённые, по-моему, прямо на месте. В воздухе звенела атмосфера счастья и опьянения, пахло пивом, вином, жареным мясом и горячими лепёшками.

Девушки из деревни танцевали босиком около больших бочек, высоко задирая юбки и обнажая тонкие щиколотки, на которые засматривались все присутствующие мужчины, но каждая из них мечтала в этот момент о другом. О рыцаре — благородном, сильном герое Вестгарда, который увезёт её в свой замок и сделает там хозяйкой, точь-в-точь как грезила Анежка.

Я слышала одно имя, звучавшее вновь и вновь. Имя того, кто считался моим господином.

Мне не было обидно, что я не нахожусь сейчас там, на празднике, где наверняка присутствовал Жан. Почему-то больше расстраивало то, что сэр Гектор даже не навестил меня после возвращения из поездки в часовню в Дубовой Роще вместе с леди Элоиз.

«Но это не означает, что я не могу ухаживать за тобой».

Мысль о том, что сэр Гектор мог бы ухаживать за мной, отозвалась в сердце глупым волнением, но потом я поняла, что это означает на самом деле… Будущее каэри. Будущее любовницы при женатом мужчине, долгая жизнь в ненависти и соперничестве, отсутствие собственной семьи.

И почему я вообще так растаяла? Он использовал на мне свою страшную силу, отказывался называть по имени при остальных и вообще сказал, что меня нельзя искренне любить, потому что я недостойна. Почему я про всё это забыла? Из-за подарков, ласковых слов, горячих взглядов и мужского присутствия?

Или потому, что всегда восхищалась его смелостью и достижениями, несмотря на молодой возраст и статус бастарда? В его подчинении находились мужчины намного старше него, и за ним никогда не стояло влиятельного рода.

Наверное, сэр Гектор просто казался мне другим. Таким же чужим среди своих, как и я, но в отличие от меня он взял свою судьбу в руки и стал сильнейшим из рыцарей, тогда как я закопала голову в песок и мечтала исчезнуть, надеясь, что о моей силе никто не узнает. Я верила, что это защитит меня, но правда была куда банальнее.

Я просто была им не нужна. В Альмерэ хватало каэри — по крайней мере, для магов самих Альмерэ, а Дорнесс пробыл здесь недостаточно долго, чтобы суметь нас найти. Но у Меритана было огромное количество магов, и стоило королю только щёлкнуть пальцами — меня доставили. И ни мои хитрые иллюзии, ни отсутствие образования ничего не изменили, нет, они только усложнили мою жизнь.

— Вы уверены, что я вам не нужна, мисс? — спросила Анежка, неловко топчась в дверях.

На юном девичьем лице отчаянно читалось желание оказаться сейчас там, с другими, и, возможно, встретить свою судьбу. Мне искренне нравилась Анежка, она была простой, открытой и не боялась высказывать свои мысли. Её сердце было открыто для любви и не знало сомнений.

— Да, — рассмеялась я. — Мне кажется, если ты здесь задержишься хоть на секунду, то просто лопнешь.

— Я вам всё-всё-всё расскажу, кто из рыцарей с кем был, только если не уеду сама хозяйкой куда-нибудь! — пообещала девушка.

— Обязательно, — пригрозила я. — Без сплетен не возвращайся. Всё, иди уже!

Она счастливо упорхнула, наверняка поспешив переодеться в наряд, который готовила много дней, я же, со всеми своими новыми платьями, осталась одна. Я чувствовала, что впереди грядут перемены, чувствовала, что готова к ним, хоть и не понимала пока, в чём именно они будут заключаться.